– Хочешь знать? хорошо я расскажу тебе, может это тебя порадует? – сдалась Виктория, зло смотря на Подольского.
Ратмир хотел узнать почему подобное его должно радовать, но передумал, а Вика, тем временем, начала свой рассказ:
– «Это произошло десять лет назад, после свадьбы одной из моих подруг. Было уже довольно поздно, когда гости начали расходиться. Я была свидетельницей на той свадьбе, поэтому мне пришлось оставаться там до конца.
Торжество было в кафе примерно в двух кварталах от моего дома сейчас на месте этого кафе зоомагазин, – говорила Виктория, нервно улыбаясь, – когда я собралась идти домой, друг жениха, который тоже был свидетелем на той свадьбе, предложил меня проводить. Я не хотела, чтобы он шел со мной, и отказывалась, как могла, но он продолжал настаивать.
В итоге мне все же удалось улизнуть от него, по крайней мере, мне так казалось. И вот когда я проходила мимо предназначенного под снос здания, сзади на меня кто-то напал: – «Тихо», – сказал он, зажимая мне рот рукой. Я узнала этот голос, он принадлежал тому самому свидетелю, от которого я думала что смогла сбежать.
Он затащил меня в то полуразрушенное здание и швырнул на пол. Я закричала, стараясь позвать на помощь, тогда он приставил мне нож к горлу и сказал, что если я буду вести себя тихо и не делать ни каких глупостей, то уйду оттуда живой. После чего он приказал мне раздеться, мне было очень страшно, и я подчинилась.
Я просила, я умоляла его не делать этого, но он не слушал.
– «Я люблю, когда сопротивляются, иначе не интересно», – сказал он мне, когда все было кончено. Потом он предложил встретиться на следующий день. Чтобы уйти от него я пообещала ему встретиться, после чего две недели вообще не выходила на улицу. Потому что боялась, что он может снова напасть на меня».
– Извини, я опущу подробности хоть и помню все так, как будто это было вчера, – горько усмехнувшись, сказала Виктория, обращаясь к Ратмир и продолжила рассказ:
– «Не помню, как я попала домой. Помню только чувство оцепенения и полного безразличия, как будто все что произошло, не имело ко мне никакого отношения. А еще было такое чувство, как будто меня вымазали грязью. Я пошла в ванную комнату, открыла воду и встала под душ как была в одежде, не знаю, сколько я так простояла. Позже, когда смысл происходящего до меня дошел, я начала стаскивать с себя мокрую одежду.
Это занятие отняло у меня довольно много времени, но когда мне все же удалось это сделать, я вдруг расплакалась. Весь остаток той ночи я провела под душем стараясь смыть с себя ощущение грязи, но мне это никак не удавалось. Мне хотелось содрать с себя кожу, чтобы избавиться от чувства омерзения. Наконец осознав всю бесполезность своих действий, я вышла из душа с все тем же ощущением грязи на своем теле.
Не знаю как, но мне удалось уснуть, я очень надеялась, что когда проснусь, это мерзкое чувство пройдет, но стало только хуже. Шок прошел, и я в полной мере ощутила весь ужас произошедшего. Мне было ужасно стыдно, мне казалось, что все всё знают и считают меня шлюхой. Я чувствовала себя использованной, грязной, униженной и что самое страшное виноватой. Я думала, а вдруг это я как-то его спровоцировала? Сейчас, конечно, я понимаю, что это не так и что он просто мразь, которая почему-то живет на этом свете, но тогда я думала, что это я, как-то не так себя веду, если он решил что со мной можно так обращаться.
Днем позвонила моя подруга Настя, она хотела, чтобы я с ней сходила в магазин. Настя собиралась купить что-то из одежды. Ей нужен был мой совет, я, конечно, отказалась от прогулки по магазинам, тогда Настя приехала ко мне и я ей все рассказала. Она настаивала на том, чтобы я написала на него заявление, но я не смогла себя заставить, я даже представить себе не могла, как буду рассказывать все это мужчине, пусть даже и следователю, откуда мне было знать, что он не такой же, как тот урод».
– Это произошло на Настиной свадьбе? – спросил Ратмир, который до этого слушал молча, боясь перебить.
– Нет, это была свадьба другой моей подруги – Крестины, – не задумываясь, ответила Виктория, – да и какая теперь разница? – с грустью спросила она.
– Мне бы хотелось знать, – тихо ответил Ратмир.
– Если хочешь знать, не перебивай, – неверно истолковав его слова, сказала Виктория.
– Хорошо не буду, – не стал ничего объяснять Ратмир.
Виктория продолжила:
– «Так на чем это я остановилась? Ах да, на том, что Настя уговаривала меня посадить этого урода. Как только она меня не убеждала, но я ее не послушала. Настя провела со мной весь этот день, стараясь отвлечь и поддержать меня. Но я не могла ни о чем думать, в моей памяти все время всплывали события той ночи, все до мельчайших подробностей.