Когда Мартин высадил меня у Монткреста, мне показалось, что все резко прекратили заниматься своими делами и уставились на меня во все глаза. Наверняка это было неправдой, и я всё себе придумала. Никто не может знать, где я была сегодня ночью. Если только нездоровая темнота под глазами могла выдать отсутствие сна. Собственно, это подтвердилось, когда я встретила Джесс у своего шкафчика. Та резко хлопнула дверцей, будто увидела привидение и честно сказала:
— Паршиво выглядишь, Бет, что-то случилось?
— Думаю, мне нездоровится, — я поёжилась, растягивая рукава свитера.
Джесс не высказала своего опасения, но её тело сказало всё само: она отошла на два шага назад, опасаясь заразиться. Я мысленно усмехнулась. Вокруг Джесс не было никаких знаков, значит ни болезнь, ни что-то ещё в ближайшее время ей не угрожают. Жаль, я не могу ей об этом рассказать и обрадовать.
— Почему ты не осталась дома?
— Мама, — один ответ на все случаи жизни.
— Температура есть? Может, тебе к медсестре за парацетамолом?
— Да я как-нибудь… сама справлюсь.
Начался урок обществознания. Мы все зашли в класс и расселись по местам, как обычно, и наша учительница миссис Рэншоу продефилировала в класс, пожалуй, слишком порывисто, едва не смахнув собственные записи. Мы ожидали, что сейчас она начнёт нас спрашивать по прошлой теме: мы наконец-то дошли до раздела политики и должны были заниматься анализом политического дискурса перед подготовкой индивидуального проекта на одну из предложенных тем. Но вместо этого миссис Рэншоу молча включила интерактивную доску и поставила нам какое-то видео.
Сперва я подумала, что это непосредственно коснётся нашего занятия. Не так давно мы обсуждали принципы изменения политики в Иране, и я ожидала фильм на эту тему. Но она включила канал CBC[1], по которому транслируют новости со всей страны. И сейчас показывали Йоркдейл, а точнее одноимённый торговый центр.
— В крупном розничном торговом центре Йоркдейл на третьем этаже сегодня был обнаружен мужчина без сознания, связанный по рукам и ногам прочной нитью. Личность пострадавшего установлена: Скотт Роренхейм, тридцатилетний мужчина – так звали несчастного. Он работал в одном из магазинов торгового центра, вёл честную торговлю. В данный момент мужчину удалось привести в чувство. Кто же решил так поиздеваться над несчастным? Это ещё предстоит выяснить после короткой рекламной паузы. Оставайтесь с нами и не переключайтесь.
В классе повисла тишина. Никто не смеялся, даже когда на экране стали транслировать рекламу странной линейки новой модной одежды из шторок для душа и торшеров.
— Кто-то сегодня ночью проник в торговый центр Йоркдейл, взломал магазин смартфонов. Там всё перевёрнуто вверх дном. Что вор забрал – пока выясняют. Но вот зачем нужно было нападать на бедного продавца…
Мне стало неловко, потому что я была к этому причастна. Я была там. Я знаю, что произошло. Я видела. И именно поэтому на смену смущению пришло возмущение. Да ведь этот Скотт преступник и психопат, он напал на меня безоружную ночью! Мне бы хотелось встать и возразить всему сказанному, но я не посмела бы открыть дискуссию первой. Это не было в духе скромной тихони Элизабет Харпс – примерной богатой девочки. Я не должна была никак показать, что хоть немного заинтересована в произошедшем – это может выглядеть подозрительно.
— Я уверена, что вора поймают. Он не такой глупый, раз оставил в живых продавца – срок дадут меньше. — В классе послышались одобрительные смешки очарованных незамысловатой шуткой миссис Рэншоу. — Но достаточно ли он умён, чтобы не оставить следов? Современная техника может найти что угодно и где угодно. Именно об этом будет тема нашей сегодняшней дискуссии. Криминалистика. Способы расследования дел. Кто-то может ответить, какими способами можно обнаружить какие-то зацепки, что могут быть за улики?
— Отпечатки пальцев, — ответила одна из одноклассниц.
— Верно. Но вор мог действовать в перчатках, тогда останутся ли потожировые?
— Он мог обронить волос, тогда его найдут.
— Да, но он мог быть в шапке, всё-таки сейчас зима. Ещё варианты, что могут найти?
Люди подкидывали разные варианты: от каких-то особых отличительных меток при серийных преступлениях до совсем абсурдных, например, случайная потеря бумажника со всеми документами – идеальный вариант, разумеется.
— Следы, — вдруг подал голос Эльвин. — Следы от ботинок. Сомневаюсь, что этот ворюга захватил с собой пылесос.
Стоило ему это сказать, как что-то кольнуло в моём сердце, и я схватилась за грудь. Ощущения мне не нравились, они разрывали мою грудную клетку изнутри, стоило мне сделать вдох или как-то повернуться. Перед глазами вдруг зарябило, и я поняла, что уже испытывала это чувство однажды – на балете, когда пришла в корсете и пыталась вызвать обморок. Я схватилась за края парты, чтобы иметь хоть какую-то ориентацию, но вокруг уже всё поплыло, я не различала лиц. Всё вокруг напоминало картину сломанного телевизора – черно-белая мельтешащая сетка, которой не было конца и края.