— Ничего, — тихо засмеялась Соня. — Эти ребята так хорошо спрятались, что я сама еле отыскала их. Ты даже молодец, хорошо вчера позаботилась о нашей малышке, боюсь, без тебя у неё началось бы воспаление.
На ум пришло несколько нелицеприятных картинок, я с ужасом постаралась отогнать их от себя.
— Всё? Я могу одеваться? — я с надеждой посмотрела на свою вторую «спасительницу».
— Погоди, — засмеялась она. — Нужно еще раз всё обработать и наложить повязку. Так что сядь и не шевелись.
— Опять молчать?!
— Я знаю, для тебя это невыносимая жертва, но придётся потерпеть.
Я притворно надула губы, хотя внутри меня распирало от смеха. Великие силы, как давно я не чувствовала себя так легко.
— Тогда пусть Мила еще расскажет об Алеке, — прошу я. — Какие у него еще планы?
— Нуу, — протянула блондинка. — Вообще это секрет, пообещаете никому не рассказывать?
Сразу после этих слов, на Милу уставились три любопытных пары глаз.
— С этого надо было начинать! — поиграла бровями Кира. — Секреты — это самое интересное.
Мила тяжело вздохнула и в нерешительности закусила губу.
— Только потому, что я вам доверяю, — серьёзным тоном предупредила она. — В общем, Алек готовит совместный проект с Феликсом. Я не могу рассказать детали, но это будет что-то масштабное.
Исподлобья я взглянула на Киру, которая начинала закипать от одного только упоминания Феликса Парреса.
— Ого, — заговорила Соня — кстати, Феликс же совсем не рассказывает, чем он занимается. Словно это страшная тайна. Лина, вот ты знаешь?
Я, как послушный пациент, только отрицательно помычала в ответ.
— Да какая разница?! — раздраженно вставила Кира.
Всё. Началось.
— Ну почему ты всегда так? — не менее остро отреагировала Мила. — Он хороший парень, но ты ведёшь себя так, словно он дьявол во плоти.
Кира злобно сверкнула глазами.
— Он, — процедила она сквозь зубы — не более чем очередной богатенький избалованный мальчишка, который считает, что весь мир лежит у его ног.
— Это не… — попыталась возразить Мила, но брюнетка не позволила.
— Он флиртует со всем, что движется, разбрасывается деньгами направо и налево, а еще постоянно хвастается своей коллекцией винтажных машин. Сколько у него их? Шесть?
— Четыре, — шепотом поправила я, но меня всё равно все услышали.
— Об этом я и говорю, — выпалила Кира, указывая на меня ладонью. — Поэтому не надо говорить мне о том, какой он замечательный. Я и так сама всё прекрасно вижу.
Мила яростно сверкнула глазами, кажется, она до последнего была готова отстаивать честь своего друга, но её прервала Соня.
— Готово, Лина, солнышко, ты можешь одеваться.
— Солнышко? — ласково переспросила я. — Это мило, спасибо.
Несколько секунд мы молча улыбались друг другу.
— Меня сейчас стошнит, — протянула Кира, но не со злостью, скорее с насмешкой.
Буря миновала. Все, включая Милу, усмехнулись её реакции. Это было так похоже на Киру.
— Так сколько будет заживать моя спина? — поинтересовалась я, натягивая водолазку.
Обычно я не носила настолько закрытую одежду, но нужно было перестраховаться, чтобы никто не заметил порез.
— Рана не глубокая, через несколько дней покроется корочкой, болеть перестанет за неделю. Повязку можешь снять через два дня, потом просто обрабатывай мазью.
Два дня? Хм, а может идея занять Айвана и не была такой плохой? Пока он будет наматывать круги на футбольном поле, я как раз приду в форму.
— Спасибо, доктор, — улыбнулась я и обняла подругу.
Мила подошла ближе и присоединилась к нам.
— Нужно отпраздновать твоё спасение, — хмыкнула она.
— Куда же без этого, — ответила я и стиснула подругу в ответ.
Мы так и продолжили стоять втроём обнявшись.
— Я уже говорила, что меня сейчас стошнит? — кисло заметила Кира.
В ответ мы могли только рассмеяться.
Глава 12
Однажды я сказала Миле, что друзья нужны, чтобы любить и поддерживать, а еще дарить смех даже в самые трудные времена. Это случилось в прошлом году, когда тревоги окутали её, словно шарф. И сейчас, когда наши миры перевернулись: её обрёл гармонию, а мой — хаос, подруга отплачивала мне тем же
Она старалась делать это осторожно, чтобы я не чувствовала себя опекаемой, но я всё равно замечала. Замечала то, как Мила лишний раз обнимает меня, как внимательно следит за моим настроением, словно готова в любой момент встать и сражаться за мои чувства. И я была благодарна ей за это.