Езды три часа, но не с моей черепашьей скоростью. Такси в такую погоду оказалось не найти. Все отказывались ехать за город, где вместо чистых ровных дорог, сплошное месиво из грязного снега. Я их не осуждала. Сама бы ни за что не поехала.
На фоне тихо играет радио. В салоне тепло. Я стараюсь не злиться на обстоятельства, а ехать, желательно спокойно.
Впереди, через одну машину от меня, так же неспешно тащится автоцистерна, на которой красными буквами написано «огнеопасно». Я бы предпочла обогнать ее, но погодные условия вносят свои условия. И я терплю. Тем более, что двигаться быстрее все равно не выйдет.
Похоже, водителя впереди одолевает аналогичное желание, вот только, самоуверенности у него побольше, чем у меня.
Он идет на обгон.
Встречная пустая, ровная, идеальный момент. Но не сегодня. Его машину начинает заносить в сторону, и он бьется кузовом прямо о цистерну, со стороны, кажется не сильно, но этого хватает, чтобы грузная машина ушла в занос.
Эта махина становится неуправляемой, начиная скользить по узкой мокрой дороге и практически сразу, с оглушающим грохотом цистерна заваливается на бок, при этом, продолжая движение, уже по инерции.
Я со всей дури давлю на тормоза, но машина не слушается, продолжая скользить навстречу опасному монстру.
Удар приходится со стороны пассажирского сиденья. Но я все равно успеваю стукнуться головой, прежде чем срабатывает подушка безопасности и лупит по ребрам.
Мы остановились.
Три машины. У той, что была впереди, сильно смято крыло и сложился гармошкой капот. Автоцистерна на боку, а кабина съехала с дороги.
Я слышу собственное шумное дыхание, в ушах звенит. На миг, теряю ориентацию.
Жива. Это первая связная мысль. На вторую, не остается и мгновения. Как в замедленной съемке, вижу, как из цистерны что-то капает, прямо на открытый капот покореженной машины.
Эти несколько секунд я запомнила слишком отчетливо. Первой взлетела на воздух машина обгонщика. В ней что-то загорелось, а горючая жидкость, капающая из цистерны, сделала свое дело.
Я лишь успела осознать, как стремительно приближалась стена огня.
После такого, не выживают.
Мир погас.
2
Я всегда любила огонь.
Казалось, будто я понимаю его природу, его живую сущность.
Я никогда никому об этом не говорила. Но он слушался меня. С самого детства. Когда, я неосторожно уронила свечку и чуть не подожгла собственную одежду. Я безумно испугалась, но огонь моментально погас, оставив на моем платье лишь небольшое пятно. Это можно было списать на везение. Да и я была слишком маленькой.
В следующий раз, соседские мальчишки, зачем-то решили поджечь старую сухую траву в поле, но огонь вышел из под контроля и стремительно расширял свои границы. Мы оказались в западне, окруженные кольцом из огня.
Выхода не было, нужно было прыгать. Легко сказать.
Я искала, с какой стороны огонь будет ниже, чтобы я могла перепрыгнуть, но не находила.
Мальчишки уже давно перепрыгнули эту преграду, и подбадривали меня торопиться. Под их крики, и смотря в одну точку, я пыталась унять собственный страх.
Я должна это сделать. Огонь меня не тронет.
И я прыгаю. Чувствую голыми ногами тепло, исходящее от огня. Он словно ласкает.
Земля. Я оказываюсь по ту сторону. Я смогла.
Мальчишки тут же облепили меня, для чего-то осматривая мои ноги.
Оказалось, они видели, как я коснулась голой кожей горящего пламени. Но на моем теле не было и следа.
Повезло. Единодушно согласились все.
Значительно позже, ведомая любопытством, я зажгла свечу. Мне нравилось смотреть на пламя, оно успокаивало. Я не боялась, что меня обнаружат или будут задавать вопросы.
Дома был лишь отец, бесконечно пьяный и не способный связать и пары слов. Мать я не видела уже много лет. Она бросила нас, устав от скучной нищей жизни. Больше никого не было.
Это была обычная ароматизированная дешевая свеча в стаканчике. По комнате начал разлетаться вполне приятный аромат. Окна были закрыты, никаких сквозняков. Огонь горел ровно.
Чего я хотела добиться?
Я недоуменно смотрела на свечу и не знала, с какой стороны подойти. Хотела посмотреть, могу ли я как-то влиять на огонь? Что же. В свои двенадцать лет мне хватило фантазии лишь на то, чтобы попытаться заставить погаснуть свечу. Я мысленно отдала приказ. Ни единого движения. Затем, еще несколько попыток, окутанных сильным желанием вложить в приказ силу.
Ничего.
В тот день, я смирилась с тем, что мне действительно везло.