- Так вот почему все тебя величают повелителем зверей. Ты умудрился собрать коллекцию из трёх духов живого мира. Впечатляюще, спору нет. – Стараясь не поддаваться первобытному ужасу, произнёс Прин, но его сердце колотилось от страха, отказываясь подчиняться приказам разума.
- Спасибо. – Вежливо улыбнувшись в ответ, молвил Лесве. - Я тоже рад этому факту. Но прости, вынужден воспользоваться духом зверя, дабы накормить его тобой. Без обид.
- Ой, вот только не нужно угроз. – Отмахнулась Рулия, и парни заметили, что в её облике нет и капли страха. – Подумаешь волки. Подумаешь – хищники. Это просто звери со своими предсказуемыми инстинктами. Они мне не соперники.
- Как самоуверенно. – Насторожился Лесве. – неужели и правда не боишься стать их едой вместо Прина.
- Милый Лесве. Твои волки, просто собаки для меня. Милые собачки, которые будут делать то, что я велю. А велю я им – играть. – Девушка не бросила слов на ветер, призвала дух радужного мячика, всем известный дух детский игр и спортивных забав. – Ловите!
Весёлый мяч запрыгал по белому снегу, и волки инстинктивно ринулись за ним.
- Вот и конец музыке страха. – Довольно заявила она, любуясь тем, как три волка гоняются за мячом по арене, словно домашние собачонки. – Пришло время продолжить вашу мелодию. И как положено после мелодии страха, приходит пора смертельной музыки, что будет исполнена в вашу честь.
Едва звуки девичьего голоса утихли, как острый нож, всё ещё пытавшийся освободить пресс от камня, бросил своё занятие и полетел прямо в сердце Лесве. Повелитель зверей едва успел заметить это быстрое движение. Едва успел направить половину своей энергии в одного из волков, который тут же повиновался. Одним быстрым, мощным прыжком волк бросился в сторону ножа.
- Клац! – Могучие клыки сомкнулись в нескольких сантиметрах перед лицом Лесве. Волк в последнее мгновение всё же успел схватить зубами летящий клинок ножа. Капли духовной крови из пораненной пасти, упали на белый снег.
- Ах ты подлая девка. Было близко. Ты чуть не отправила меня в мир иной. – Гневно процедил сквозь стиснутые от злости челюсти Лесве и взял в руки духовный лук. – Прости, но теперь туда придётся отправить тебя.
- Обломись. Да прибудет тьма! – Ликуя выкрикнул Прин. – Моя Рулия прекрасная и коварная, как сама тьма! Тебе никогда не убить её, ведь она под моей защитой. Попробуй прицелиться и попасть в неё, когда вокруг кромешная тьма, порождённая моим духом.
Прин на мгновение замолчал и в ответ не услышал ни слова, ни звука. Он призвал своего самого сильного духа – духа тьмы, что погрузить может всю округу в непроглядную ночь. А если он сумеет достичь высшего уровня духовного мастерства, то ему вообще все будут поклоняться в этом мире. Ведь он! Он сможет всю планету погрузить во тьму на сколь угодно длительный срок. Он обязательно этого добьётся и будет пользоваться этой силой, этой властью в своё удовольствие.
- Что молчите? Не ожидали такого поворота! Так вам и надо! – Торжествовал Прин. – Пришло время нанести вам последний удар и одержать безоговорочную победу в нашем музыкальном споре. Бедолаги, сочувствую вам. Останетесь без толпы жен, о которых так размечтались. Не быть исключениям из правил в наших странах. Правда ведь, Рулия? – Спросил он напарницу, но не стал дожидаться девичьего ответа, просто отдал ей приказ. – Призови своего последнего духа и запиши полный запрет на гаремы, пусть довольствуются как и все – одной женой.
- Ладно. – Раздался скучающий голос Рулии из темноты, в которой тут же возникло сияющее золотое перо. Это был последний дух, которого могла она использовать, но он был её собственным, полученным от высших сил, а не заслуженным на арене.
Дух золотого пера был виден каждому на трибунах, ибо выделялся ярким светящимся силуэтом во тьме, только он не освещал ничего вокруг себя, что печалило зрителей.
Золотое перо по воле своего мастера принялось чертать знаки на покрывале тьмы. Пёрышко выводило одну золотую, сияющую букву за другой и каждая из букв сияла во тьме, привлекая всю энергию к себе.
- Простите, но у вас ничего не выйдет. – Раздался в темноте голос Лесве, который решился воспользоваться своим последним духом. – Я, конечно, понимаю, что дух золотого пера один из сильнейших духов. Мастер, обладающий им, и достигший высшего уровня мастерства сможет с лёгкостью изменить и переписать любые законы мирозданья, вот только этот дух, слабее моего.
- С чего ты взял? – Пренебрежительно спросил Прин, уже уверенный в своей победе. – Нет такого духа.
- Убери свою тьму и увидишь, что есть.
- Ага. Как же, прям, взял так и убрал.
- Тогда пеняй на себя. Но каждое слово выведенное золотым пером на покрывале тьмы, будет стёрто моим амулетом молчания. Духом, что заставляет любые слова, пропадать в пустоте, словно утихающий звук. – Пояснил Лесве, радуясь как никогда, что ему достался такой удивительный дух, которого он раньше считал бесполезным. Но ведь надо же – пригодился!