Медленный вдох. Выдох.
Забор, небо, луна, звезды - то, что вижу вокруг.
Поезд, лай собак, шум дождя и стук пульса в собственных ушах - звуки, которые слышу.
Запах мокрой травы и своих грязных волос, аромат духов с ванилью - запахи, которые ощущаю.
Металлический привкус крови во рту и вкус животного страха - то, что чувствую на языке.
Вдох. Выдох.
Боже. Какое же сегодня красивое небо. Идеально черное с белыми блестящими точками. Одна стремительно покидает небо.
Я успела загадать.
Загадала, чтобы всё это кончилось. Чтобы я просто исчезла.
Глава 6
Неожиданно свет фар разрезал мрак, ослепил. Машина тихо подкатила и остановилась в метрах десяти. Дверь открылась, закрылась. Шаги по мокрому асфальту. Неспешные, уверенные. Луч фонарика скользнул по забору, по луже, по моим ногам, и наконец остановился на моем лице. Я зажмурилась.
Шаги приблизились. Остановились прямо надо мной. Я открыла глаза, щурясь от света.
Демьян. В темной куртке с капюшоном, с каплями дождя на кончиках волос. Его лицо в резких тенях было абсолютно бесстрастным. Он смотрел на меня, на мою грязную, мокрую, жалкую фигуру в луже, на неестественно вывернутую ногу, на руки, прижатые к животу.
Он медленно выдохнул, и в этом выдохе прозвучала вся вселенская усталость и ярость.
- Ты точно издеваешься надо мной, Ольховская.
Не спрашивая, не предлагая помощи, он наклонился, подсунул руки под мои плечи и колени, и одним движением поднял. Боль в лодыжке пронзила белым светом, я вскрикнула. Он проигнорировал. Донёс до машины, усадил на пассажирское сиденье, пристегнул ремень. Всё делал молча, с жестокой, отточенной эффективностью.
Сел за руль, завёл двигатель. Тепло начало медленно растекаться по салону, но я дрожала, как в лихорадке. Ладони пылали.
- Что с руками? - спросил он наконец, не глядя на меня.
- Обожгла.. химией - мои зубы стучали.
- Зачем ты поехала сюда ?
Я промолчала, уставившись в темное окно. Он резко ударил ладонью по рулю.
- Отвечай!
- Тебе какая разница? - выдавила я. - Чтоб снова сказать, что я сама виновата? Что надо было лучше смотреть, куда иду? Я знаю! Я уже всё это слышала!
Он повернулся ко мне. В свете приборной панели его глаза горели тем самым знакомым, ледяным бешенством.
- Ты поехала в бордель Савинова. Дом, где живут девушки по вызову и где время от времени их хозяин устраивает разборки. Ты поехала убираться в бордель!
Его слова обрушивались, как удары. Бордель. Пятна, похожие на кровь. Ирина Викторовна.. сутенерша? В голове всё смешалось. Я закрыла лицо руками, забыв про ожоги, и взвыла от новой волны боли.
- Я не знала! Мне нужны были деньги! - закричала я, срываясь на визг. - На что мне жить? На что учиться? Мне пришлось перевестись на заочное.. И я не искала с тобой встреч и не просила меня спасать!
Я рванулась к дверной ручке, пытаясь открыть дверь на ходу. Замок щёлкнул. Демьян резко дернул меня назад за куртку.
- Сиди! - его голос прозвучал как хлыст.
- Отстань от меня! Оставь меня в покое! Я ненавижу тебя! Ненавижу всех вас! - Я билась в его хватке, обожжённые ладони скользили по коже, оставляя полосы боли. Слёзы, гнев, отчаяние - всё вырвалось наружу, бессвязное и яростное.
Он резко затормозил, почти грубо отпустил мою куртку, схватил за плечи и притянул к себе. Его взгляд на секунду задержался на моём лице, искажённом гримасой боли и ярости, а потом он прижался губами к моим.
Это даже не было поцелуем. Удар током. Жесткая, бесцеремонная атака, полная той же невысказанной ярости, что кипела в нём. В нём не было нежности, только захват, подавление, стремление заткнуть этот крик, эту истерику, эту невыносимую реальность, в которой я существовала и которая, казалось, преследовала его по пятам.
Я замерла, парализованная шоком. Вся эта боль и агония уступила место этому грубому, необъяснимому контакту. Он длился всего несколько секунд. Потом он резко отстранился, откинулся на своё сиденье и закрыл глаза, тяжело дыша.
В салоне воцарилась оглушительная, звенящая тишина. Я сидела, прижавшись спиной к дверце, касаясь пальцами своих губ. Они горели. Всё горело: ладони, лодыжка, губы, щёки.
Он больше не смотрел на меня и не говорил ни слова. Просто повернул машину и поехал, увозя меня прочь от этого проклятого места.
Машина остановилась не у моего дома. Я узнала элитный жилой комплекс в центре.
Демьян заглушил двигатель, вышел, открыл мою дверь.
- Выходи.
- Я поеду домой.
- Я сказал, выйди
Он не стал ждать, снова взял на руки. Я замерла от шока и боли, не сопротивляясь. Он нёс меня легко, будто я не весила ничего.
Квартира была огромной, пустой и бесшумной. Современный минимализм. Ничего лишнего, только серый бетон, стекло и холодный металл. Как будто здесь никто не жил.