'Пламя переступи — испытание пройди. Останешься — заживо сгори.'
Выходить ему нужно как-то пройти через огонь.
»Иначе я тут сгорю.»
Юноша прищурился. Искры, летевшие от огня, подобно мелким молниям неприятно жгли кожу щек. Мыслей о том, как обойти огонь становилось все меньше и меньше. Как одна, вспыхнула, точно пламя вокруг Гриши.
»Перепрыгну! Как на праздники через костры я прыгал, так и я сейчас прыгну… И перемахну!»
Мысль эта была безумная и даже кажется невыполнимая. Но лучше Григорий ничего не смог придумать.
Юноша, сгорбившись, кое-как принялся подниматься на ноги и скрививишись от мук, посмотрел вперёд на скелет. Скелет вдруг склонил череп на бок. В пустотах, на месте глаз, зажглись холодные огни, вселяя непомерный ужас. Но Гриша не боясь смотрел в них и напряг мышцы, резко двинувшись вперёд и прыгнув поверх пламени. В этот прыжок, юноша вложил остатки сил и духа, которые у него ещё оставались. Приземление вышло совсем неприятным. Гриша со всей силы налетел грудью на подлокотник трона и охнул, свалившись на спину и растянувшись на полу. Боль исчезла, как и давящая на юношу волшебная сила.
— А вроде казался умным малым. А по итогу решился прыгать! И через что главное! Через огонь, что спокойно кости сожжёт в одно мгновение, — грозно произнес Фольцхен, смотря на Гришу. — Сплошное безумие, — процедил Дурман, лицо которого стало ещё грустнее.
Серый же подошёл к Григорию и помог юноше подняться.
— Молодец, — только тихо и произнес волколак, отходя обратно в сторону.
Кощей слегка улыбнулся.
— И вправду. Вроде серьезный парень. А действует, полагаясь на свои силы. Скорость выполнения и вправду хороша. Да и позабавил ты меня Григорий… Заинтересовал. Принимаю я тебя в ученики. Но…
Взгляд Бессмертного стал серьезнее.
— Учитывая то, что ты почти не знаешь основ, тебе придется учиться усерднее. И пройти ещё одно испытание. Только после этого я введу тебя в звание Ранней Луны. До этого… Считай испытательным сроком. А теперь иди… Отдохни. Завтра приступишь к учебе. По всем вопросам обращайся к Фольцхену.
Рядом с Григорием появился невесомый дух.
— Следуй за мной, — пробормотал дух и Гриша хотел было пойти, но обернулся на Волка и Дурмана. Серый лишь ободряюще кивнул. Дурман вздохнул и пожелал успехов. Вскоре, юноша покинул Главную Залу. Волк поклонился Кощею и тоже ушел. Надо было готовиться к следующему заданию.
— Эх, — только и произнес Дурман, как-то сгорбившись.
— Чего закручинился брат? — спросил Фольцхен, поменяв угрюмое выражение лица на более сочувствующее.
— Да так… Неважно.
— Расскажешь мне за бокалом прекрасного вина из Китеж-града? Пойдем, потолкуем. Советник, приобнял Дурмана и посмотрел на Князя Тьмы.
— Ваше Темнейшество, не желаете присоединиться?
Кощей прикрыл глаза, подавив усмешку.
— Пока воздержусь. И советую не напиваться до беспамятства. Тебе завтра Григория учить.
Фольцхен чуть скривился, явно не очень желавший подобного, и поклонившись, пожелал доброй ночи. И тоже, вместе с братом ушел в отведенные ему хоромы.
Сам же Кощей остался сидеть на троне, о чём-то размышляя.
»Атакующий огонь… Интересно то как… Не было у меня пока ученика с силой, атакующего огня…»
Глава пятая. Обучение и новое знакомство.
Дух проводил Гришу до деревянной двери, находившейся в другом конце Хором. Внутри, комната была лишена всяких изысков и роскоши, но при этом в ней присутствовали все нужные предметы. Широкая лавка, у противоположной стены, покрытая шкурами животных, и с окном, закрытое ставнями. Крепкий дубовый стол, на котором лежали стопки книг и стул.
— Советую вам выспаться, — произнес дух, приметив, как Гриша смотрит на книги, — Подниматься вам придется завтра рано ранёшенько… Так мне сказал Хозяин.
Договорив, Дух пропал. Григорий вздохнул и уселся на лавку. Хоть он и измотался, проходя испытание Кощея, но желания спать почти не было. В голове крутилась уйма вопросов.
» А почему же я не попросился на свободу? Мог бы спокойно уйти…»
Этот вопрос, для самого себя, чаще и громче звучал в голове юноши. Гриша кажется и сам не доконца знал ответ на него. Это было сделано почти поспешно, даже мысленно. Юноша решил не грузить себя дальше, а послушать совета духа и лечь спать. Улегшись, сон мало помалу, но приходил. Глаза закрывались и Гриша заснул, изредка жмурясь и ворочаясь…
***
Проснулся Гриша довольно рано от назойливого перезвона колокольчиков, что словно шумели в ушах и голове. Григорий резко сел на лавке, сонно протирая глаза и зевая. На стуле, ровной стопкой лежали черная рубаха с коротким рукавом, кожаная безрукавка и штаны. На самом же столе, тонкой змейкой покоилась черная лента, для перевязывания волос. Парень хотел было переодеться, как приметил дверцу, у противоположной от лавки, стены.