— Вы… — хрипло прошептал Григорий, смотря на незнакомцев.
— Волколаки? Оба мужчины скептически выгнули брови, а после желтоглазый усмехнулся.
— С чего вдруг волколаки? Может мы вурдалаки или упыри, — пошутил мужчина, подойдя поближе к парню и шумно втягивая носом, лесной воздух и всевозможные запахи. Поморщился и внимательнее посмотрел на юношу. Гриша осел на траву, подобрав под себя колени, все же слабость и усталость брали над ним вверх.
— Кто вы такие? Зачем приезжали в Светлоград? Вы знаете, что-нибудь о моей метке-полумесяце? Кому вы служите? — выпалил на одном дыхание юноша, зажмурившись. Грудная клетка поднималась вверх-вниз, дышать Григорию было все еще тяжело, да и голова пока немного кружилась. Незнакомец с повязкой на глазу покачал головой и подозвал товарища, тихо прошептав ему несколько слов на неизвестном, для юноши, языке. Тот кивнул и посмотрел на Гришу.
— Мы можем тебе рассказать. Только в том случае, если ты поедешь с нами. Темных чародеев мы давно не видали, — проговорил мужчина и протянул руку с длинноватыми ногтями, больше смахивающими на когти. Одноглазый, тем временем тихо свистнул и из-за деревьев, неспешным шагом вышли две лошади, замерев на месте и лишь изредка перебирая копытами, разрывая мягкую, мшистую землю.
Темные чародеи? Григорий удивленно приподнял брови, недоверчиво смотря на протянутую руку. Приподнял свою ладонь с земли, как немного задумался, посмотрев в ярко-золотистые глаза. Ведь по сути, что ему терять то? У него нет ничего, никого, кто бы его удерживал. В Залесье он, уже, наверное, прослыл сбежавшим Колдуном и Еретиком. А эти незнакомцы что-то, да могут рассказать полезное или объяснить его силу. О том, кто он такой….
В груди было странно тепло. Такие размышления придали уверенности Грише, и он ухватился за протянутую руку, поднимаясь на ноги.
— Взобраться на лошадь, надеюсь, у тебя силенок хватит? — произнес мужчина, улыбаясь и вновь показывая небольшие клыки. Григорий только кивнул, залезая на животное и усаживаясь в седло, позади мужчины.
— А как вас…. Зовут? — едва успел выговорить юноша, как кони тронулись с места, и парень несильно ухватился за плечи незнакомца, едва впиваясь недлинными, обгрызенными ногтями в ткань куртки.
— Я Серый Волк, кратко можешь звать Серым или Волком, а моего товарища Дурманом кличут, — ответил мужчина, стараясь придерживаться среднего темпа езды. Тот, кого Серый назвал Дурманом, лишь мельком посмотрел в сторону Гриши одним глазом, о чем-то раздумывая, и взглянул опять вперед, разглядывая деревья и настороженно прислушиваясь. — Волк? Ты выходит и вправду Волколак?
— Верно мальчик. А тебя как звать кстати?
— Гриша…. Григорий то есть.
— Неплохое имя… Волк о чем-то тоже задумался, после мрачно усмехнулся.
— Неплохо ты ту статую в храме разломал. Я мельком приметил. Одобряю. В голосе мужчины слышались уважительные нотки. Сам же Гриша не счел подобное за похвалу.
— Это случайно вышло…. Метка засветилась, и все само произошло, — растерянно прошептал парень. Ни Волк, ни Дурман ничего не сказали на эти слова. Григорий осторожно склонил голову на спину Серого, чувствуя, как глаза сами собой закрываются. Он бы о многом хотел расспросить их, но усталость и голод брали верх, и юноша в скором времени задремал, убаюканный звуком копыт и шелестом листьев.
***
Гриша бы проспал еще так очень долго. Однако его разбудил вовсе не шум, а подозрительно долгая тишина. Было все слишком спокойно. Парень приоткрыл глаза, как заметил, что спит на лошади, лицом упираясь в седло. Юноша приподнялся, едва не падая с животного и кое-как осторожно слез, разминая затекшие мышцы ног и рук. Вокруг царил легкий лесной полумрак, но постепенно глаза привыкли к неосвещенной местности и Гриша получше смог осмотреться. Оказалось, что он находиться в разрушенной церкви. Её давно уже поглотил Лес, однако парень смог разглядеть знакомое, разрушенное изваяние Гения. От него остались только половина тела и несколько рук. Сохранились так же несколько стен церквушки, остатки купола, бывшего некогда золотистым и ярким, да пару фресок. Как раз возле одной стены и нашлись Дурман с Серым. Мужчины сидели около костра и о чем-то тихо переговаривались. Заметив Григория, Волк усмехнулся и жестом руки пригласил к небольшому костерку. Юноша спокойным шагом подошел поближе и уселся на зеленую траву, заменившую собой некогда мраморный пол церкви. После посмотрел на пламя. Призадумался. После взглянул на Дурмана и Волка.