Этого мужчину я видела только весёлым и даже представить не могу его в гневе. Он весельчак. Душа компании.
- Твоя девушка – само очарование! Я так рада за вас, ребяяят! – налетела на них с объятиями. На что они ответили взаимностью.
Подруга выглядела превосходно в темно-зеленом облегающем платье в пол с открытыми плечами, как и у меня, разрез до бедра. На ногах черные лодочки и такой же клатч. Блондинистые волосы убраны в высокую причёску, на лице вечерний макияж.
- Кажется, кто-то уже выпил, раз вешается всем на шею. – проворчала с чертятами в глазах Маришка, беря меня под локоть.
- Дорогая, я покину вас не надолго, позже представлю кое-каким знакомым. - Ник приобнял её за талию и поцеловал в носик.
Какие нежности, фее. Я поморщилась, чем только повеселила их. На самом деле я с них тащилась.
Мы с подругой развернулись и пошли к столу с закусками и шампанским.
- Алинчик, он и правда потеряет дар речи сегодня. – она смотрела на меня с обожаем и, похоже, забыла, что мы не обсуждаем конкретного человека. Ага, значит всё же почтит мероприятие своим присутствием.
Но моё сердце всё равно пустилось вскачь только от осознания, что я сегодня его увижу.
- Мне всё равно, ты же знаешь. – с напускным равнодушием ответила подруге.
Чему она не особо поверила и, грустно усмехнувшись, бросила:
- Как скажешь. – взяла в руки по бокалу, один протянула мне. – Выпьем за этот вечер, чтоб все детки нашли свою семью. – и звонко чокнулись. - Кстати, Ник – один из крупнейших спонсоров благотворительного фонда твоей мамы «Радость Всем».
Я была приятно удивлена. Я не сомневалась, что он хороший человек. А сейчас в моих глазах он взлетел ещё выше.
Мы закусили тарталетками с чёрной икрой, потом и с красной. Салатов отчего-то не хотелось.
Гости стояли или ходили кто небольшими компаниями, кто парами. Кто-то заводил новые знакомства, кто-то говорил о работе, а кто-то всё же о том, ради чего здесь и собрались.
Конечно, всё-таки большинство сюда приходят только потому, что так принято в высшем обществе. Это делает их благородными дядями и тётями, которым не всё равно на судьбу одиноких детишек. Так они и поддерживают статус и налаживают связи.
Но радовало, что были и те, кому это и правда было важно. Во-первых, немало среди них богачей, которые и сами выросли сиротами и знают какого это. Во-вторых, кому-то просто была не равнодушна судьба детей, оставшихся без родителей. Они хотели хоть что-то дать этим малышам, привнести краски в их серые будни. Подарить радость и надежду на то, что жизнь может быть лучше.
В программу мероприятия всегда включён аукцион, где разыгрывают за деньги что-то интересное и важное для детей, то, что им обязательно пригодится.
Этой весной разыгрывали даже проект нового детского дома, естественно, с выделенными на него деньгами. И вот какой-то неравнодушных мужчина отдал нехилую сумму за него. В итоге подарил тому детскому дому, который по его мнению, больше всех нуждался в новом помещении. А деньги выигранные с него уже распределили между всеми, включёнными в список ...такой-то... области детских домов.
Вскоре к нам со спины подошла мамочка, представить меня очередным гостям. Я сразу уловила, что Марина сильно напряглась, она стояла лицом к ним.
- Милая, позволь представить тебе нашего самого крупного спонсора - Громов Роман Дмитриевич со своей супругой Марией. – с очаровательной улыбкой на устах проговорила мамочка.
Ещё не повернулась в сторону гостей, а уже поняла о каком Громове идёт речь. Подруга всё-таки ляпнула мне инициалы героя не моего любовного романа, чтоб я сильно не удивлялась при встрече.
А моё сердце пронзила адская боль, оно готово было проломить грудную клетку, так быстро оно стучало. Мне кажется, я даже побледнела. Меня словно окатили ледяной водой, так я передернулась. Но поспешила убрать с лица свою обиду.
Тело задрожало в предвкушении встречи с моим наркотиком. Именно наркотиком, ведь я попробовав этого мужчину всего раз, хочу продолжать употреблять пожизненно.
Супруга! Матерь Божья, он ещё и женат! Ну какого черта? Они что, издеваются? Как он смог тогда со мной? А может он не только со мной ей изменяет. Омерзительно.
Постаралась выглядеть бесстрастно, только бы мать ничего не заметила, ведь у неё с профессией заложено читать людей, как открытую книгу. Нацепила одну из своих очаровательных улыбок и повернулась к подошедшим.
- А это моя любимая дочь, Алина! – кажется, не замечает моего состояния или делает вид. Но буду надеяться, что актриса из меня годная.
Я смотрела куда угодно, только не ему в глаза.