Я прошелся по всему помещению, попутно встречая знакомые лица и убедился наяву, что это место кардинально отличается от того, что было задумано изначально. Мне нужен был Артур, трубки он не брал. Его местные дружки рассказали, что он окончательно слетел с катушек. Нюхает порошок, жрет таблетки, снимает девчонок, избивает их, а потом закидывает бабками, чтобы молчали.
В тот вечер он был на посвящении в каком-то новом клубе. Я поехал туда. И неожиданно для себя столкнулся с той, которую когда-то так сильно ненавидел.
Я не знаю, зачем помог ей тогда. Эта девчонка создавала проблемы. Мой друг детства, всегда готовый быть моим орудием, перестал контролировать себя. Я беспокоился за него. И за себя. Я впервые не понимал природу своих эмоций, и меня это злило.
Сиана
Какой-то абсурд происходит в моей жизни. Демьян предъявляет мне такие странные вещи, постоянно обвиняет меня в чем-то. Как будто я позволила бы всему этому происходить, не будь я слабее их физически. Может, пойти на бокс? Или хотя бы электрошокер купить..
На следующий день я пошла в деканат и написала заявление на перевод. Мне предложили перейти на заочное. Но платно. Передо мной встала дилемма. С одной стороны, мне очень нравился этот институт, и я уже успела получить тут много знаний по программе, которая была именно тут, и переводиться куда-то в другое место мне не хотелось. С Другой стороны, Демьян и Артур, которые постоянно тут маячат. Особенно Артур. Но даже на заочном, мне иногда придется тут появляться. На экзаменах. Но одно я знаю точно. Видеть их всех я не хочу.
Впереди лето. Я сказала, что за каникулы приму решение о переводе. Но на самом деле, я уже знала, что все лето буду работать, чтобы накопить на оплату заочного обучения.
Деньги таяли с пугающей скоростью. Оплата коммунальных услуг, скромная еда, проезд - даже на это с трудом хватало после очередной смены. Мысли о платном заочном отделении казались насмешкой. Я перебирала в уме все возможные подработки, но везде требовалось больше времени, чем у меня было, или специфические навыки, которых у меня не было. Клининг оставался единственным вариантом.
Я не притронулась к телефону от Оборина. Он так и лежал на комоде. Я даже не распаковывала его. Эти подачки были хуже прямого оскорбления. Вместо этого я зашла в душный ломбард и на последние, отложенные на черный день деньги, купила старый, потрескавшийся по углам смартфон с тусклым экраном. Он медленно грузился и быстро разряжался, но он был моим.
Виталина встретила меня в кафе у института с двумя круассанами. Её лицо, обычно озаренное улыбкой, было серьезным.
- Ты выглядишь, как после апокалипсиса, - заявила она, отодвигая мне чашку капучино. - Что случилось?
Я обхватила теплую чашку, пытаясь согреть ладони. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный ком. Рассказать - значит снова пережить тот унизительный ужас в подсобке «Ловушки», предательство, которое жгло хуже любой кислоты.
- Леша, - выдохнула я, глядя на кофейную пену. - Он.. он меня продал. Буквально. Привез меня туда, к Артуру. За какую-то свою задолженность или место в их клубе.
Виталина замерла с круассаном на полпути ко рту. Её глаза расширились.
- Леша? Не может быть. Он же.. он за тебя заступался. Он смотрел на тебя так..
- Так и есть, - перебила я, голос прозвучал устало. - Я видела его лицо. Он был жалок. Но это не отменяет того, что он сделал.
- Может, его шантажировали? Угрожали? - В её голосе звучало отчаянное нежелание верить. Она так хотела, чтобы в нашем мире оставался хоть один правильный, хороший человек.
- Возможно. Но он выбрал себя. А меня - сдал. Как вещь.
Виталина долго молчала, разглядывая крошки на столе.
- Тогда он дерьмо. И он получит по заслугам!- самоотверженно заявила Вита, отпила свой кофе, и чуть не обожглась.
Я улыбнулась ей измученной улыбкой. Я не стала рассказывать про Демьяна. Просто уже не было моральных сил говорить о нем.
Вышла из кафе, оставив Виту доделывать проект. Воздух был влажным и тяжелым, пахло грозой. Пока я шла к остановке, по спине пробежал холодок, будто чей-то взгляд упёрся мне в затылок. Я резко обернулась. Улица была полупустой: пара студентов с рюкзаками, старушка с тележкой. Ничего подозрительного. Паранойя, Сиана, просто паранойя, - сказала я себе, но шаг ускорила.