А потом... Он ощутил, как одну его ногу сдвинули с места. Когда тяжесть тела вынужденно переместилась на ногу, выдвинутую вперёд, его заставили переступить другой ногой. Теперь он стоял, как обычно просто стоит человек. Едва успел привыкнуть к этой позе, ничего не понимающий, ногу снова передвинули.
- "Бессмертный", я не понимаю!..
Но услышал тот же всхлип - и сообразил, что "бессмертный" прячется и всхлипывает не плача - от ужаса.
А потом дошло. Если ему передвигают ноги, значит, сейчас будет нечто, чего бы он по доброй воле не сделал бы никогда. И он затаил дыхание, уже испуганно глядя, куда его насильно ведут.
Привели к краю крыши. Она была огорожена лишь низким бордюром.
Бродяга покачнулся, когда его ногу заставили приподнять - и зависнуть над краем ночной бездны.
Двенадцать этажей.
Пустой двор перед домом, освещённый двумя фонарями: один светил сбоку, другой - от противоположного дома. Пустота отсюда казалась чистой. Не видно ни мусора на асфальте, ни пыли - ничего. И поэтому пустота казалась беспощадной. Они собираются сбросить его? Почему?!
- В следующий раз дождись... - бархатно сказали вокруг и нигде.
А потом сильным толчком в грудь его отшатнуло от края крыши.
Исхитрившись, чтобы плашмя не рухнуть на спину, он упал на бедро. И тут же схватился за сердце, которое билось так болезненно, словно собиралось разорвать грудную клетку. Дышать пришлось мелко и часто, потому что обычное, нормальное дыхание отдавалось режущей болью в теле... Осторожно прилёг набок. А потом, когда продышался, перевернулся на спину. Холодное чёрное небо с горстью белых звёзд быстро заставило отвести глаза от бездонного пространства, чья пропасть была такой откровенно бесконечной, что даже затошнило, едва представил, что он не на крыше, а в этой пустоте.
"В следующий раз дождись..."
Он понял, что это значит. Урок, чтобы не забывался, для чего он здесь.
Напрягшись, он поднялся на ноги.
В спину больше не толкало. И ноги подчинялись привычно.
Бродяга поплёлся к люку.
Захватив замок, он закрыл за собой дверцу-люк и встал на площадке двенадцатого этажа, рассеянно глядя на двери и не видя их. Если в следующий раз он позволит человеку не умереть... Если остановит его на пути к смерти... Умрёт сам.
Он дошёл до первого этажа и слабо удивился, почему подъездная дверь закрыта.
А потом сильно вздрогнул - и проснулся.
Из окон на него лился вечерний свет люстр и ламп. От моста ярко горели разноцветные фонари. И бродяга сидел там, где его застал сон, - на асфальтовой полоске вокруг дома... Нашарив пакет со съестным, он нашёл бутылку с минералкой и, открыв её, выхлестал воду полностью. Пил жадно - до такой степени, что пару раз начинал кашлять, поперхнувшись. Сжав бутылку за горлышко, он некоторое время бездумно смотрел на сияющий огнями мост.
- Они ушли?
"Ушли".
- Ты очень испугался?
"Да. Меня после твоей смерти могут рассеять в пространстве".
- Такое возможно? - слабо удивился он.
"Они сказали. И сказали - как. Им это сделать легко. В следующий раз ты должен дать... тем, кому нужно, умереть. Я... не хочу умирать!"
- Боги... - тихо выговорил он. - А ведут себя как обычные шантажисты... - И криво ухмыльнулся. - Никакого воспитания... Взяли и влезли в чужой сон. Да ещё с угрозами.
"Рад, что ты можешь с юмором воспринимать ситуацию".
- Ну да... Это называется юмор висельника.
Бродяга застыл, задумавшись, глядя на мост и не видя его.
Что страшней? Пережить чужую смерть как свою? Или знать, что человек сейчас погибнет - и не прийти к нему на помощь?
Хрен редьки не слаще. Но страшней второе. Эгоистичней. Знать, что придётся переживать чужую смерть... Знать!.. И бездействовать.
Теперь не поможет никто.
Он машинально вынул из кармана мобильник. Позвонить Алексеичу?.. Экран телефона засветился, едва он нечаянно коснулся его пальцами. Половина девятого.
Может, Алексеич сумеет разобраться в ситуации? Он, кажется, мужик башковитый. Но как и чем он поможет... Безнадёга...
Краем глаза бродяга уловил, как неожиданно задвигались тени на стене лестницы, слева от которой он сидел. Быстро повернулся к ней всем телом. Тени исчезли. Слабый отзвук лишь дошёл: он будто увидел фрагмент фильма с подъезжающими машинами. Не сразу, но сообразил, что опять увидел результат своего дара.
Оживился. Быстро поднял пакет с продуктами, сунул телефон в карман и поспешил во двор дома, куда должны явиться машины в одной из которых будет Алексеич.
У знакомого бордюра-пристенка вокруг мусорных контейнеров он очутился раньше. Ещё смущённо подумал: а вдруг он неправильно понял то своё видение? Но с интересом, перед которым померк даже страх перед будущей болью, уставился на дорогу к дому.
Пожалел, что не посмотрел снова на часы мобильника. Можно было бы проверить, в течение какого времени исполняется предвиденное. Или здесь нет зависимости и всегда будет по-разному?
Машин на этот раз и впрямь было две. Одна остановилась рядом с газоном подальше и напротив контейнеров, другая - тесно к мусоркам, так что случайная машина какого-нибудь запоздалого жильца могла свободно проехать между ними.
Первая мысль с надеждой: "Может, они снова со мной на всю ночь?" И только сейчас понял, как устал от двухгодичного одиночества, когда хочется выговориться, да что там - выговориться... Когда хочется поговорить, но не найти человека, который поверит в дикую, ненормальную историю с какими-то богами и "бессмертным".
Глухо щёлкнуло. Из машины вышел Алексеич.
- Добрый вечер, Дмитрий.
- Добрый... - невольно улыбаясь, поздоровался он. Приехали. К нему.
- Специально нас ждал - или как?
- Увидел пару минут назад, - уже с открытой улыбкой сказал он, наслаждаясь ситуацией, когда можно говорить необычно, но эти-то - понимают! Он даже не ожидал, что будет так откровенно радоваться приехавшим. Даже недавняя мучительная проблема нехотя отошла в сторону перед лицом тех, рядом с которыми он чувствовал себя человеком.
- Вот как, - ответно улыбнулся Алексеич, присаживаясь рядом. - Ужинал?
- Да, спасибо.
- Ну, думаю, от горячего кофе не откажешься.
- Нет, не откажусь.
- Что случилось?
Бродяга замер. Радость схлынула, оставив тревогу.
- А что должно было случиться?
- Я вижу человеческую ауру, - объяснил Алексеич. - Ты буквально весь переливаешься цветами и оттенками беспокойства, страха. Причём всё, что тебя беспокоит, произошло недавно.
Он подал бродяге стаканчик с кофе, и тот принял его, не мешкая. Приникнув к краю, осторожно цедил горячее и поглядывал, как из машин выходят остальные, озираясь и вроде как лениво. Но бродяга чувствовал в них насторожённость опытных в охране людей с необычными качествами. Успокоившись, он словно вернулся к общению один на один, когда можно никого не опасаться.
- Сегодня в мой сон боги вложили предупреждение, - сказал он, покручивая стаканчик и глядя, как в свете фонаря в нём мелькает маслянистый маленький круговорот. - Мне запрещено спасать человека, если я увижу его смерть заранее. Если ослушаюсь, меня убьют. И... Честно говоря, я теперь... - И замолчал в отчаянной надежде, что Алексеич поймёт.
Понял.
- Расскажи, как у тебя происходит предвидение, - предложил он.
- Ну как... Вот с вами сейчас... Подумал о тебе, что ты, возможно, знаешь, как справиться с ситуацией. И тут же увидел на стене, как две машины едут сюда. И подспудно понял, что в одной из них ты. Я был за домом и сразу собрался, пошёл сюда.
- А сегодняшнее предвидение с девочкой под колёсами? Ты видел часть происшествия или полное?
- Полное.
- Сколько проходит времени от предвидения до его проявления?