Три года! А голос молодой. Значит, ему точно есть восемнадцать.
— Ни один из моих клиентов не ушёл довольным… ой, то есть, наоборот. Не ушёл недовольным. Эх, каламбур какой-то.
Массажист издал нервный смешок и снова зашуршал бумажками.
— Что это, неудачная попытка пошутить? Или вы волнуетесь?
До меня не сразу дошло, что я сказала это вслух. А молчание в ответ тем временем затянулось.
— Ха, а вас за язык тянуть не надо, миссис Харпс.
— Я мисс, вообще-то.
— Кхм… простите, пожалуйста. Очень неловко вышло.
— Я хочу уйти, мне некомфортно.
Я хотела подняться, и тут до меня дошло, что я топлес. Перед Тиной раздеваться до трусов я не стеснялась. А тут – чужой мужик.
— Отвернитесь.
— Мисс Харпс, пожалуйста, позвольте мне всё-таки провести вам сеанс.
— Деньги нужны? Теперь всё ясно. Делайте. Но руки не распускайте. И если мне что-то не понравится – я больше не приду. И напишу на вас жалобу администрации. А ещё к вам придёт судиться мой отец. И моя мать. Не сомневайтесь, что у нас имеется большое влияние. Вы никогда не сможете больше найти работу. Не только массажистом.
Грубо, очень грубо. Я осознавала, что включила режим самозащиты. Но что ещё мне оставалось делать, когда испытываешь страх перед незнакомцем?
Я опять начала блефовать и запугивать. Видимо, эта способность активировалась во мне чудесным образом только тогда, когда имелась непосредственная угроза рядом. Интересно, смогу ли я этим управлять? А то пока это лишь пугает. Причём, не только окружающих, но и меня саму. Ладно, в маме я, кстати, не сомневалась. Скорее всего, пришла бы именно она и жалобу бы писала она, и заявление в полицию тоже.
— Ну, если честно, — я услышала, как Итан откупорил бутылочку с маслом, подойдя к столику у противоположной стены, — вы правы, мисс Харпс, мне нужны деньги. У моей мамы онкология – рак поджелудочной железы, и я коплю деньги на лечение. Помочь больше некому, так как родственников практически не осталось, а друзей, готовых помочь, у мамы нет. Есть только мы с братом, но Джерри всего десять, так что… Это чудо, что меня вообще взяли в такой престижный салон.
— А где вы работали до этого?
Меня растрогала история Итана. Думаю, мы оба понимали, что рак поджелудочной железы имеет очень маленькие шансы на выживаемость после терапии. Но облегчить последние месяцы жизни своей матери он был обязан как любящий сын. Он говорил искренне, да и не думаю, что ему был смысл врать. Если бы он и вправду был каким-то засланным маньяком, придумал бы способ поизощрённее, чтобы соблазнить меня. Теперь над страхом взяло верх любопытство. Я слегка повернула голову в его сторону. Он стоял спиной ко мне и растирал руки. Мне была видна только фигура в голубой форме салона – рубашка поло и бриджи. Ничего лишнего. Не очень высокий – до шести футов не дотягивает, но на вскидку выше меня, плечи средней ширины, тёмные волосы слегка вьются на затылке.
— В Макдоналдсе, — ответил он без особого удовольствия. — Приходилось совмещать с учёбой, и это было довольно тяжело.
— Я сочувствую вам, — сказала я искренне. Потерять мать в любом возрасте – это трагедия, какой бы плохой она ни была. Видно, что Итан, кем бы он там ни был, любил свою и готов был пренебречь своими интересами ради здоровья мамы. Вряд ли он сейчас учился в колледже – на это нужны большие деньги. — Может, продолжим сеанс? Время идёт, а деньги сами себя не заработают.
Он развернулся ко мне, и тут я увидела его в анфас. Сперва у меня перехватило дыхание. Я словно взлетела на пару сантиметров, а потом шмякнулась обратно на стол со всей силы.
Помните принца Эрика из «Русалочки»? Вот это был он, только во плоти и крови. Я не встречала таких людей ни в жизни, ни на экране. Не сказать, что я смотрела много фильмов и сериалов, но пока что нигде не видела настолько же объективно красивого актёра. У него были не просто приятные черты лица, они были буквально идеально ровные, словно выверенные по линейке. Большие светло-голубые глаза казались двумя бездонными озёрами. Я всегда считала, что мой собственный серо-голубой цвет глаз очень красивый, но этот лёд у Итана… разве может быть лёд при этом таким тёплым и ласковым?
Его выражение лица казалось немного удивлённым, он явно не ожидал, что я соглашусь. Так, впрочем, и было.
— Вы спасаете меня, — сказал Итан, подойдя к столу.
Когда он коснулся тёплыми, чуть шершавыми ладонями моей спины, я вздрогнула. Главное – было не думать, что это первый парень, который вообще трогает мою обнажённую спину. Я закрыла глаза и постаралась погрузиться в процесс. Тина обычно болтала на своём ломаном английском, рассказывая про большую семью, оставленную на острове, про других клиентов, про то, как ей нравится жизнь в Канаде. Итан же сосредоточился полностью на приёмах. Делал он всё словно по встроенной внутрь инструкции, двигаясь чётко по массажным линиям.