— Вернемся к разговору, — Дел прерывал молчание.
— Меня отдадут в рабство?
— Считаете, что нарушили закон? — Деллиан полоснул по мне равнодушным взглядом.
— Нет.
— Значит, не отдадут.
Хотя бы, в этом вопросе мне стало легче. Самым страшным, кроме опытов, было для меня рабство.
— В своем мире, Вы умерли от огня?
Снова непонимание. Что за странный вопрос?
— Да. Но, как Вы это поняли?
— У нас уже были иномирцы, мало. Но, каждый из них, прежде, чем перенестись на Цирон, погибал в пламени. Кто-то сгорал, кто-то замерзал. Помните, как это произошло?
— Да. Я ехала на машине, это что-то вроде ваших летательных аппаратов, я видела такие, на улице, — Дел молчал, — произошла авария, и задело машину, которая перевозила огнеопасную жидкость. Произошло возгорание. Машины взорвались и меня накрыло стеной огня.
Как ни странно, вспоминая об этом, я не чувствовала никаких негативных эмоций. Это было просто воспоминание.
— И дальше, очнулись уже в проклятом лесу?
— Да.
Деллиан хмурился и о чем-то размышлял.
— Вы погибли от такого пламени? — он поднял руку, которая мгновенно вспыхнула, словно факел, от локтя и до кончиков пальцев.
По его руке, между языками пламени извивались более светлые всполохи. Но, в целом, его пламя было похоже на наш привычный земной огонь.
— Да, — отвечаю тихо.
Дел еще сильнее пронзает меня странным взглядом.
— Дотроньтесь до моей руки, — пригвождает холодным голосом, а я, отшатываюсь.
На Земле, мне не было горячо, когда я касалась огня, но здесь, вдруг что-то поменялось? Ведь, я никогда не умела замораживать мебель.
— Не бойтесь, Вира. Если Вы сгорели, то мое пламя не причинит Вам вреда.
— А если, Вы ошибаетесь?
— Пригласим Вайра, он работает этажом ниже.
Я в полном неверии уставилась на Дела. Он собрался проводить на мне опыты?
Первым порывом, было спрятать руки и вообще, отбежать куда подальше. Но, нерациональная уверенность в том, что Деллиан не причинит мне вреда, пересиливала.
Рвано выдохнув, я поднесла пальцы к полыхающему красному пламени.
Не касаясь, я прислушивалась к ощущениям. Было, так же, как дома, я не чувствовала жара, лишь приятное тепло.
И, больше не мешкая, я касаюсь пальцев, окутанных огнем.
Я хорошо чувствовала его кожу. Чувствовала, как руку окутало теплом. Пламя не жгло, а лишь, приятно щекотало. А когда увидела, как от моей руки потянулись голубые, яркие всполохи, примешивающиеся к пламени Дела, то с испугу отдернула руку.
Дел не спешил тушить свое пламя, а я, все-таки спрятала руки под стол.
Деллиан встал и рукой, все еще объятой пламенем, взялся за спинку стула, поднимая его вверх.
Я заторможено смотрела, как стул в его руках вспыхивает, как разгорается пламя.
— Что ты делаешь, Дел? — я вскакиваю, даже не задумываюсь, что обращаюсь к нему по имени, так, как привыкла в мыслях.
Деллиан лишь обдает меня холодным взглядом.
— Сжигаю стул?
— Издеваетесь? — выкрикиваю, совершенно перестав понимать происходящее.
— Тушите, Вира, — дергает уголком губ.
— Что?
И меня простреливает осознание.
Я пытаюсь сосредоточиться, обращаясь к своему холодному пламени, так же, как делала это с огнем.
И мое пламя, тонкой голубой струйкой начинает ползти от моих ног, по полу, поднимаясь по воздуху, рядом с Деллианом. Оно достигает во всю полыхающего предмета мебели и очень медленно, начинает вплетаться в пламя.
Огонь с шипением поддается, но упорно перехватывает инициативу, подавляя.
— Сконцентрируйтесь на стуле, Вира. Вы должны дать больше, чтобы полностью погасить пламя, но не заморозить все вокруг.
Я начинаю паниковать, особенно, когда вижу, как горящая ножка стула падает на пол.
На автомате, я обращаюсь к своему огню, тому, который был со мной много лет. Ножка тут же гаснет, так и не затронув пол.
Дел проследил за моими действиями.
— Отлично, Вира. Теперь используйте именно холодное пламя. Затушите стул, — его голос словно резал.
Я уперлась на него гневным взглядом. И сконцентрировавшись на холоде, направила все внимание на догорающий предмет мебели.
Снова шипение и мое пламя словно придавливает огонь. Гасит последние языки. Стул в руке Дела рассыпается на части. На пол сыпется пепел и куски льда.
Под впечатлением, я не сразу замечаю, что рука Дела уже не горит и тоже, частично окутана слоем льда.
Я в ужасе распахиваю глаза и подлетаю к нему. Пытаясь рассмотреть масштаб причиненного вреда.
— Простите, — шепчу, касаясь льдинок.