— Стало после этого лучше?
— На некоторое время. Люди создали мирные поселения во время этого периода, но было несколько людей, которые чувствовали, что чего-то не хватает. Истории о сосудах и их потайных местах распространялись по миру, некоторые из них говорили, что сосуды содержали великое знание.
— Подобно ящику Пандоры, — сказала я. — Или зеркалу в "Снежной королеве".
— Да, эти истории — пережитки историй о сосудах. В конечном счёте, один из сосудов был обнаружен и разбит. Когда его разбили, всё содержавшееся в нём зло вырвалось наружу в форме теней — "сумерек". Они захватили мужчину, который обнаружил сосуд, и завладели им. Он стал первым Мастером Теней. Он научился управлять "сумерками" и направил их на захват других, чтобы те исполняли его приказы и распространили зло по миру. Первым делом они занялись поиском второго сосуда и освобождением "сумерек" из него. С тех пор зло свирепствует.
— Что насчёт третьего сосуда? — спросила я.
— Он так и не был обнаружен. Мастер Теней ищет его. Если он найдёт его и освободит оставшиеся тени, мир погрязнет в непоправимый мрак. Дарклинги уже и так едва способны сохранять баланс между добром и злом. Когда мир становится всё больше и больше наполнен людьми, нам становится всё труднее и труднее существовать в нём. Как много ещё таких мест, к примеру, где юные птенцы могу расправить свои крылья?
Он наклонил подбородок в сторону открытого воздуха, где Ориол с Марлином выкручивали параболы на фоне розового небосклона. Рассвет наступал слишком быстро в такие ночи!
Я удобней устроилась в объятии Рэйвена, придя в уныние от рассказанной Рэйвеном истории.
— Если Орден и Дарклинги смогут объединить силы, Орден сможет защитить Дарклингов.
— Боюсь, что любая надежда на это умерла, когда твой мистер Фарнсуорт погрузился на дно океана вместе с "Порочностью Ангелов".
— Мы не знаем, утонул ли он, — возразила я, хотя уже прошли недели без какой-либо весточки от Агнес, и во мне оставалось всё меньше и меньше веры, что он до сих пор был жив. — И должен быть иной способ убедить Орден, что Дарклинги не зло. Я могу поговорить с Дейм Бекуит...
— Это слишком опасно, — быстро ответил он. — Ты считаешь, Дейм Бекуит и своих учителей своими друзьями, но также считали и индейцы, которые жили здесь, и другие, кого предал Орден. Они убьют тебя, если обнаружат, кто ты.
Он покровительственно погладил мои крылья, и я ощутила трепетное чувство глубоко в душе.
— Ты не должна рисковать до тех пор, пока... — хрипло произнёс он, он перенёс свои руки с моих крыльев на моё лицо, его прикосновение было столь воздушным и лёгким, как и прикосновение его крыльев, одно из которых обернулось вокруг моей спины и подтолкнуло меня к нему.
Я пододвинулась ближе, мои собственные крылья раскрылись и сплелись с его, пока мы оба не оказались полностью заключенными в мантию из наших соединённых крыльев. Казалось, будто мы были внутри гнезда. Розовеющее зарево рассвета просвечивалось сквозь наши перья, заставив расстояние между нами алеть, окрасив нашу кожу золотом, а его губы в розовый оттенок лепестков роз.
Когда наши губы соприкоснулись, я ощутила, как его крылья затрепетали рядом с моими, быстро и легко, подобно крыльям колибри.
— Пока что? — прошептала я.
— Пока ты не будешь готова покинуть их и прийти ко мне.
ГЛАВА 16
Никто из нас больше не заговорил той ночью, пока мы летели домой. Равно как и я не смогла встретиться с ним всю следующую неделю. Приближались промежуточные экзамены, и Хелен сформировала из нас учебную группу, которая походила на военный лагерь.
— Разве у меня был выбор? — поинтересовалась она, когда я начала жаловаться. — В противном случае ты никогда не сдашь экзамены. Ты провалила последний опрос по латыни и зачёт по истории.
Она была права. Я никак не могла сосредоточить всё своё внимание на учебе. Что проку учить склонения на латыни, когда девушек держали заложницами в месте, подобном клубу "Хелл-Гейт". Как могла я наслаждаться привилегиями Блитвуда, когда подмёныш и другие девушки сносили жизнь презренного рабства, когда такие девушки, как Молли, с головой бросались насмерть? И зачем изучать прославленную историю Ордена, когда половина того, что мы узнаем из книг, была ложью, маскирующей действительность дрянного отношения Ордена к половине людей на планете?
На большинстве занятий я металась между отвлеченностью и раздражительностью не в силах даже правильно натянуть тетиву на уроке стрельбы из лука, из-за чуждого напряжения в мускулах моей спины от полётов, либо из-за перезвонов колоколов, поскольку мой новый слух Дарклинга делал звук невыносимым. Я даже не могла уделить должного внимания своему любимому предмету, Английскому, на котором строки стихов, читаемые мисс Шарп, напоминали мне о прикосновении губ Рэйвена к моим губам. Если я не возьмусь за дело решительно, мне даже не потребуется разоблачения меня как Дарклинга, чтобы быть изгнанной из Блитвуда. И тогда у меня не будет иного выбора, как пойти к Рэйвену...
Но куда? Мы будем жить вместе в его укрытии? Или в Доме Фиалок с ним под личиной Реймонда Корбина, подмастерье часовщика? Женится он на мне? Но Рэйвен не просил меня выйти за него замуж. И он больше не заводил разговора о том, что отведёт меня знакомиться со своими родителями.