– Да, и поэтому тоже. ставаться в Витании мы больше не можем. Извини, Вирке. Я вижу, как сильно ты надеялась избавиться от меня, но придётся потерпеть ещё немного. Как только мы окажемся в безопасности, – он запнулся и закончил, отвернувшись, непонятно зачем подбрасывая дрова в затихающий огонь, – я больше не стану тебе досаждать.
– Вы никогда не окажетесь в безопасности, детки, – мигом растеряв благодушие, отрезала Иона. Достала из-под стола оплетёную бутыль, уже не таясь плеснула себе кружку почти до краёв и залпом ополовинила. – Пока жив Вальдинг, пока его советник не оставил свои сумасшедшие эксперименты, ни одна ведьма не сможет спать спокойно! Они найдут вас, понимаете? Найдут каждую! Выследят по одной, притащат во дворец и выкачают магию, как из пересыхающего колодца, или нападут отрядом, когда мы соберёмся вместе, уничтожат Источник, перебьют всех, кто сопротивляется… Вы думаете, так не бывает? Думаете, я не видела этого?
Сейчас бы почувствовать, что брат рядом. Как в детстве поверить, что он защитит, ведь он сильный и смелый, обязательно придумает, что делать. Но нельзя. Нужно отстаивать свою жизнь, свой выбор. И мне не нравилось, что мне дали всего два варианта.
Белен не решился сжать мои плечи, но вырос позади незримой опорой, и дышать стало легче.
– Я сочувствую вам. Правда. Я видел Круг, видел, как тяжело тем женщинам, но мы не в силах…
Иона перебила:
– Как раз вы в силах! Только вы! Ты и твоя сестра! Думаешь, мы просто так ждали столько времени, не наносили ответный удар?
Я выпрямилась, собираясь уйти. Нет, это не мой спор, не моя борьба. Не стану выбирать между одним и вторым злом, найду третье – своё.
– Я думаю, – подчеркнула я особо, – что вы просто трусихи. Вы – ведьмы, гоблин вас раздери! Ты, вот эта малявка, Круг, в который вы все так упрямо верите. Хорошо, пусть. Пусть Круг существует, пусть в нём действительно живётся несладко. Так хватит терпеть! Вам подвластна Сила самой природы! Вы и есть эта Сила! Я знаю, потому что тоже её чувствую. И горстка солдат… Да хоть целая армия! Они ничто против вас! Как, ну как они могут победить?! Мы не нужны вам. Вам нужен хороший пинок, только и всего!
Иона подалась вперёд и ухватила меня за рукав, не дав гордо развернуться и уйти, опрокинула чашку с кроваво-красным пахучим напитком, но даже не заметила.
– Девчонка! – сжала она пальцы, натягивая ткань. – Ты действительно считаешь, что мы ничего не стоим? Что не умеем думать и не пытались победить своими силами?
– Матушка… – просительно протянула Брианна.
– Молчи, малышка. Тут кое-кого излишне самоуверенного пора щёлкнуть по носу. Послушай, Вирке, ты сильна. Необычайно, невероятно, невозможно сильна, – я зарделась, приготовившись услышать, что я последняя надежда на спасение, – но ты круглая дура, – подытожила Иона. – Ты молода, наивна и неопытна. Не видела войны и понятия не имеешь, как работают твои силы или силы любой из нас. По одной мы ничего не можем сделать с отрядами Вальдинка. Вот, например, Бри. Малышка хитра и разумна, но она слабее котёнка против обычного мужчины! Она лишь видит оттенки чувств, слышит слабые отголоски желаний. Полезный навык, не спорю. Но напади на неё наёмник, что она сделает? Десяток таких, как она, сумели бы защититься. Возможно.
Белен осторожно оттеснил Бри в сторону и сел на её место, успокаивающе коснувшись моего бедра, намекая, что не мешало бы послушать, пока говорят, а там уже думать. Он всегда это умел, а вот мне наука терпения не давалась. Я осталась стоять.
– В замке не меньше дюжины ведьм, – он притянул к себе припрятанную хозяйкой дома бутылку и плеснул немного попробовать с таким видом, словно дегустирует вино у нового купца. – Их даже не всегда держат отдельно друг от друга. Они вполне могли объединиться и сравнять дворец с землёй.
Вино оказалось вкусным; Белен попытался наполнить кружку до краёв, но матушка ревниво отняла бутыль и снова передвинула поближе к себе, зло шикнув, когда зацепила растёкшееся по столу пятно.
– Объясни им, Брианна, – бросила она, отвлекаясь, чтобы найти полотенце.
Небелёная ткань мгновенно пропиталась алым, как повязка тяжело раненного. А юная ведьмочка, не отрывая глаз от уменьшающейся лужицы, нехотя подхватила:
– Они слабы. Обессилены, измучены. Вдали от Ковенов едва способны соображать. Каждую из них… Из нас… Готовили какое-то время. В одиночной камере. А потом Рикмас… Словом, единственное хранилище магии в замке у него. Он контролирует Силу, которую разрешается использовать ведьмам. Подкармливает нас, чтобы совсем не подохли, выдавая по крохе. Эти женщины пусты и напуганы. Им нужен…