Ночь
Fire and Ice
Robert Frost
Some say the world will end in fire,
Some say in ice.
From what I’ve tasted of desire
I hold with those who favor fire.
But if it had to perish twice,
I think I know enough of hate
To say that for destruction ice
Is also great
And would suffice.
Ночь - самое лучшее время для магии.
Она появляется из ниоткуда, прячется в обильных тенях лесов, в сияющей в лунном свете воде озёр, рек и водопадов, проникает через окна и двери в дома.
Чернила - это не просто краска.
Не важно какого цвета чернила, они сами по себе являются частью магии. Благодаря чернилам можно сделать многое, можно даже сказать, что магия строится на чернилах. Книги, свитки и пергаменты - всё это переполнено чернилами, а в чернилах содержится магия пишущего.
Поэтому следует следить за тем, что мы пишем... Или НЕ пишем...
- Не институт, а сумасшедший дом какой-то!
Его разбудили глубокой ночью. Ругаясь на все лады, юноша быстро оделся и пошёл следом за ведьмой Здоровья, которая без умолку что-то говорила, активно жестикулируя.
- Лея, прекрати, я ни слова не понял!
Ведьма замедлила шаг и стала подбирать нужные слова.
- Геката Эвил потеряла сознание.
Староста Магического института резко остановился, прибывая в шоковом состоянии. Тааак... Вдох-выдох...
- И всё? Лея, ты серьёзно?!
Женщина остановилась, закатила глаза и обернулась, серьёзно смотря на парня. Казалось, она сейчас возьмёт - и кааак ударит! Чтобы глупостей не говорил и не делал такого оскорблённого выражения лица.
- Хека Лайт, - произнесла ведьма обманчиво спокойным голосом. - Я понимаю, что ты и Геката - это кошка с собакой, но это не значит, что её можно бросить в таком состоянии!
Хека забыл, как нужно дышать. Закрыл глаза, досчитал до десяти, после чего снова открыл глаза. Нет, это не видение, не кошмарный сон и не галлюцинации. И уж тем более это не розыгрыш. Юноша подошёл к ведьме и посмотрел на неё сверху вниз.
- Она. Просто. Без. Сознания. - сказал он, выделяя каждое слово, чтобы оно получше дошло до женщины.
- Она в коме, ни одно зелье не помогает. Мы не знаем, что с ней, не знаем, что делать.
- Не мои проблемы, Лея.
- Хотя бы посмотри на неё.
- Зачем? - Хеку это стало уже раздражать. Это не его дела, в институте полно профессоров, пусть они и помогают! Но, увидев решительное лицо Лет, он понял, что от него не отстанут.
- Если я посмотрю, ты отстанешь?
Лея нахмурилась, но кивнула.
- Тогда идём.
Она лежала в Лазарете - бледная, с чёрными волосами, беспорядочно усеившими подушку, хрупкая и беззащитная. Но лишь на первый взгляд - Хека знал, что в этом тихом омуте полным полно чертей. А вместе с ними и другой нечисти и нежити. Конечно, сейчас Геката выглядела ещё хуже, чем обычно, но Лайту было всё равно на её внешний вид: он мечтал поскорее закончить этот цирк и уйти спать.
Парень стал разглядывать своего врага, выявляя какие-либо признаки проклятий или ядов. Абсолютно ничего. Она не спала, но и не в силах была проснуться - и это лучшая студентка Магического института?! Правда?!
Он подошёл ближе к её койке, коснулся плеча темноволосой - никакой реакции. Зато можно было нащупать пульс на шее и запястье, что не могло не радовать. Значит жива, его дело на этом закончено.
Хека уже собрался уходить, как вдруг понял - он не может уйти. Он должен ей помочь, доказать, что он сильнее её. В этой многолетней войне за первенство может быть только один победитель, и у Хеки появился шанс им стать.
- Вы ведь поможете ей, мальчик. - обратилась к Хеке директор, совершенно не замечая, что не спрашивала, а утверждала. Поможет - куда он денется?!
Парень поморщился от подобного обращения - почему в двадцать лет его называют мальчиком?! - но ничего не сказал по этому поводу. Мальчик так мальчик. Спасибо, что не дедушка.
- Конечно.
Зеркала и стёкла
С этого слова "Конечно" и начались тяжёлые дни лечения для Гекаты, и тяжёлые дни поисков - для Хеки.
Профессора решили дать магу доспать ещё несколько часов до общего подъёма. Сухо поблагодарив "добрых" преподавателей за такую заботу, Лайт покинул обитель боли и вернулся в свою комнату, не очень веря, что сможет уснуть, и тем более - выспаться.
Комната, оформленная в синих тонах, встретила его лёгкой прохладной волной воздуха ночного августа. В окно светила луна, из-за чего пришлось задёргивать шторы, после чего в комнате моментально стало темно. Забравшись под одеяло прямо в одежде, Хека моментально уснул, впервые за долгое время выспавшись, хотя он проспал меньше, чем когда-либо в жизни.
На следующее утро парня проводили в комнату Гекаты, чтобы он осмотрел вещи девушки, и даже разрешили ему жить некоторое время в этой комнате. Друзей у Эвил не было, она ни с кем не общалась, а значит, что никто, кроме Лайта, не знал о ней абсолютно ничего. Да и Хека от них не слишком далеко ушёл от них - обычно враги много знают друг про друга, а тут...
К удивлению светловолосого, дверь была заперта, поэтому пришлось повозиться, чтобы открыть её и войти внутрь.
- Если Эвил придёт в себя... Я самолично закопаю её где-нибудь в саду.
Комната была оформлена в зелёных тонах - нежного цвета обои, тяжёлые изумрудные шторы на окнах и малахитовой расцветки пушистый ковёр. Чёрная мебель, которая когда-то давным-давно была белой, на стенах - приклеенные самой Гекатой схемы, рисунки и чертежи, относящиеся к занятиям. В шкафу нашлось зеркало в полный рост, две маленькие полки с одеждой девушки - все остальные полки занимали большие и тяжёлые книги, подставки для артефактов и оружия, а на подставках были расставлены самые разные вещи, отличающиеся своей индивидуальностью и неповторимым эстетическим стилем. Довольно мило, а с первого взгляда и не скажешь, что тут живёт человек, который вгонит тебе один из этих кинжалов по рукоять куда-нибудь в тело.
Среди личных вещей Хека нашёл мобильный телефон и дневник, которые он тут же бросил на кровать, чтобы исследовать чуть позже.
- Что ж, начнём с зеркал.
Зеркала и стёкла были тем немногим, что было у Гекаты и что могло выдать её тайны. Отражения в зеркалах, стёклах и отражающих металлических поверхностях могли поведать о многом - даже о том, чего не знал сам создатель этих отражений. И если в телефоне или дневнике ещё надо копаться, то информация, которая хранилась в зеркалах, можно сказать уже лежала у его ног.
Отражения на лезвиях оружия рассказали ему о тренировках девушки, о её боли и ярости, которые Геката вкладывала, когда сражалась, будь то боевой маг или даже воображаемый, созданный магией, противник. Такому упорству и самоотдаче мог бы позавидовать любой учитель боевой магии, а ученики просто стояли бы, как громом поражённые.
Взяв самый любимый кинжал Эвил, Хека стал смотреть в своё отражение на лезвии. На самом деле угадать любимый вид оружия Гекаты было легко - истёртая рукоять, острое начищенное чуть ли не до блеска лезвие. Холодный металл перестал отражать светловолосого парня, его накрыл туман, в котором появлялись и исчезали образы, которые Хека не мог понять. Вздохнув и закрыв глаза, парень с помощью небольшой магической манипуляции оказался в воспоминаниях кинжала.