— Нас десять, — Рита быстро посчитала людей, — не считая Рэя. По правилам…
— Я знаю правила, — прервал её парень, наливая себе ещё сока. — Я пас. Предпочту быть зрителем сегодня. Поглумлюсь над вашими «детскими» поигрульками.
Он отхлебнул из стакана, и я наконец-то перестала чувствовать его взгляд на себе. Всё, с игрой он наконец-то расслабился, понял, что его сестре ничего не угрожает. Мне и самой стало легче, я смогла свободно вздохнуть.
А потом я увидела перед собой две карты рубашкой вверх. Огляделась на соседей – те подняли карты и, пряча значения ото всех, быстро изучили их. Рита всё ещё стояла, но и у неё были карты на руках.
— А теперь ставки! — объявила девочка, расплываясь в довольной улыбке. Рэй усмехнулся и намеренно громко прошептал:
— Кажется, у нас тут дилер мухлевать собрался.
— Э-э-э… Рита, прости, но… я не собиралась играть вообще-то.
Я протянула ей карты, даже не смотря, что там. Улыбка девушки тут же исчезла. Она уставилась на меня с непониманием, недовольно цокнула языком и принялась теребить длинную густую чёлку.
— Это ещё почему?
— Я… я не умею, — призналась я. — Никогда не играла…
— А, пф, подумаешь, ерунда какая! Вот сейчас и научишься. Смотри, сейчас открывай карты так, чтобы их никто другой не увидел, и смотри, что там у тебя.
— Нет-нет, я… я не буду играть. Не хочу.
— Да почему? Весело же будет! Что плохого в картах?
Всё плохо, всё. Но где-то на подкорке я понимала, что никогда так не скажу ни Рите, ни кому-либо ещё из присутствующих. Для них это обычная игра, повседневный досуг. Для меня – окно в «разгульную», как называла её моя мама, жизнь.
— Слушай, если у тебя плохие карты, ты можешь просто сделать фолд, — шепнула мне Лэсли. — Не обязательно же идти олл-ин, тебя никто не заставляет тратиться, пусть ты и богатая.
— Погодите, вы что, ещё и на деньги играете? — Я сразу же закрыла себе рот рукой. Это не должно было прозвучать как возмущение! Но вообще-то, возмутиться я хотела. Ладно бы ещё просто так… но на реальные деньги?! Быть не может. — Простите, — еле выдавила я из себя. — Я не то имела в виду…
Эми вдруг толкнула меня вперёд и принялась трогать мою спину, гладить, щупать лопатки. Я попыталась отпихнуть блондинку от себя.
— Что ты делаешь?!
— Как что? Проверяю, не выросли ли у такого ангелочка крылья ещё за спиной!
Шутку одобрили и принялись ржать, как ненормальные.
— Нимба я что-то не вижу, — топила в ту же степь Эми. — Святоша, а, святоша, деньги боишься потерять? Так и скажи, нечего тут притворяться монашкой.
Я сама не заметила, как меня окружили, принялись щекотать, тыкать под рёбра, сопровождая это громким смехом. У меня не получалось закрыться от всех руками, как я ни пыталась.
— Прекратите! Щекотно же! Ай, больно! Не смешно, ребята!
Я понимала, что это всего лишь шуточная возня, но вглядевшись в лица окруживших меня ребят, вдруг увидела вовсе не их, а каких-то монстров с поползшей мимикой, посеревшей кожей, длинными острыми зубами и чёрными, абсолютно злыми глазами. Я дёрнулась, ненароком опрокинув на себя тарелку вместе с остатками еды.
Страшное видение исчезло. Все вокруг замерли, словно ожидая, что буду делать я. Воспользовавшись ситуацией, я встала, отряхивая крошки с костюма в пластиковую тарелку, чтобы не сорить и, извинившись, наверное, раз десять, выскочила с веранды в сад.
***
Влажный после дождя воздух приятно освежал голову. В помещении мысли вязли, казались тяжёлым грузом, сахарной массой, застывавшей на плите. Я вдохнула полной грудью несколько раз, успокаивая разбушевавшееся сердце.
Почему я поступила так глупо? Почему сбежала? Не съели бы они меня. Могла бы просто сказать, что первый раунд посмотрю, а потом присоединюсь к игре. Или вообще сказать правду. Почему я не научилась за четырнадцать лет отстаивать свою точку зрения? Откуда эта малохольность?
В носу немного щипало, но плакать я не собиралась. До сих пор была свежа вина от причинённого вреда Лэсли. Сложно… очень сложно в такой компании быть собой. Если Джесс и Рита привыкли, то такие как Эми, Жанетт, Рэй… для них я была чужой девочкой с огромными шорами, с очень узким и правильным мышлением.