Парни в унисон виновато опустили головы.
— Я был на трассе, — первым попытался оправдаться Алек. — Даже не видел, как всё случилось.
— А я пытался его остановить, — в свою очередь добавил второй. — Но всё произошло очень быстро.
— Кого его? — нахмурилась девушка.
— Макса, — опередила всех с ответом я. — И я сама напросилась.
— Я тебе не верю, — её идеально прямые волосы взметнулись, когда Кира резко покачала головой и с грохотом водрузила поднос на журнальный столик. Мила даже не шелохнулась. А потом брюнетка повернулась к Феликсу. — Ты потащил их туда, и ты должен был обеспечить их безопасность.
— Кира! — в ответ взвилась я. — Он не виноват. И мы не маленькие девочки, чтобы кто-то принимал за нас решение. Мы сами захотели поехать с Алеком. Не надо спихивать всё на Феликса.
— Не надо меня защищать, — совершенно спокойно произнёс он. — Пусть думает обо мне всё, что хочет.
— Ты не права, Кира, — поддержал меня Алек.
Девушка скрестила руки на груди, готовая спорить до последнего, однако, её опередил голос Милы.
— Разве?
Мы дружно обернулись на неё. Алек сделал шаг ей на встречу, но подруга так резко дёрнулась, что он мгновенно замер. Все ждали продолжения, через несколько секунд Мила тихо засмеялась.
— Я теперь поняла, о чём меня всё это время предупреждал Глеб. «Гремучая змея» — якобы джентльменский клуб, частью которого ты когда-то был, — с иронией произнесла она. — Скажи, Алек, вы и вправду этим занимались? Приставляли нож к горлу, когда вам кто-то не нравился?
Я нервно сглотнула. Вот оно, то о чём предупреждал Феликс. Выходит, как он и предсказал, Мила всё это время думала не о событиях в порте, а о роли Алека в мире Кристиана Лакхезиса. Меня это слегка удивило. Разумеется, я заметила, как подруга была напугана во время прохождения каждого их испытаний, но мне казалось, что это относилось к самой системе и миру, окружающему нас. Но никак не могла подумать, что Милу напугал Алек.
— Мила… — протянула Феликс, словно пытаясь остановить её. Бесполезно.
— Молчи! — криком перебила она его.
Друг мгновенно послушался. Воцарилась тишина. Алек не торопился подтверждать слова своей возлюбленной, но и отрицать их не спешил.
— Мы, — он кашлянул, словно пытался избавиться от кома в горле — занимались разными вещами.
Милу затрясло.
- Ты принимал в этом участие? — надломившимся голосом спросила она, но почти через мгновение взяла себя в руки и вскинула ладонь. — Впрочем, знаешь, не говори ничего. Я видела достаточно. Но всё еще не хочу знать правду.
— Хочешь, — тихо ответила ей Кира. — Иначе это не ты.
Мила зло уставилась на подругу.
— Возможно, в другой ситуации…
— Не в этом дело. Мила Арден, которую я знаю, всегда хочет докопаться до правды.
— Возможно, Мила Арден, которую ты знаешь, сегодня умерла. Потому что та Мила обещала себе больше ничего и никогда не бояться. Но это, — она с тревогой посмотрела на своего парня, в глазах уже блестели слёзы — это меня до чёртиков пугает. И я не знаю, хочу ли иметь с этим хоть что-то общее.
Алек зажмурился, словно Мила дала ему пощёчину. Он продолжал стоять неподвижно, даже когда девушка встала с дивана и демонстративно покинула комнату. Его руки повисли вдоль тела, как плети.
— И это твоя девушка? — пренебрежительные слова разнеслись по комнате, отрезвляя всех нас.
До этого мгновения мой мир сузился до очень узкого пространства. Была только Мила, и Кира с Алеком заодно. Но я больше ни на что не обращала внимания. Не заметила, сколько людей еще находилось в комнате, и чем они были заняты. Я забыла даже о себе, о своих мыслях, о позе, в которой остановилась, полностью погрузившись в роль стороннего наблюдателя.
Но слова Марселя вернули меня к себе.
— Не стоит, — на удивление резко осадил его Феликс.
— Почему? Я думал, раз она приехала в порт, то знает, с кем начала отношения. Я может и не такой взрослый, как ты Алек, но уже понимаю, что нельзя просто взять и выбросить прошлую жизнь, словно её никогда не было.
— Она это знает, — мягко ответила я, пока Феликс не начал огрызаться. — Просто знать и увидеть своими глазами — разные вещи, — я повернулась к другу — Алек, иди за ней.
Тот невесело усмехнулся.
— И что я её скажу? Я ведь был там, и знал, что они делают. Да, возможно, я не принимал во всём этом прямого участия, но я ведь и не останавливал его.
Я подошла к парню ближе и положила ладонь ему на плечо, а затем заглянула в глаза.
— Но ты сделал это сегодня. Ты не позволил ему забрать Марселя. Ты рисковал собой. Это очень многое значит, — а затем добавила шепотом — помнишь, что я сказала тебе сегодня на дороге?
Алек медленно кивнул.
— Друг, она не должна тебя бояться. — Кого угодно, но не тебя.
— Феликс прав. Так что иди и догони её скорее. А что сказать… сердце подскажет нужные слова.
И снова последовал кивок. Правда, в этот раз его сопровождало не отчаяние, а только что загоревшаяся решимость. Алек спешно покинул комнату. Я проводила его взглядом, молясь великим силам, чтобы этих двоих не постиг разлад.
— Сколько себя помню, мы были на одной стороне, — снова заговорил Марсель, обращаясь к Феликсу. — Почему сейчас всё изменилось?
— Потому что ты не знаешь, о чём говоришь. Мила не просто очередная подружка Алека.
— Это ничего не меняет.
— Это меняет всё.
Ответ, не терпящий возражений. Мне не хотелось, чтобы в доме завязалась очередная ссора, поэтому я решила сменить тему.
— Кстати, мы еще официально не знакомы, — улыбнувшись Марселю, я протянула ему ладонь. — Я — Лина.
Парень недоумённо уставился на меня.
— Марсель Паскуаль, Лина без фамилии, — ответил на рукопожатие он. — Ты девушка Феликса?
Феликс, который в этот момент отпивал виски из стакана, поперхнулся.
— Что? Нет! — засмеялась я.
Марсель приподнял одну бровь.
— Странно, я видел, как ты его поцеловала возле машины, вот и подумал.
— Это… ты неправильно всё понял, — попыталась оправдаться я, чувствуя, как краснеют щёки.
— Как скажешь, — пожал плечами парень.
В воздухе повисло неловкое молчание.
— Ты наверное, ужасно голоден, — сменила тему, Кира, обращаясь к Марселю.
— Ужасно — не то слово, — капризно протянул он.
Подруга засветилась энтузиазмом, как мне показалась, чрезмерным.
— Тогда пойдём искать кухню, я что-нибудь приготовлю.
— Погнали, я знаю дорогу.
Они уже почти ушли, когда Кира резко обернулась.
— Ты что-нибудь будешь, Лина? — бросила она через плечо.
— Спасибо, нет аппетита, — отмахнулась я.
Феликса она не удостоила даже взглядом.
— И снова старая песня. Она меня ненавидит, а я даже не знаю за что. Зато к этому малолетнему сопляку она сразу проявила сочувствие.
В его словах слышалась плохо скрываемая ревность. Но если Феликса волновали чувства Киры, то почему он не вмешался в мой разговор с Марселем и не подтвердил, что между нами ничего нет? Мне вспомнились все наши встречи наедине. Прогулка по садам особняка в день рождения Инги. Первый настоящий поцелуй в библиотеке, который, казалось, произошёл сто лет назад. Затем эта ночь, объятия в закусочной, то, как он держал меня за руку во время второго испытания. Поцелуй в щёку перед отъездом. И десятки других маленьких моментов. Это всё заставило задуматься: а действительно ли между нами ничего нет?
Наверное, нам нужно обсудить это с Феликсом напрямую. Но, если честно, сейчас у меня не было на это сил. Поэтому я коротко ответила.
— Марсель тоже многое сегодня пережил, ему нужна забота, он же еще такой юный.
— Знаю, я же не полный идиот. Но почему именно она? Вы все очень добрые, внимательные и участливые девушки. Но сюсюкаться с ним, пошла именно Кира.
Я не знала, как объяснить другу, что Миле сейчас явно не до Марселя, Соня, после того, что она сотворила, тоже наверняка не в форме. Инга куда-то исчезла. А я… Я эгоистично понадеялась, что нужна Феликсу. Просто, чтобы быть рядом. И также наивно подумала, что имею право ответно нуждаться в нём.