На втором этаже располагались спальни. Чьи именно – сложно сказать. Они все похожи между собой, да и находиться в доме довольно опасно, чтобы выяснять, кто и где жил.
Я подошла к лестнице, точнее к тому, что когда-то было лестницей, и присела на нижнюю ступеньку. Прислушалась – тишина. Лишь ветер завывает. Я просидела неподвижно минут пять, пока не услышала что-то странное. Звук не был похож на то, что производил ветер или деревья и птицы. Звук шел откуда-то сверху. Как будто кто-то играл на рояле, но очень и очень тихо. Мелодия лилась и удивительным образом сочеталась со звуками природы: шумом ветра и волн, словно дополняя друг друга. Нечто невероятно красивое. Музыка разливалась в душе, наполняя и заставляя забыть все невзгоды и страдания.
Непонятно, откуда взяться музыке в пустынном месте и в заброшенном доме.
Я поднялась.
Тихо, стараясь не наступить на осколки стекла и другие шумяще-шуршащие предметы, стала пробираться к выходу. Когда я почти была у цели, позади меня раздался треск. Обернувшись, я заметила силуэт.
трусливая часть меня не отличалась любопытством и очень тряслась за сохранение своей жизни. Именно поэтому я сломя голову бросилась вниз к океану.
Бесполезно было бы бежать обратно в парк, так как народ не часто забредает так далеко. Если же бежать вниз, есть вероятность, что ты успеешь быстрее своего недруга добежать до небольшой лодочной станции с маяком. Конечно, какой смысл бежать от какой-то тени, промелькнувшей в проеме? Но я ни разу не встречала здесь людей, и еще учась в школе, много раз слышала от учителей и одноклассников о том, что много непонятных и страшных вещей происходит рядом с поместьем. Самое жуткое, что я слышала, это о ритуальном убийстве девушки приблизительно лет десять назад. Тогда еще перекрыли весь парк и никого не впускали полгода. Велось долгое расследование, но не нашлось ни одной зацепки: будто девушка пришла и расчленила себя сама. Через какое-то время все сошло на нет, и все позабыли об этом инциденте. Наверное, шумиха не улеглась бы еще долго, если бы девушка была не сиротой. Но, к сожалению, она была из приюта и сами воспитатели отзывались о ней не лучшим образом: «Нелюдимая, всего дичилась и держалась в стороне. На все у неё был ответ, и она частенько сбегала в парк». Неужели они хотели сказать, что произошедшее убийство было ожидаемым? Что за бред.
Глава 3
Я тяжело поднялась, опираясь на стену позади меня, подошла к двери и закрыла задвижку. Поднимая с пола плед, оставшийся после преследователя, пыталась осознать произошедшее.
Наверное, если бы не наличие второго мокрого пятна на полу, мне сложно было бы все осознать. Я вздохнула и повесила плед на стул, который тут был единственным «сидячим» местом. И сразу после этого решила снять кроссовки с носками, так как мои ноги уже напоминали две ледышки. Кое-как стянув второй носок, решительно направилась к керосиновой лампе. Разжечь мне её удалось лишь со второго раза, но разожгла ведь! Погрев руки и ноги (выглядело это жутко смешно и нелепо, но в таких условиях было уместно), решила выяснить, есть ли электричество. Как ни странно, оно было – скорее всего, включился генератор. Переместившись в воспоминаниях в то время, когда мы с дедушкой пили чай и вглядывались в океан, я почувствовала себя самой счастливой.
– Что ж, пожалуй, это одно из лучших празднований дня рождения. Меня не смыл дождь, и преследователь оказался довольно милым парнем, который также не хотел, например, меня убить. За это можно и выпить. Ха-ха…
Согревая руки о чашку, маленькими глотками отпила чай. Этот чай я собирала сама, здесь были листья смородины и земляники, пару листочков вишни и липы, а с добавлением обычного черного чая – лучший напиток.
Укутанные в плед ноги почти согрелись (от лампы, стоящей на полу, исходило несильное тепло), и, допив чай, я окончательно согрелась. На улице не прекращался ливень, океан бунтовал, будто зная о чем-то, он призывал меня к действиям. Но дважды мокнуть не хотелось, поэтому соорудив себе «постель» и сделав свет лампы меньше, я улеглась, подложив под голову второй плед, которым укрывался парень.
«Поразительно, я даже имени его не знаю», – мелькнула мысль в голове.
Лежать на полу было неудобно, но терпимо. Да и мне не приходилось жаловаться: оказаться на улице в такое время довольно неприятно и к тому же опасно. В раздумьях я не заметила, как задремала.
Меня разбудил пронзительный звук. Резко сев на «постели», я стала тереть глаза. Стояла кромешная тьма, и я силилась хоть что-нибудь увидеть. Изредка вспыхивала молния, освещая комнатку. Я напряжённо вглядывалась в темноту, прекрасно понимая, что ничего не увижу, но все же ждала очередной вспышки.