— Анна, или Аня, как нравится.
— Мне нравится, Анна, — Габриэль улыбается, обнажая ровные белые зубы.
Его очень красит улыбка.
Мы снова куда-то идем, и у меня складывается ощущение, что не бездумно, а целенаправленно.
Я чувствую себя рядом с ним совсем маленькой.
— Мы куда-то направляемся? Не просто, гуляем?
— Да, мы почти пришли, — Габриль лукаво щурится, сдерживает улыбку.
Во мне присутствует некоторое беспокойство, но, я заинтригована.
Впереди, я вижу что-то вроде лагеря. Там, десяток людей из стражи, судя по незнакомой форме, это Рид. Мужчины занимаются своими делами.
Я напрягаюсь. Беспокойство усиливается.
— Анна, — Габриэль останавливается, снова, смотрит на меня серьезно, — я обещал, — я киваю, — у меня для Вас сюрприз, он под присмотром охраны. Не бойтесь, Вам ничего не угрожает.
Я немного успокаиваюсь. Он приготовил сюрприз? Все-таки, он приехал целенаправленно, ко мне.
Мы подходим к страже. Мужчины смотрят на меня удивленно, заинтересованно и немного радостно, и тут, мои глаза встречаются с синими, такими знакомыми.
Я не верю. И да, не задумываясь, действую.
— Киар, — шепчу на выдохе.
Вырываю руку и бегу.
Мужчина удивленно замер.
Не знаю, почему я это сделала. Мне захотелось. Он был первым, кого я встретила здесь. Он первый помог мне. Действительно помог. Я была так рада видеть его живым. Одно дело, услышать об этом, и совсем другое, увидеть его.
Я бы влетела в него, но, Киар поймал меня за талию, а я, обнимаю его за шею. Поджимаю ноги. Киар легко удерживает мой вес.
Я прижимаюсь к его волосам щекой.
— Живой. Как же я рада тебя видеть!! — шепчу.
— Вира, — отзывается, в его голосе улыбка.
Я чуть отстраняюсь, смотрю в его лучащиеся добрые глаза, сверху вниз. Да, он все еще меня держит.
Меня мягко опускают на ноги. Выдерживая небольшую дистанцию.
— Прости, — я улыбаюсь, но, мне совершенно не стыдно.
— Все хорошо, я тоже рад Вас видеть.
Киар одет в плотные облегающие брюки и рубашку. Все, темно-синего цвета. Короткие черные волосы аккуратно уложены. Сейчас, я ни за что, не приняла бы его за патрульного.
К нам подходит Габриэль, смотрит лукаво, вроде, не злится. Мне немного неудобно. Надеюсь, я не подставила Киара.
Чуть, отхожу.
— Анна, сюрприз был не в виде моего Вайра, — Габриэль серьезен, но в глубине глаз все еще пляшут смешинки.
Не злится.
Я улыбаюсь своему Виру.
— А в чем?
Я с любопытством верчу головой.
Габриэль подал знак кому-то за нашей спиной.
Я тоже обернулась.
Я не понимаю, что происходит.
Один Вир из стражи идет к нам, и несет какое-то пушистое одеяло и то, как он его несет, наводит на мысль, что там что-то или кто-то завернут.
57
Я озадаченно хмурюсь, поглядываю на Габриэля, и потом, на Киара, который ободряюще мне улыбается.
Страж подходит, все еще держа в руках сверток из одеяла, причем, держит его на вытянутых руках, не прижимает к себе.
Габриэль протягивает руку и аккуратно, отводит одеяло, не касаясь того, кто находится под ним. Он живой.
Я ошалело таращусь на это не совсем маленькое, пушистое чудо.
— Котенок, — шепчу.
Из под одеяла, на меня смотрели большие изумрудные глаза. Умные и немного опасливые.
То, что это не взрослая особь было понятно по непосредственной, детской мордочке. Это был детеныш кого-то из семейства кошачьих, очень похож на земную кошку, но размером, со взрослую лису. Пушистый белый мех, черный нос, на ушах черные кисточки.
Котенка аккуратно развернули и выпустили на землю. Да, он действительно во всем был похож на кошку, даже, хвост длинный, пушистый, но, на кончике, черный. Четыре, явно когтистые лапки были единственным опасным, на вид, атрибутом.
Котенок принюхивался, водил ушами.
А я, не знала, можно ли его трогать, ведь его несли в одеяле, возможно, чтобы не оставлять запахов.
Я присаживаюсь на корточки и вижу, что Габриэль делает тоже самое.
— Анна, это детеныш Рула, — я поворачиваюсь, вопросительно смотрю, никогда не слышала о таких, — их разводят у нас, на Риде.
Габриэль хочет подарить его мне? Снова, смотрю на котенка.
— Его забрали от матери?
— Нет. Самка Рула ухаживает за детенышем лишь до определенного возраста, затем, детеныш должен справляться сам, и сам искать себе того, с кем останется. Поэтому, забирают детенышей лишь тогда, когда они готовы к самостоятельной жизни, готовы к привязке. До того момента, как Рул выберет себе хозяина, его лучше не трогать.