Я мгновенно осмотрелась, проверяя, не слышит ли кто-то наш разговор.
— Разумеется видела, — прошипела я.
— Тогда откуда столько восхищения на лице?
Я хмуро уставилась на него. Он, что и вправду не понимает?
— Меня завораживает красота, — придав лицу важности, пояснила я.
— Ааа, — протянул собеседник, весь его образ олицетворял полное разочарование. — И всё?
— Если в тебе, Каспар, отсутствует чувство прекрасного, то это не значит, что и все вокруг калеки.
Айван положил руку на сердце.
— Не будь такой жестокой, Солмей!
Этот жест… интонация, с которой он это произнёс…. Я мгновенно вспомнила Феликса. «Не ври, что тебе не понравилось!» — сказал тогда друг, прислонив ладонь к груди. Я не видела его почти месяц. И, к своему удивлению, поняла, что ужасно соскучилась. Феликс был солнышком среди мрачного неба. Своим присутствием он мог любой день сделать лучше. Где он сейчас? Вернулся в Лондон или путешествует? Я не знала.
Айван слегка нахмурился, удивлённый моей растерянностью. Я не успела объясниться, да и не знала, стоило ли — Офелия громко распахнула входные створки, впуская нас внутрь.
Мурашки побежали по всему телу прежде, чем я успела войти внутрь. Вокруг пахло пластиком и деревом, чувствовалось, что всё здесь — новёхонькое, начиная от мягких кресел, и заканчивая черной матовой сценой. Вообще почти всё вокруг было чёрным — стены, кулисы, музыкальная аппаратура, и кричала об ультрасовременности. Да, это вам не Мариинский театр с его золотом и алым бархатом.
Почти сразу я заметила, что мы не единственные студенты в зале. Офелия вела нас на сцену, и именно там стояла небольшая группа педагогов и студентов.
— Там второкурсники, — услышала я громкий шепот Кристофера. — Я видел их на классе Павлова.
Приглядевшись, я поняла, что он прав. Некоторых ребят я запомнила еще с футбольного матча. Например вон того блондина, закатившего гол.
— Приветствую, рада, что все наконец в сборе, — громко заметила Наталья Каспар, когда мы поднялись по ступенькам и смешались со старшим курсом.
Помимо ректора и Офелии Морган, здесь оказалась и миссис Дамески, а также знаменитый Павлов и еще два педагога, имён которых я не знала. Наверное, они вели классы у старшекурсников.
— Те, кто учится в Равене не первый год, — продолжала женщина — не понаслышке знают о Зимнем спектакле. Для новичков поясняю: это небольшая хореографическая постановка, которую готовят наши студенты к концу декабря. Этот показ — первый шанс проявить себя перед представителями агентств и профессиональных трупп. Каждый год они приезжают на спектакль, чтобы приметить молодые дарования. Это невероятная возможность для каждого нашего ученика. Многие получают предложения о сотрудничестве еще до выпуска.
Я не в первый раз слышала о спектакле и его цели, но всё равно была под впечатлением от слов Натальи. Впервые о нём мне рассказал, конечно же, Никита. Это было в прошлом году. Тогда ребята исполняли классического Щелкунчика, и Золотову досталась роль принца.
— Как вы уже догадались, Зимний спектакль запланирован и на этот год. Но, так как Петербуржский филиал открыт всего несколько месяцев, а наш набор не настолько объёмен, как в Париже и Берлине, мы приняли решение задействовать в постановке всех наших студентов, включая первокурсников.
Кажется, моя челюсть упала до самого плинтуса. Я мигом ущипнула себя, проверяя, не сплю ли. Боль, мгновенно растёкшаяся по руке, свидетельствовала о реальности всего происходящего.
Старшекурсники загалдели. И интонации их были не столь радостны, как лица моих одноклассников. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что не одна пребываю под впечатлением. Многие побледнели и еще не пришли в себя.
— Но такого никогда не было! — выкрикнула девушка из старших рядов.
— Это несправедливо! — вторил ей мужской голос.
Обернувшись на его источник, я замерла. Ну разумеется, это был Никита! И как я сразу его не заметила?
— Это решение окончательно и обсуждению не подлежит, — отрезала Наталья, припечатывая парня своим ледяным взглядом. — Миссис Дамески, — обратилась она к нашей учительнице — приступайте.
Сразу после этих слов, ректор удалилась из зала. Наверняка спешила по своим ректорским делам. Нас же сразу разделили на две группы — девушек и парней.
— Никита, Софи, подойдите, — позвала Хелена. Бывший возлюбленный вышел вперёд, а рядом с ним выросла та самая миниатюрная брюнетка с каре, которую он сжимал в объятиях в день нашей первой встречи в кампусе. Значит, Софи… — Так как вы уже начали учить первые партии, прошу продемонстрировать ребятам основные комбинации для кордебалета.