— Есть у меня для тебя много всякого богатства Настасья Филипповна. Осмотришь товар? Женщина растянула пухлые румяные губы в доброй улыбке и поманила мужчину крепкой рукой за собой. Гриша настороженно нахмурился. С виду женщина совсем не была похожа на нечисть….
«Может она просто человек и впрямь».
Пройдя в небольшую комнату, с одним столом, на котором лежала кипа бумаги, чернильница, а так же заставленная сундуками. По стенам было развешано всевозможное оружие и броня. Волк принялся вытаскивать из вещевого мешка оружия, что они вместе с Гришей добыли у разбойников. Настасья осмотрела придирчиво каждое оружие, немного понюхала.
— В хорошем состоянии на удивление касатик. Да и выглядит неплохо. Что ж…. Женщина что-то написал на бумаге, капнув туда немного воска со свечи, стоявшей рядом и вытащила из одного сундука мешочек с серебряными монетами и поставила рядом еще маленькую горстку медяков.
— Это все. Волк вздохнул, взвесив на руке мешочек.
«Да уж…. До чего я скатился. Сдаю оружие, добытое у мертвых лихих».
Серый спокойно прикрепил мешок с деньгами к поясу, а медные монеты переложил во внутренний карман куртки. После выпрямился, подмигнув хозяйке таверны.
— Слушай, а муж твой как? Не побили его наши до сих пор?
— Не побили. Моего Добрыню так просто вам темным тварям не прикончить! Настасья усмехнулась. Лукаво блеснули глаза. Волк добродушно рассмеялся.
— Ну, хорошего здравия ему тогда. Есть комнатка на одну ночку? Устал с дороги, отдохнуть хочу. Да и ученику силы нужны, тоже отоспаться. Гриша едва заметно кивнул. Ему нравилось все больше наблюдать за Волколаком и Настасьей.
— Имеется комната. Только никого не приводи. Знаю, а то я тебя любовника, разбивший не одно девичье сердце, — шутливо пригрозила ему женщина. Уже находясь в комнате и лежа на небольшой кровати, Гриша вчитывался в книгу, оставленную ему Дурманом.
» Свойства стихий…. Их правильное использование…. Как ими правильно управлять и держать под контролем».
Юноша уселся и представил на своей руке небольшой огонек. Теплый, не горячий…. Тот вспыхнул на руке синеватым светом. Гриша какое-то время просто сосредоточено смотрел на него, а после прочертил в воздухе с помощью него небольшой круг. Огонь стал больше, источая синевато-фиолетовое сияние вокруг постели.
Волк, вышедший из ванной комнаты, с полотенцем на бедрах, приподнял одну бровь, наблюдая за юношей.
— Потушить сможешь? А то коль таверну спалим, то мы ущерб ничем покрыть не сможем. Настасья с нас тогда шкуры спустит. С меня особенно. Буду ковриком лежать в гостиной, — усмехнулся мужчина, присаживаясь на кровать. Григорий кивнул и сжал ладонь в кулак. Огонь тут же пропал, исчезнув с легким хлопком. Парень перевернулся на живот и посмотрел на наемника. Тело у того было украшено всевозможными шрамами и ссадинами. Григорий с уважением подумал о том, что Волк в стольких приключений побывал…. Опасных, пугающих. Находил неизвестное, видел стольких людей, нечисти. — Слушай…. Серый, — начал говорить Гриша, обращая на себя внимание янтарно-желтых глаз. — А расскажи, где ты все эти шрамы получил? Ты дрался с каким-то свирепым зверем? Желто-зеленые глаза Гриши с любопытством взирали на мужчину. Тот усмехнулся, немного невесело.
— Нет Гришенька-а, — протянул Волк, — Эти шрамы мне достались, когда я дрался в войне Света и Тьмы. Взгляд стал серьезнее.
— Не спрашивай меня о тех временах. Вспоминать подобное я не хочу. Голос Серого вмиг похолодел. Мужчина надел на себя одежду и улегся к стене, тут же захрапев. Гриша же остался раздумывать над его словами, тоже улегшись на кровать.
«Война Света и Тьмы…. Из-за неё, Василиса ненавидит наемника? Почему он предал Светлых?»
В голове хаосным роем вихрились вопросы. Григорий лишь вздохнул и зажмурился, надеясь хоть немного поспать. Но сон никак не приходил, учитывая даже то, что они вдвоем долго добирались. Гриша недовольно и взял с тумбочки книгу, что оставил ему Дурман. Надо было продолжать тогда, дальше изучать свойства магии, стихий…. Учить заклинания.
***
И вновь бескрайние поля. Небо над головами наемника и юноши было завешано темными облаками. Григорий изредка зевал, но старался напустить бодрого виду и посматривал вперед на дорогу. Волк ехал молча, смотря чаще всего в карту.
— Скоро уже приедем до Крестова Града. Ну и там распрощаемся, — проговорил мужчина, чуть грустнее улыбнувшись. Гришу такие мысли хорошо взбодрили. Но на душе стало совсем не радостно.