Перепуганные, невероятным зрелищем и обещанием страшной мести, местные жители даже не подумали восторгаться божественным благословением. Все сидели тихо, как мышки, и каждый ворошил свою память, стараясь вспомнить, обижал ли он когда-либо проклятую девочку или нет.
Клок тоже не радовался благодати небесной, ибо постарался как можно быстрее увести Дусю, подальше от арены, едва с той спало наложенное проклятье.
Молодой мужчина, расстроенный тем, что ни один из его подопечных не оказался в комнате победителей, быстро передал ученицу в надёжные руки её родителей, а сам поспешил в комнату победителей, где его ждала Идита, его любимая супруга.
- Интересно, она заметила, этих необычных духов? Или это у меня уже ум за разум заходит из-за проигрыша. – Думал он, стараясь идти как можно быстрее, маневрируя в потоке выходящих из арены зрителей. – Может это зародившееся в душе чувство надежды связано с тем, что я подсознательно ищу оправдание поражению своих воспитанников? Возможно, но лучше с Идитой поговорить. Она же всё это время была в комнате победителей и могла наблюдать за этими детьми.
Но вдруг, Клока, словно обухом по голове ударило. Он резко остановился, когда едва зашел с служебные помещения. Мужчина замер. Все мышцы на его теле напряглись, словно он стоял на линии старта в ожидании отмашки. Слух, зрение, обоняние мгновенно принялись работать в полную силу, ибо то, что он так внезапно почувствовал, было невероятным. Он словно со всего маха на полном ходу врезался в поток весьма ощутимого эфира, чужеродного эфира.
Инстинкт выживания, спокойно дремавший внутри его тела столько лет, вдруг закричал не своим голосом, заставляя забыть обо всём и немедленно побеспокоиться о собственном выживании.
- Это что ещё такое? – Стараясь понять, с чем столкнулся в столь обычном месте, подумал Клок. – Что это за эфир? – Он осторожно впитал несколько капель чужеродного потока и чуть не закричал от боли, резкой боли, заставившей тело исторгнуть из себя то, что только что поглотил.
- Это же! – Ошарашенно думал он, стараясь успокоиться и взять себя в руки. – Не паникуй. Нужна трезвая голова, ведь это инородный эфир и не просто инородный – он из иной вселенной. Совершенно не наш. Он не их этой это факт. И судя по вкусу тоже из светлой. – Мурашки пробежали по телу мужчины, и он нервно сглотнул. – Так что, представителям соседней вселенной света понадобилось в этой вселенной, что тоже считается светлой? Почему они оказались именно здесь и именно сейчас, в тот день, когда появились три серых духа? Неужели…
Затаив дыхание, и как можно тщательнее спрятав своё присутствие, Клок по служебному лестничному коридору вышел на верхний ярус зрительских трибун, где уже никого не было. Ни одного человека. Клок осторожно присмотрелся – пусто, никого нет. Тогда откуда идёт поток, пусть и слабый, но весьма ощутимый? Он не мог сам собой возникнуть, у эфира должен быть источник – живая душа, что впитала его и теперь понемногу расходует для своей жизнедеятельности.
- Странно. – Подумал он, разглядывая украдкой пустые верхние трибуны. – Никого не видно. – Он стал всматриваться всё внимательнее и внимательнее, ибо инстинкт самосохранения не давай ему покоя. И не зря. За одной из колонн, поддерживающей лёгкий навес над трибуной, построенный для защиты зрителей от палящих солнечных лучей и внезапного дождика, он заметил что-то неясное, словно размытое. Он видел за колонной очередной ряд зрительских кресел, но все они были размыты, словно его зрение мгновенно испортилось. И это происходило только в тот момент, когда он смотрел за ту колонну, стоило отвести взгляд, как зрение восстанавливалось и больше перед его взором размытых, нечётких пятен не возникало.
- Вот значит где они. Спрятались за техникой невидимости. – Думал Клок. – Не удивительно, уроженцы всех вселенных света легко умеют преломлять световые волны, отраженные от своих тел, делая себя невидимыми для простых обывателей. Только вот со мной, такие штуки не пройдут. Я тоже могу быть невидимым. – Подумал он и скрыл не только присутствие своего эфира, но и своего тела, воспользовавшись эфирной технологией сокрытия в тени. Теперь, даже сильный мастер душ из любой вселенной, не сможет обнаружить его. Зато он сможет подслушать чужие разговоры.
Осторожно, дабы не производить шума, способного выдать его присутствие, Клок приблизился к колонне, за которой скрывались незваные гости и стал вслушиваться. Голоса, которые невидимки даже не пытались скрыть, звучали отчётливо, но он не понимал ни единого слова. И этот факт был ещё одним доказательством его догадки о том, что здесь присутствовали необычные зрители, ведь он не знал языка, на котором они говорят. Не понимал ни слова, зато отлично ощущал их энергетику и чувства, что едины для всех детей мирозданья. И эти чувства, которые сильными волнами расходились от чужаков, пугали Клока.