ще страх потеряла ?!! Он замахнулся... Но на шум выскочили родители, и не дали Филиппу наказать сестру: - Кто тебя привез ? - Филипп яростно смотрел на Беатрис. - Тебя не этот вопрос должен волновать, а тот, что ты сделал с Азали! - Это не я сделал ! Это она сама сделала! Я не люблю ее, я что должен был заставлять себя или врать ей ?? - Ты мог быть мягче с ней ! - Но ты не была там, ты не видела как я себя вел , поэтому не суди ! - Как раз дело в том, что я знаю тебя очень хорошо. И я знаю, каким жестоким ты можешь быть. Родители смотрели на детей с ошарашенными глазами, не понимая, о чем они говорят, и почему так сильно ругаются... Беатрис зашла к себе в комнату, и упала на кровать. Она так хотела позвонить любимой подруге и рассказать ей каким насыщенным был сегодняшний день. Как Рауль рассказал ей о своей родовой традиции, как впервые признался в любви... И как они вместе спасали жизнь ее лучшей подруге, отчаявшейся из-за неразделенной любви. Беатрис встала с кровати, склонила голову, и скрестив руки на груди, тихо стала молить Бога о благополучии Азали. Утром Беатрис разбудил будильник, и первые лучи встающего солнца, пробравшиеся сквозь окно. Едва открыв глаза, всё вчерашнее ей казалось страшным сном. Азали в больнице... Она пыталась покончить с собой ! Беатрис вскочила с постели, переоделась,и даже не позавтракав, выскочила из дома в направлении больницы. Азали спала, когда Беатрис вошла вовнутрь. - Она пока еще нуждается в постельном режиме, - сказал ей доктор, - Но вечером вы можете придти, я думаю она сможет с вами поговорить. - Спасибо доктор, - сказала Беатрис, и отправилась на пары. В институте никто не знал о ситуации Азали, все думали, что она лежит с острым отравлением. Беатрис постаралась, чтобы никто ничего не узнал Рауль всегда и во всем привык быть самостоятельным, независимым, и он один из немногих,кто поистине умел ценить человеческое отношение. Если к нему относились хорошо,он делал тысячи шагов навстречу, а если шли наперекор, то он сметал их в пыль... Лишившись матери, которая ушла из жизни из-за тяжелой болезни, Рауль ушел в себя, он остался единственным смыслом жизни у своего отца. Когда он оставался один, сидя у себя в машине, или просто в комнате в полном одиночестве, тоска съедала его изнутри, а боль просачивалась наружу. Он вспоминал руки матери, как она застегивала пуговицы на его рубашке, потом поправляла воротник, и целовала в пухлые щеки. Он вспоминал ее нежный голос, которым она звала его "Рауль, ну когда же ты уйдешь с бокса, у меня нет сил уже смотреть на твои синяки и ушибы.." Подолгу разглядывая фотографии матери, где они еще были дружной счастливой семьей, Рауль душил боль в своем сердце, потому что он мужчина и должен быть сильным, несмотря ни на что... Прошло 4 года со дня смерти матери, но боль в сердце не остывала, а воспоминания по-прежнему травили душу. И только близкие друзья смогли оградить его от необдуманных поступков, не дали упасть в пропасть, и бокс, беспощадная борьба с другими и с самим собой.. В его сердце никогда не оставалось место любви, ибо все девушки в его жизни были приходящими и уходящими, но эта милая девочка с каштановыми волосами, которая аккуратно зачесывает их назад красивыми заколками или цветным ободком, девочка, которая смеется и наполняет его жизнь яркими красками, девочка, которая смотрит в его глаза и верит каждому его слову, которая безумно любит своих животных, и мечтает спасать им жизнь... Эта девочка заняла большой кусок в его сердце, которое умерло в тот день вместе с его матерью. И больше всего в мире он не хотел причинять ей боль. Он сидел дома, после тяжелых тренировок, на мягком диване и держал в руках собаку. Джуна так и осталась с ним, он сдержал свое слово. Беатрис пришла домой после пар, накормила рыбок, в том числе и Тропикану (та самая золотая рыбка, которую ей подарил Рауль). Потом ей позвонил Рауль, и они договорились встретиться в парке. Рауль, обещай мне кое-что ... -Что ? Они сидели, прижавшись друг к другу, в тени деревьев в самой отдаленной скамейке от других окружающих. - Если однажды ты разлюбишь меня, то скажи мне об этом, и не заставляй себя врать мне... - Зачем ты мне это говоришь ? - Рауль недоуменно посмотрел на Беатрис. - Просто я вижу, как убивается Азали, мне так жаль ее... Я не хочу так страдать. - Но у нее совершенно другая ситуация... - Рауль, прошу тебя... Рауль обнял любимую: - Беа, родная моя, я никогда тебя не разлюблю и не брошу... - Но нас могут разлучить, если узнают что мы общаемся. Моя семья мне не разрешит встречаться с парнем другой веры... Рауль промолчал... - Рауль, ты говорил еще кому-нибудь, что любишь ? - продолжила Беатрис, - Ты говорил другим девушкам те же слова, что и мне? Нет, не говорил..., - ответил Рауль, - Вернее если это и было, то по глупости, по молодости. Только с тобой я так искренно... Беатрис улыбнулась. - А вот ты мне даже не говорила ни разу, что любишь... - сказал ей Рауль... Беатрис опустила голову: - Я чувствую это, но я никому не говорила никогда этих слов... - Я не тороплю тебя. Скажешь, когда посчитаешь нужным... Здесь в этом парке часто собирались и друзья Рауля. Как раз в этот момент двое из них и проходили мимо. Рауль встал, чтобы подойти и поздороваться с ними. Они косо посмотрели на Беатрис: - Ты все еще общаешься с ней ? Беатрис не слышала этих слов. - Слушай, я сам разберусь в своей жизни! - Рауль ответил другу в очень грубом тоне. - Рауль, она сестра Филиппа ! - Я знаю! - И что ты хочешь, поиграться , а может хватит ? Брат, мы же тебе зла не желаем , Филипп убьет тебя и ее! - Не нужно меня жизни учить, - сказал Рауль. - Дурак, да просто и девчонку жалко, не плохая она .. Рауль попрощался с друзьями, и подошел к Беатрис. - Мне не нравится, как они смотрят на меня... - сказала она ему. - А как они смотрят ? - Не знаю... Просто не по себе становится..., - Беатрис очень напряженно себя чувствовала... - Знаешь, у меня был друг, он тоже осетин, как и ты, - сказал ей Рауль вдруг, - Мы очень дружили, во всем поддерживали друг друга... - И...? - Беатрис застыла во внимании.. - Он очень помог мне перенести мое горе, да и вообще ничего плохого не могу о нем сказать, но... Произошло то, что перевернуло жизнь нашу и нашей компании, мы стали злейшими врагами. - А что произошло ? - Беатрис заинтересованно смотрела на Рауля. - Он что-то не поделил с другим моим другом, лезгином, сначала это был несерьезный спор, но он перерос в драку, и тогда осетины и лезгины пошли на стрелку, против друг друга. Мой друг попросил меня быть за них... - А ты... что сделал ? - Беа, а что я мог сделать, если бы пошел с осетинами, то это было бы предательство нации. - И ты пошел за лезгинов ? - Я ни за кого не пошел. Остался в стороне. - И , таким образом, предал дружбу... Да ? - Наверное так, но я не мог пойти против своих же. Я оказался как бы посередине. А он принял это за трусость. И за предательство, что не поддержал его. Понимаешь ? - Да..., - ответила Беатрис, - Это очень трудная ситуация... - Ты думаешь, я прав или он ? - Каждого из вас можно понять. Ты должен был пойти либо против дружбы либо против единства нации... И ты оставил нейтралитет. - Но это полбеды, Беатрис. - А что еще ? - Одного из осетин серьезно ранили в драке, и он навсегда останется калекой, на всю жизнь. И этого мой друг не смог мне простить. Он во всем винит меня. Он думает, что если бы я присутствовал, то этого не произошло бы. Меня просто убивает это... - Ужас..., - Беатрис покачала головой, - А зачем ты мне рассказываешь сейчас это ? - Просто я постоянно думаю об этом. Прошло несколько лет, и чувство вины не дает мне покоя. - Но ты ни в чем не виноват, эту драку затеяли они, а не ты. Ты просто не смог предать нацию, разве это грех ? - Как хорошо, что ты понимаешь меня. Беа, ты самое лучшее что мне послал Бог, прости меня, Беа... - За что простить ? Беатрис не понимала причин поведения Рауля. После встречи с друзьями он стал напряженным и встревоженным, рассказал о своем старом друге, избегал контакта с глазами, все время отводя в сторону взгляд. - Просто прости, если что-то не так... - Все нормально, Рауль, ты можешь во всем мне доверять... Вечером Беатрис пошла одна в больницу к Азали. Азали уже пришла в себя. У Беатрис из головы не выходил разговор с Раулем, она чувствовала, что что-то поменялось , но не понимала причину. Он хотел пойти в больницу вместе с ней, но больше не позвонил. Беатрис набрала ему сама, но телефон был выключен... Беатрис склонилась над подругой: - Азалишка... Зачем же ты так ?... Азали была бледна, в ее глазах боль, и разочарование. - Ты могла умереть, понимаешь ? - Я в тот момент не хотела жить, - сказала она, сквозь силу. - Но неразделенная любовь не повод так поступать. А ты подумала про близких людей, про сестру, про родителей ? Ты не должна так губить себя... - Ты разговаривала с Филиппом ?- с неугасимой надеждой в голосе, спросила Азали подругу. - Я даже не хочу говорить с ним. Он камень, ничего не понимает Азали тяжело вздохнула . - Тебе уже лучше ? - спросила ее Беатрис. -Да. - Ты расскажешь, что произошло ? - Ничего толком не произошло... Мы увиделись, Филипп долго смотрел по сторонам. Потом даже подошел ко мне... Спросил, что я тут делаю . А я ответила, что жду его... - А он что ? - Он не поверил, стал смеяться. Я промолчала, тогда он все понял. Сказал, что я принимала его за идиота, целый год водила его за нос, что нельзя так смеяться над человеческим чувствами. Он не поверил, что я серьезно, и ушел. А я чуть под землю со стыда не провалилась.. - Представляю... - сказала Беатрис, - Но ты же знаешь Филиппа. Ты же з