Хелен, Натан и я посмотрели друг на друга. Омар Великолепный и Малыш Марвел явно простыми людьми не были — или даже вообще людьми. Если они знали об Ордене, они знали, что нам было поручено уничтожение их вида. Возможно, они заманивали нас в ловушку. И всё же они пришли мне на спасение, и они знали о тенях и видели ван Друда, в сопровождении молодых девушек на Кони-Айленде...
— Мы будем очень рады, — ответила за нас Хелен, как будто принимала приглашение на чай. — Я никогда раньше не была в павильоне гипнотизёра!
"Золотой Павильон" Омара Великолепного оказался деревянным фургоном, обклеенным театральными плакатами и стоящим между домом смеха и площадкой шоу уродов. Снаружи он казался чересчур маленьким, чтобы вместить нас пятерых — даже если один из нас и был карликом — но оказался на удивление просторным внутри. Пол был покрыт толстыми индийскими коврами, стены и потолок были задрапированы красивыми шёлковыми шалями, окаймлёнными крошечными медными колокольчиками. Нам предложили присесть на низкие стёганые подушки и подали пряный чай из медного самовара в изысканных стаканах с золотым обрезом.
— Какая прелесть! — воскликнула Хелен, попробовав покрытое сахарной глазурью пирожное с медного подноса. — Свою следующую чайную вечеринку я проведу в восточной тематике.
— Мы здесь не для того, чтобы обмениваться рецептами булочек, — строго сказала я. — Мы здесь, чтобы найти девушку, — я положила фотографию Рут на медный чайный поднос. — Это Рут Блюм. Она без вести пропала четвёртого июля. Подме... свидетель, говорит, что видела Рут, встречавшейся с мужчиной, который подпадает под описание ван Друда, у входа в Стиплчейз-парк в день исчезновения.
— Твоя свидетельница, должно быть, не простая смертная, если она смогла вспомнить облик пишачи, — сказал Омар, усевшись, скрестив ноги на ковре. — Пишача ещё более сведущ в искусстве гипноза, чем я. Для необученного разума его лицо будет казаться размытым пятном.
— Мой разум достаточно дисциплинирован, — возразил Натан. — А я лишь вспоминаю его, как неясное пятно.
— У вас, сагиб, в самом деле, прекрасный разум, — сказал Омар, поклонившись Натану, — но боюсь, он был тяжко подпорчен спиртными напитками...
— Синий джин, да? — согласился Малыш Марвел, постучав себя по носу. — Та низкопробная дешёвка, что подаётся в безвкусных публичных домах, в итоге дарит тебе белую горячку. Лучше оставаться верным отвару из скандала, — он поднял свой стакан с чаем, сделал глоток и сморщил лицо.
— ... и меланхолией, — продолжил Омар, подавшись вперёд и пригвоздив Натана взглядом своих сверкающих чёрных глаз, и тот качнулся как кобра, поднимающаяся из корзины заклинателя змеи.
— Прекращайте! — воскликнула я, щелкнув пальцами перед притупленным взглядом Натана. — Нечестно использовать свои дарования на нас.
— Не больше, чем справедливо для вас внедряться в наш район, не выложив все карты на стол, — прорычал в ответ Малыш Марвел, его голос стал на октаву ниже, чем был мгновение назад. — Вы знаете, что мы маджи, и мы знаем, что вы можете спустить на нас Орден Бубенцов. Ваш вид никогда не выказал нашему виду ни капли милосердия. Вы выслеживаете и убиваете нас. И почему, как вы думаете, мы скрываемся здесь под покровом шоу уродов? Куда ещё мы можем пойти, где безопасно от вас бубенчиков? Почему мы должны доверять вам? Почему мы должны вам помогать?
— Маджи? — вторила я. — Бубенчики?
Хелен съёжилась от язвительной атаки дварфа. Натан стиснул кулаки, как будто хотел ударить маленького мужичка. Омар хранил молчание и наблюдал, взгляд его чёрных глаз двигался по нашим лицам. Когда взгляд этих глаз достиг меня, я почувствовала "укол" за каждым глазом и зуд вдоль лопаток.
— Под маджами мой дорогой коллега подразумевает магических существ, а под бубенчиками, ну... — Омар широко раскинул руки. — Хоть я и признаю, что это не совсем уважительное имя для Ордена Колокола, боюсь, я должен согласиться с суждением мистера Марвела. Мы были бы глупцами доверять вашему виду. Когда ваши агенты пришли в мою страну, они выкорчевали наших богов и разграбили наши храмы. Они прочесали наши хинди в поисках детей с магическими способностями и забрали этих детей из родных домов, пообещав их родителям, что они будут воспитаны на равных в их школах.
Омар поднял руку. Я услышала, как ахнула Хелен, когда она узнала кольцо на его пальце. На нём был высверлен знак отличия Ордена — Колокол и Перо.
— Но мы никогда не были равными. Они использовали нас, чтобы обучиться нашей магии, и затем обходились с нами как с прислугой. Почему мы должны доверять вам теперь?
— Он прав, — сказал Натан. — Их вид и наш никогда не смогут работать вместе. Им плевать, что беззащитных девушек крадут из их семей. Они никогда нам не помогут, — он развернул свои длинные ноги и начал скованно вставать, потянув за собой Хелен.
— Это вы жертвуете этими бедными беззащитными девочками, вместо того чтобы принять помочь от нашего вида! — воскликнул Малыш Марвел, вскочив на ноги куда более гибко, и ткнул пальцем в грудь Натана, столкнувшись с рукой Хелен в процессе.
Она уронила чайный стакан. Когда он разбился вдребезги на медном подносе, то издал звук похожий на звон колоколов. Звук развился в моей голове, нарастая до сводящего с ума трезвона, который наполнил фургон. Зазвонили крошечные колокольчики на подвешенных к потолку шалях и стаканы на медном подносе однообразно вторили. Затрясло весь фургон. Я посмотрела на Омара, уверенна, что это он, должно быть, заставил фургон двигаться, но в его широко распахнутых, удивлённых глазах я увидела, что он тут был ни при чём. Причиной этому была я одна.