– А что, госпожа ведьма, хорошо ли вы пополнили кошелёк, пока принимали истосковавшихся по волшебному решению проблем горожан? – «первый человек в Лоаноге» с показным равнодушием ткнул ложкой в не так сильно, как ожидалось, но всё-таки потяжелевший мешочек у моего ремня.
– Не так чтобы очень, – осторожно заметила я.
– И, разумеется, собираетесь заплатить налог?
Упаси Богиня! И в мыслях не было!
– Конечно. За кого вы меня принимаете? – я пожелала очередному ломтю пирога встать поперёк горла собеседника, но без должного колдовского посыла тот проскочил как по маслу.
Кайлен по одному облизал липкие пальцы:
– Зря. Налоги у нас просто грабительские.
– Что я слышу? Сам бургомистр рекомендует пришлой ведьме обокрасть казну?
– Всего лишь предлагает выгодную сделку, – липкие пальцы клещами сомкнулись на моём запястье, намекая, что вполне могут превратиться в реальные кандалы.
Гудящая толпа, обсуждающая, восхваляющая и ещё утром радующаяся колдунье, затравленно жалась по углам: уходить не хочется, оставаться боязно. С бургомистром здесь явно спорить не принято.
– Чего камни охранять-то? Боитесь, что стащат? – подошла я с другой стороны, опасливо высвобождая руку.
Он осторожно подобрал крошки с тарелки, не желая пропустить ни одной:
– Видите ли, уважаемая ведьма, – тон подсказывал, что мужчина сомневается не только в моих магических талантах, но и в степени уважения, – в Лоаноге происходит не так много интересного. Мы уже не столица, но ещё не глухомань, поэтому цены в городе высокие, а средний достаток не так велик, как хотелось бы. С тех пор, как меня направили сюда, вашему покорному слуге удалось слегка улучшить положение именно благодаря приезжим и путешественникам. Поэтому лишиться единственного места, притягивающего любопытных и заставляющего оставлять в местных заведениях монеты, ой как боязно. Даже если рассказы о нём пустышка.
– Это ж какие такие рассказы? – я сглотнула слюну, вспоминая, что, когда сластей в моей жизни было предостаточно, я упорно их игнорировала, заботясь о фигуре, а когда захотелось, уже не могла себе позволить.
– Говорят, что их число постоянно меняется. Обычно в большую сторону.
– Это так?
Кайлен попытался вытереть остатки начинки с ободка тарелки и крайне расстроился, не обнаружив их. Вкусный, видать, пирог.
– Поинтересуйтесь у тех, кому не лень их пересчитывать. Лично я ценю камни независимо от их количества.
– Ну и цените себе на здоровье! Сколько лет, столетий они уже тут? До сих пор никто не позарился, значит, и дальше останутся на месте.
– Они – да, – Кайлен утёр пот со лба белоснежным платочком, бельмом на глазу выглядящим в запылённом помещении.
Я опешила:
– Тогда кого охраняем?
– Охраняете, уважаемая. Охраняете.
– Тогда для охраны кого вы хотите меня нанять? – терпеливо уточнила я.
– Для охраны пропадающих там людей, – Кайлен прервался, чтобы оценить чистоту ногтей, и, не повышая голоса, закончил: – Я надеюсь, что вы возьмётесь проверить, почему это происходит. Безвозмездно. Благодаря гостеприимству нашего города. Я же, в свою очередь, окажу ответную услугу и, вопреки рекомендациям, полученным при вступлении в чин, повременю с отправлением во дворец вести о вольноработающей ведьме.
– Ах ты ж гоблинова дырка! – восхищённо прошептала я, дабы не спровоцировать лишние пересуды в толпе.
Кайлен оценил мою тактичность и обезоруживающе улыбнулся желтоватыми зубами:
– Всего лишь человек, не желающий упускать выгоду. Как, полагаю, и вы.
Этот говнюк решил, что я перепугаюсь и безропотно соглашусь? Вот ещё!
– Верно полагаете, – я подалась вперёд и сжала пальцы на холёной ручке обладателя гнилых зубов и душонки. – Поэтому, как два неглупых человека, мы придём к обоюдовыгодному решению, верно?
– Неужели? – заинтересовался бургомистр, уже давненько не получавший отпора. – И о чём же вы толкуете?
– Честная сделка. В меру честная, – подумав, уточнила я. – Понятия не имею, что там у вашей достопримечательности происходит, но возьмусь проверить. Одна ночь. Не больше. И вы расскажете мне всё, что знаете, не пытаясь утаить. И, пожалуй, я сделаю вам скидку, скажем, в половину стоимости, за то, что вопрос налогов мы не станем поднимать вовсе. Что же касается весточки во дворец… Мы ведь оба понимаем, что не отправлять её вовсе куда полезнее для вашего здоровья и благополучия, – в последнюю фразу я постаралась вложить максимум холодной угрозы. Может, разнести этот городишко, или хотя бы «Брета» мне не по силам, но проклясть хама постоянным недержанием сумею. Главное говорить достаточно уверенно.