– А вина не мог принести?
– Ты ж просила…
– Вина-а-а-а-а! – исправилась девушка, зарыдав ещё горестней.
Осушив кубок и с трудом, покосившись на моё ошалевшее лицо, сдержав отрыжку, продолжила:
– Еды-ы-ы-ы!
Танцевать они там её заставляли, что ли? Я безропотно сунул в протянутую ладонь припасённый с обеда кусок окорока с ломтём хлеба.
– Что ты мне суёшь? – подруга недовольно понюхала предложенную снедь и придирчиво осмотрелась: – А сладкое чего есть? Ягод там каких?
– Сдаётся мне, Брианна, что ты прекрасно себя чувствуешь, – сделав вывод, что с бутербродом я справлюсь и без посторонней помощи, я отобрал перекус и поспешил реализовать мысль.
Девушка тут же прекратила умирать и расправила оборки на очередном безвкусном платье:
– А что мне, плакать, что ли? Чать не первый раз. Ну поспрашивали, ну покричали, чтоб своё место не забывала. Как обычно. Ты-то успел?
Я гордо продемонстрировал полупустую склянку.
– Олух! Сказала же, двух капель хватит! – выругалась она, отбирая сосуд. – Знаешь, чего мне стоило его приготовить?!
– Я для верности… Всё-таки не в еду, а на подушку. Вдруг не сработает, не нанюхается…
– Его еду всё равно каждый раз пробуют. Хочешь, чтобы прямо перед Рикмасом в глубокий сон провалился его камердинер?
Я поймал занесённую для подзатыльника руку:
– Брианна, мне глубоко плевать, что там случится. Если понадобится, я просто перережу советнику горло. Снотворное для его безопасности, а не моей. Он угрожал моей сестре. На этом – всё. Больше в политику и выкуп я не играю.
Девушка заинтересованно надула губки:
– Ррррр! И откуда это в тебе, благородный мой? Начинаешь мне нравиться. Признаться, я вообще ставила на то, что ты не успеешь всё провернуть, пока я им зубы заговариваю. Нет, я время, конечно, как могла тянула. Особенно мне понравилось, как Рикмас за нами следил из-за карты Витании, а мы с Вальдингом делали вид, будто не знаем, что он там. Так весело! С тобой, я смотрю, вообще что ни день, то приключение. Что дальше делать будем?
Я галантно предложил девушке руку, а когда она, смущённо потупив глазки, ухватилась за неё, вздёрнул с кровати и мягко направил в сторону выхода:
– Мы ничего не будем делать. Делать буду я. Твоё положение и так весьма шатко. Как считаешь, что сделает с тобой советник, если поймает на краже его собственности?
– Тут и думать нечего: отправит в Круг, в подвалы. Лишит магии, как и всех остальных, – Брианна растопырила руки и ноги, не желая пролезать в проход, и полным торжественности голосом закончила: – Именно поэтому я бегу вместе с тобой.
От неожиданности я перестал пытаться выпихнуть упрямую девчонку из комнаты. Наконец взял себя в руки и выдал твёрдое «нет».
– Нет? – уточнила Брианна.
– Нет.
– То есть, нет?
– Ты прекрасно знаешь, насколько всё это опасно. Сейчас твоя жизнь не так плоха, как может показаться…
– Да пошёл ты! – она с силой наступила мне на ногу и гордо вышла из комнаты сама. Ещё и обиделась?! Нет, всё-таки они все ненормальные.
И только я решил, что отделался малой кровью и показушной обидой…
– Помогите! – завизжала Брианна из коридора. – Спасите!
– Ты что делаешь?! – схватить бы сейчас за волосы, да приложить хорошенько о стену!
– Спасите! – и тут же тише добавила. – Не идём на дело вместе, значит не идёшь вообще. А-а-а-а-а!
В замке служило удивительно мало людей: пара десятков горничных и лакеев, пяток конюших и садовников. Но глупо было бы надеяться, что на всём этаже нет ни одного стражника.
С топотом и грохотом, ломая и роняя столь же бесценные, сколь и уродливые статуэтки, они прибежали почти сразу.
Чтобы увидеть страстно целующуюся парочку.
– Я уже передумала! – заявила Брианна, отрываясь от меня. – Долго шли, теперь можно уже не спасать. Валите отсюда!
– А я всегда говорил, что с бабами надо пожёстче! – заявил один, тощий и с плешивыми усами.
– Молодец, парень, – поддержал его второй. – Эта ведьма у нас уже в печёнках сидит. Ты её того, в общем, покажи за нас всех!
Дождавшись, пока сально хихикающая парочка скроется за поворотом Бри приподняла брови, многозначительно кивая на мои штаны:
– Ну показывай за них за всех, раз уж подвязался.
Я демонстративно вытерся рукавом. С этими ведьмами никаких манер не напасёшься:
– Змея ты.
– Ага, подколодная. Но целоваться, между прочим, ты полез, – чтобы не отставать, ведьма сделала то же самое. Ещё и не поленилась выудить из рукава мятый замызганный платочек и неспешно промокнуть губы.