Я поперхнулась слюной. Это слово – явно не то, что я ожидала услышать солнечным зимним днём за стаканчиком милкшейка.
— Снизу вверх, изнутри наружу означает жизнь, — продолжил Итан. — Спираль напоминает воду, её хаотичные потоки течения, которые на самом деле естественны и закономерны. Они ассоциируются с жизнью и смертью. Это символ начала и конца.
Теперь мы смотрели друг другу в глаза. Итан, медленно и с расстановкой произносил следующие слова, как будто так это могло меньше меня шокировать:
— Ты особенная, Элизабет Харпс. Ты можешь видеть то, что другим не дано. Это дар. Каждый раз, когда ты видишь спираль, в мире кто-то рождается и умирает. Вопрос лишь в том, в какую сторону она крутится. Это очень ценное умение. На уровне предсказания судьбы человеческой.
Я уронила голову на ладони, вслушиваясь в причмокивающие звуки Итана, допивающего свой коктейль. В мистику я не верила, но спирали ведь действительно видела ещё с детства. А сейчас передо мной сидит живое доказательство того, что это особенность, а не норма жизни.
— Откуда тебе всё это известно?
— А вот теперь пришло время ответить на твой вопрос о том, кто я.
Итан отодвинул стаканчик в сторону и, раскрыв рюкзак, вытащил на стол картонный планшет с прикреплёнными к нему листами бумаги. Мне казалось, он нарочно делал всё медленно, чтобы поистязать меня интригой.
— Мы альянс миротворцев. Огромный клан, развивавшийся веками. Мы ищем особенных людей по всему свету, у которых открылся дар.
— И много человек в вашем клане?
— Целая куча, но с большинством из них я лично никогда не встречался. Мы общаемся по сети, у старожилов с сильно развитым даром есть особая связь сродни телепатии, позволяющая чувствовать другого «соклановца».
— Ты хочешь, чтобы я вступила, да?
— Ты нужна нам, Элизабет. А мы – нужны тебе. Ты будешь страдать от своих видений, когда их станет больше. Только такие же, как ты сама, могут научить тебя управлять этой штукой. Ни один врач и ни одно лекарство не избавят тебя от спиралей. Или от тех тёмных, что ты видела в магазине электроники.
Последняя фраза ввела меня в ступор. Он знает и это. Я не схожу с ума. От волнения я даже почувствовала, как по спине пробежала волна дрожи. Всё, что я видела – реально. Но насколько это может быть опасным?
Минуту я сидела не шевелясь, уставившись на листы перед собой. Какие-то изображения, что-то похожее на карту местности, собранную по кусочкам. Но я не могла собрать картинку воедино.
— Что это такое? — я ткнула пальцем в рисунки.
— Наша основная задача – находить потенциально опасные артефакты. На карте отмечены предполагаемые места закладки этих артефактов. Мы рассчитываем место, где в следующий раз окажется что-то… неправильное, и разбираемся с этим. Мы – герои, которые действуют втайне.
— Но почему именно втайне? Разве то, что вы делаете, идёт не на благо общества?
— Всё просто: КСРБ[1]. И её аналоги в других частях света. Они не хотят, чтобы мы отнимали их работу, хотят присвоить всю славу себе. Но не признаются в том, что сами не могут справиться с задачей. Для них такое непосильно. Ведь у них нет даров.
— А какой дар у тебя?
— Болевые точки, — Итан подмигнул. — Я мануальщик. Как я уже сказал тебе, я чётко знаю, как можно спокойно и безболезненно обезвредить человека. И да, заслуга не только в массаже. Но согласись, что приятно совмещать дар и профессию? Объединить приятное с полезным.
— Ты заменял Тину в тот день не просто так, — догадалась я. — Тебе нужно было кого-то… обезвредить.
— Верно, Элизабет. Всё так. Этим человеком должна была стать твоя мать.
[1] Канадская служба разведки и безопасности.
Глава XXIII. Скандал
В ту же секунду воздух вокруг стал тяжёлым и вязким. Я чувствовала, как тяжело мне сделать вдох, словно лёгкие отказывались запускать новую порцию воздуха. Я оттянула ворот свитера, заодно прикладывая холодные ладони к разгорячённой коже шеи.
Поэтому он в первый раз обратился ко мне как к миссис Харпс. Он не ошибся. Моя мама должна была попасть на массаж к нему вместо меня. А я-то ещё удивилась: как это так, в респектабельном салоне несовершеннолетнюю девушку будет массировать мужчина.
— Что не так с моей мамой? — хрипло спросила я.
— Нам точно неизвестно. Я знаю, что есть другие кланы одарённых, но они… тёмные, если так можно выразиться. Если мы стараемся действовать во благо и поддерживать безопасность людей, то такие – наоборот, стараются вредить, устраивают катастрофы.