— Что ты видишь?
— Спираль прямо надо мной. Очень большая. Вращается сверху вниз. И числа… много чисел.
Я не заметила, как Итан протянул мне листок и карандаш. Я на автомате записывала, что вижу. Когда перед глазами снова стало темнеть, Итан забрал листок, вглядываясь в каракули.
— Прямо над тобой находится реанимация. И если верить тому, что ты тут написала, человек не доживёт даже до полудня.
Глава XXV. Возвращение домой
— Прямо не больница, а проходной двор какой-то, — возмущалась медсестра Ортега, отворяя дверь перед очередным посетителем.
Стоило Итану покинуть меня, оставив в раздумьях с листом в руке, как спустя минут пятнадцать в палату вошла Каролина. Мальчуковые повадки, как всегда, не сочетались с кринолинным тёмно-бордовым платьем в пол.
— Вот это ты тут шикуешь, подруга! — Каролина сразу же обратила внимание на интерьер палаты. Индивидуальная просторная комната со своим холодильником, телевизором и душем. Меня не могли положить в другую. Мама бы не позволила – я знаю. — Офигеть, у тебя тут даже телек! У меня и дома-то его нет, а тут в больничке. Много каналов?
Она тут же схватилась за пульт, принялась щёлкать по кнопкам. На быстро мелькающий хаос из цветных картинок голова отозвалась тупой болью в затылке, я застонала. Каролина поспешила выключить телевизор.
— Совсем тебе хреново, да?
— Угу.
— Ещё какие-то мужланы припёрлись, скажи? Кто они, кстати?
МужланЫ? То есть она обоих видела?
— Ты видела и Итана, и Рэя.
— Фу, ты до сих пор общаешься с этим мерзким…
— У него есть девушка, оказывается. Мы больше не общаемся.
— А я предупреждала! — Каролина как будто торжествовала, радовалась своей правоте.
— Это из-за него мама на меня набросилась.
— Я знаю. Сочувствую. Но вообще-то есть за что. Такой придурок редкостный!
Я с укоризной смерила Каролину исподлобья. Девушка звонко расхохоталась. Ей весело, а где-то там надо мной стремительно умирает человек в реанимации. Если мой дар не ошибся.
— Так, а второго зовут Итан. Про него ты мне не рассказывала.
— И не собираюсь.
Я действительно не собиралась рассказывать Каролине про него. Высока вероятность, что я проболтаюсь о даре и об альянсе миротворцев.
По шее пробежала волна мурашек. А это ведь первый мой секрет от Каролины. До этого я никогда ничего от неё не скрывала. И если всё вскроется, не станет ли для неё это ударом ниже пояса? Не разрушит ли это нашу дружбу?
А вдруг и у неё есть от меня секреты? У такой девушки наверняка они должны быть.
— Ладно, думаю, состояние после травмы головы – не самая лучшая затея для разговоров о мальчиках, — этой фразе я была благодарна ей безмерно. — О, чуть не забыла!
Каролина начала рыться в сумке и вытащила целый пакет разных фруктов: яблоки, апельсины, персики, сливы, даже кусочки ананаса в пластиковом стаканчике, купленные в супермаркете. Она выкладывала это на стол, говоря:
— Мне хотелось сделать тебе приятно, развеселить, так сказать. Я как только узнала, куда ты попала – так сразу. Но сладости тебе мама не разрешает, поэтому вот, фруктоза – она почти такая же сладкая, как и сахароза, но её тебе точно можно, да ведь?
Очень уж несвойственна для неё такая многословность и весёлость. Однако я рада тому, что она пришла ко мне, не забыла. Этот визит приятнее всех остальных.
Но когда она ушла, на меня вновь накатывает усталость. Я протягиваю руку, чтобы ухватить одно из яблок, и замечаю один маленький нюанс – ваза для букета пустая. Кто-то забрал зимний жасмин с собой.
Холод сковывает мои плечи, подбирается к шее, встаёт в горле комком. Я откашливаюсь и в нерешительности смотрю на яблоко у меня в руке. Ярко-алое, точно как из «Белоснежки». Может ли оно быть отравленным?
Кто-то забрал букет из жасмина. Кто-то желает мне зла. Кому-то мне совсем не следует доверять.
***
Мальчики ко мне больше не приходили. Каролина пришла ещё раз, накануне выписки. При упоминании букета, она нахмурилась и покачала головой. Выглядело искренне, но достаточно ли убедительно, чтобы я поверила, будто она его даже не заметила?
Каждый из присутствовавших в палате мог взять этот букет. Медсестра, посчитавшая, что цветы могут спровоцировать аллергическую реакцию, мальчики – из ревности непонятно к кому (или в подарок своей девушке, мало ли, хотя мне не хотелось думать ни о ком как о подлеце) или Каролина, потому что… потому что ей могли просто понравиться цветы, но она отказалась в этом признаваться. Что в голове у этой девушки, не знает никто. Готова поклясться, даже она сама.