Я хотела открыть дверь, но меня опередили, и я едва не отлетела к перилам. Из кампуса вышли несколько крупных парней в фирменных жилетах с эмблемой Форрест Лейк. Они громко хохотали, очевидно, над какой-то шуткой, не обращая на меня никакого внимания.
Я сразу же вспомнила Армана и Дерека. Такие верзилы не замечают тебя до тех пор, пока им не требуется что-то конкретное. До тех пор я для них всего лишь пыль, мусор.
— Когда там сплав по Атабаске[1]?
— Да рановато пока что, учебный год ещё начался, какие соревнования? И разве мы не на Каноэ-ривер?
Голос казался мне знакомым. Очень знакомым. До боли.
В голове пронеслось: «Не может быть. Не может быть. Это галлюцинация, не иначе».
Стало страшно. Прошло слишком мало времени до следующего психоза. Этого не должно было случиться, я ведь принимаю лекарства!
— Этой широченной? Нам обещали соревнования, а не милые покатушки. Да это всё скоро замёрзнет нафиг, так вообще ничего не получится. Может, поговорить с Хэнком?
— Блин, ну давай после этого собрания. Сейчас всем домоправителям не до наших спортивных штучек.
Голос Рэя, от которого волосы на коже встали дыбом, хотя мне, очевидно, нечего бояться. «Он не может быть здесь, — твердила я себе. — Его родители не смогли бы позволить себе эту школу. Это просто похожий тембр голоса. Мало ли, у скольких парней такой голос?»
Но если уши обманули меня, то одновременно с глазами. Потому что я чётко видела эту зелёную парку поверх фирменного жилета, в которой парень был при нашей первой встрече, от мысли о которой всё внутри сжималось в комок.
Доктор Кан предупреждал меня, что переезд – это стресс, и симптоматика может кратковременно вернуться, я снова могу получить обманы восприятия. От бессилия хотелось плакать. Опять! Всё снова началось, не успев толком закончиться.
Парни остановились во дворе, закинув головы к небу, рассуждали вслух о погоде и том, когда состоится этот их сплав. Мне бы уйти, чтобы не мешать, к тому же совсем скоро начнётся собрание, а я ещё не встретилась с Сорой. Но я не могу оторвать взгляд от Рэя, который стоит буквально передо мной. Чем больше я смотрю на парня, тем больше понимаю, что это он. И он не может быть галлюцинацией, потому что он общается с другими парнями, они тоже его видят и слышат. Ну, либо это его незаконнорождённый брат-близнец в точно такой же куртке, не иначе.
— Рэй…
Мой голос звучит слабо, он похож на писк мыши, но пока это единственный доступный способ проверить свою догадку. Никто не обратил на меня ровным счётом никакого внимания. Но Рэй замер, напрягся. Он услышал меня!
Я позвала ещё раз. Рэй дёрнулся, я видела, что ему некомфортно. Он скосил тёмные глаза вбок и, заметив наконец меня, вздрогнул ещё раз. Поспешно опрокинул в себя банку содовой, чуть ли не в два глотка осушив её до дна. Ему было неловко.
Но я, не обращая на это никакого внимания, уже точно убедилась в том, что не ошиблась, и, чувствуя облегчение, смело спустилась по ступенькам к ребятам. Рэй всё видел, он взъерошил косматые волосы и сжал жестяную баночку с характерным звуком.
— Рэй, — обратилась я в очередной раз.
Парни умолкли, оценивающе посмотрев на меня сверху вниз. Я была молью.
— Кис, ошиблась? — спросил один из них. Рэй прикрыл глаза, избегая контакта.
— Нет, я к Рэю.
— Хей, слыхал? Эта блондиночка к тебе.
Не открывая глаза, Рэй процедил:
— Мне не нужны знакомства и проблемы. Проваливай.
Прозвучало грубо, даже очень. Парни разразились смехом.
— Но Рэй, это же я, Элизабет!
Кто-то из парней передразнил меня нарочито писклявым голосом, и парни снова разразились смехом.
— Я тебя не знаю, — чуть ли не выплёвывая мне слова в лицо, сказал Рэй, — и знать не хочу. Убирайся!
— Кис, ты чё, мож, рили ошиблась?
— Да, — сказала я тихо, — ошиблась.
***
Вот тебе и дружба по переписке. Знать он меня не хочет – каков нахал. Удар под дых. Если он знает о моём диагнозе, это ещё не повод так агрессивно высказывать свою неприязнь. Особенно перед посторонними.
Сора всё видела и сразу смекнула, когда мы с ней уселись на пятый ряд в актовом зале:
— Это из-за него ты такая смурная была в поезде?
— Нет, это другой. Брат моей подруги, в которого я была влюблена.