— Если ты хочешь описаний всяких непотребств, просто зайти на специальный сайт. У меня всё было невинно.
— Почему вы расстались?
Он спросил с искренним сочувствием, без издёвки, и поэтому я не могла злиться. Хотя сперва вспыхнула, думая: «Да ну как он вообще смеет задавать такие личные вопросы?»
— Он оказался не таким хорошим.
— Изменил?
— Нет! Он просто… слишком нормальный.
— Он не принял твои особенности?
— О нет, Итан как раз принимал все мои особенности слишком буквально.
Я высказала Рэю всю нашу историю. Наверняка библиотекарша, если подслушивала, то захватила с собой пачку попкорна, чтобы было веселее. При этом я себя чувствовала так, будто нахожусь на сеансе у психолога или психотерапевта. Я испытывала похожие чувства, когда сидела в ярком кабинете доктора Барвик. Не хотела бы туда возвращаться.
Когда я закончила, Рэй молчал. Как и обещал, он не стал высказывать своё мнение. По сути, он просто дал мне выговориться.
И мне вправду стало легче. Об Итане я ведь не рассказывала ещё никому, ни одному врачу, ни одной подруге. Я скрывала его, словно что-то нечто позорное, потому что, как я думала, оберегаю его. Но сейчас мне в общем-то было всё равно. Как Итан меня ни во что не ставил, используя меня только ради каких-то целей альянса, в которые даже не счёл посвящать, так и я должна была научиться не приплетать чувства к его персоне.
И в какой-то момент меня осенило, что я ему, по большей части, была безразлична. Он никогда не спрашивал меня, хочу ли я быть в альянсе, хочу ли я стать миротворцем и преследовать благие цели. Для него это было жизнью, для меня – лишней деталью в пазле жизни, который я никуда не могла вписать. Который я не могла даже приплести к своему заболеванию, хоть это и оставалось полуреальным.
На глаза навернулись слёзы. Я так жаждала любви, что повесилась на первого парня, который стал уделять мне хоть какое-то внимание. Как это нелепо! Господи, какая же я глупая!
Рэй приобнял меня снова, на этот раз более смело, начал шептать мне какие-то банальные слова поддержки. Я знала, что ему неприятно смотреть на мои слёзы, что моя слабость никому из адекватных парней никогда в жизни не понравится, что при других обстоятельствах он посоветовал бы мне снова лечь в больницу на лечение. Но сейчас у него был совсем небольшой выбор: встать и уйти, сделав вид, что ничего не произошло, или же попытаться меня поддержать хоть как-то. Но для второго он должен был и сам преследовать какие-то корыстные цели. Надеяться на что-то.
— Слушай, — сказал он наконец, протянув мне пачку бумажных платочков, — твой Итан по описанию классный парень, ничего дурного сказать не могу о нём, но надо двигаться дальше. Первая любовь, она самая сложная и запоминающаяся, но вторая зато всегда лучше.
— Как будто тебе об этом известно больше.
— Я чуть старше и – без обид – опытнее.
— А что скажешь про альянс? Тебя это не смущает?
— Я воспринимаю это как клуб по интересам, — он улыбнулся. — Странное увлечение, на уровне субкультуры. Если тебе это не подходит, я считаю, что ты не должна таким заниматься. Следуй тому, куда тебя зовёт сердце. Напиши ему, не сейчас, потом, что всё кончено с альянсом. Если он тебя любит, то поймёт, и вы продолжите общаться. А если нет, ну… зачем тебе парень, который не уважает твои желания? Есть куча парней, которые готовы падать перед тобой в ноги, Бет. Не надо зацикливаться на одном.
Я боялась посмотреть Рэю в глаза. Он был прав, абсолютно прав в каждом слове. Но почему мне было так горестно?
— Тебе стоит развеяться, иначе ты совсем тут зачахнешь в пыли и древности. Как насчёт того, чтобы прогуляться? Я знаю очень живописное место.
— У нас, на территории капуса?
Я обошла весь периметр от нечего делать ещё на выходных, ничего примечательного точно не заметила.
— Нет, конечно. Мы отправимся к утёсу.
— Как ты собираешься выбраться с закрытой территории? — удивилась я.
— Это привилегии клана Медвежий Коготь. — Я вдруг заметила, каким гордым он стал. Наверняка упивается своим собственным великолепием в гребле. Впрочем, это действительно достойное достижение для парня из неимущей семьи.
Глава LII. Книга Судьбы
Я ожидала, что мы поднимемся прямо в горы, но Рэй вёл меня по пологой равнине, как будто вдоль горы. Облачные вершины хребта терялись высоко в небе, заволоченным густыми, похожими на крупные ватные хлопья облаками. У подножия горы рос лесок, и мы шли по самому его краю, не заходя в чащу, а к вершине эта гора представляла собой сплошную каменную породу. При свете солнца она имела оранжевый оттенок, но сейчас казалась угнетающе-коричневой, мрачной. И мне это нравилось.