— Я могу попросить тебя? — жестко начал Кавим, глядя Несущему в глаза, — помочь мне устроить некоторый сюрприз моим неверным подданным.
— Рад помочь, — отсалютовав владетелю кувшином, ухмыльнулся Ашту и сделал большой глоток из горла.
— Тогда не мог бы ты снять пока свое… прикрытие?
Всадник пожал плечом, что владетель принял за согласие и выглянул в коридор, почти сразу же вернувшись.
Ждать пришлось недолго, уже через минут пятнадцать в покои вошел сами Ихсан. Своего владетеля он выслушал молча, иногда бросая на улыбчивого чужака косые взгляды.
Ашту следил за ним, за каждым движением и за мимикой. Кто из подданных владетеля решил пойти против него Ашту не знал и хотел бы узнать это не потеряв самого Кавима.
Но, судя по всему, Ихсан оказался более-менее верным. По крайней мере, известия о предательстве его явно расстроили. Зло выругавшись, сами поклонился Владетелю и, цедя слова сквозь зубы, попросил лично разобраться с врагами.
— Нет, сами Ихсан, — покосившись на Ашту, возразил Кавим, — возьми умелых, верных людей и приведи сюда. Еще же, позови мне Бакира.
Ашту потягивал вино и заинтересованно следил за происходящим.
Сами Кавим, ожидая когда вернется Ихсан садиться не спешил. Заложив руки за спину, он мерил комнату плавным, ровным шагом и, глядя себе под ноги, думал о чем-то своем.
Неизвестный Бакир оказался совсем молодым, стройным и красивым мальчиком, в легких, богатых одеждах. В дверь он проскользнул тихо и почти незаметно, словно маленький кот. Несколько удивленно огляделся — Ашту не хотел чтобы сюрприз Кавима открылся раньше времени и прикрыл покои проклятьем — а заметив проявившегося владетеля и его гостя не выказал ни страха, ни удивления, склонившись в поклоне.
Ашту одобрительно хмыкнул. Мальчик показался ему очень интересным: стоит в поклоне, но взгляд ощупывает комнату; голос спокойный и почтительный, но в нем отчетливо слышен не озвученный вопрос; да и лицо его по-женски красивое и отвлекающее внимание, на самом деле несло хитрое и чуть лукавое выражение.
— Бакир, мой младший племянник, — повернув лицо к Ашту, с гордостью представил Кавим, — и, при этом, единственный достойный человек.
Мальчик польщено улыбнулся, уже открыто оглядев хитрыми прищуренными глазами любопытно изучавшего его Всадника.
— Он поможет нам ускорить заговорщиков, чтобы тебе, сами Ашту, не пришлось долго ждать и сомневаться в моих способностях.
Ашту хмыкнул кивнув и плавно опустился на лежанку, закидывая руки за голову.
Мальчишка, от такого неуважения к владетелю, слегка опешил, но, бросив быстрый взгляд на спокойного Кавима, вернул на лицо угодливую улыбку.
Несущий хаос отчетливо хохотнул, вновь смутив парня.
В подготовке наказания Ашту не участвовал. Молча лежал на тахте, попивая вино и наблюдал, вслушивался. Кавим не разочаровал, продумав все быстро и четко. Приказы были розданы, все верные предупреждены, а уже через час Кавим попросил и Ашту присоединиться.
Роль Всадника была проста, прикрывать самого Кавима и его воинов, пока они шли в покои к очередному заговорщику. Дальше оставалось только насмешливо наблюдать за бледными, ползающими в ногах владетеля людьми. Ну, и сопроводить их в темницу. С той же целью, чтобы никто раньше времени не прознал.
Но планы существуют, чтобы идти не так. Кто-то все же предупредил бунтовщиков, или среди них оказался одаренный, заглянувший под проклятье адруга. На подходе к очередным покоям, владетель нарвался на вооруженных людей. Дальше все покатилось, как лавина в Пределе, и спустя каких-то полчаса даже Ашту пришлось вооружиться и поработать мечом.
Когда зачистили дворец, пришло сообщение и о сражении на площади. Туда Ашту отправился уже без Кавима, с выделенным войском. Владетель остался наводить порядок в своем доме.
***
К счастью, кочевники не успели понести безвозвратных потерь. Со всех улиц на площадь хлынул другой поток, похожий на окруживших их воинов одеждами. Впереди, возглавляя эту лавину, шел и улыбался самой безумной своей улыбкой Несущий хаос.
— Справились? — поприветствовал друга Анвар.
— А ты сомневался? — хохотнул тот, склонив голову набок. — Веселишься?
— Присоединяйся, — хмыкнул Анвар, убирая оружие. Сопротивляться такому преимуществу восставшая стража не захотела и побросала мечи.
После казни причастных Всадники не сговариваясь ушли в покои Анвара, как привыкли в замке. Вооружились бутылкой вина и парой бокалов и молча просидели так несколько часов кряду, погрузившись в тяжелые, муторные мысли.
Прервал тишину Анвар только тогда, когда Ашту уже отставил бокал и поднялся, собираясь пойти к себе и наконец поспать.
— Как думаешь, Инанита это имела в виду? Мы должны были успеть сюда? — тихо спросил Анвар, вглядываясь в дно кубка.
Ашту развернулся, с тоской вспоминая картинку, показанную огненноволосой, и невозмутимо ответил:
— Скорее всего.
Анвар кивнул, сделал глоток и, тяжело вздохнув, бросил:
— Врешь. Но спасибо.
***
Через две недели Касю, наконец, поймали. На удивление женщина не успела далеко забраться, оттого и понадобилось так мало времени.
Дара Ашту отвел к Беренике, пожелавшей дождаться возвращения ребенка рядом с Всадниками, а сам собирался поговорить с «матерью».
— Все же его проклятье не отпускает меня, — зло стиснув зубы, Ашту расплылся в какой-то болезненной улыбке.
— Прекрати, он мертв, это твоя жизнь и только ты можешь решать, что будет дальше, — стискивая кулаки, прошипел Анвар. Состояние Ашту ему не нравилось. Анвару хотелось ударить друга, привести в порядок, заставить вновь ухмыляться ядовито, а не вот так вот.
— Мертв? Только я теперь вынужден убить мать своего сына, как сделал и он.
— Ты можешь оставить ее.
— А ты бы оставил такую змею за спиной? — чуть повернув голову к Несущему смерть, хмыкнул Ашту.
Анвар промолчал. Не оставил бы, и Ашту это прекрасно знал. Вот только…
— Сами Ашту, вас звала кажи Береника, — тонкий мальчик, красивый словно девушка, неслышно скользнул в комнаты Всадников. Склонившись выше, чем это делали слуги, он замер ожидая ответа.
Анвар уже немного понимал в местных правилах. Мальчик явно был не из бедных и не из низших слуг. Тех не учили общему наречию, чтобы они вдруг не продали своего господина какому-нибудь чужестранцу. А если судить по одежде, он точно из бахиб — господ.
— Хаас, как-то не вовремя, — себе под нос буркнул Ашту, но повернувшись к мальчишке, громче сказал, — хорошо, иду.
Когда Ашту вышел из комнат, Анвар сорвался с места бегом. Вряд ли Береника задержит его надолго, этот скрыг седой быстро разберется, так что нельзя терять времени.
Касю, как мать сына Ашту, держали не в камере, а в специальных покоях для знатных пленников.
Путь к ним был ближе чем до подвала, но это значит, что и Ашту доберется до камеры в мгновения.
Женщина дернулась, поднимаясь с узкой лежанки, когда Анвар едва приоткрыв дверь осторожно скользнул в ее комнату. Уставилась на него сперва надменно, а после, похоже почувствовав что-то неладное, немного испуганно.
— Ты? Я ждала другую темную тварь.
Реагировать на оскорбления Анвар не стал. Медленно двинулся к женщине, чуть склонив голову и сузив глаза.
— Знаешь, Кася, — тихо и холодно начал Анвар, — единственное, о чем я сейчас мечтаю — это подарить тебе самую медленную и мучительную смерть, чтобы ты чувствовала и осознавала. За все то, что ты сделала. За твое предательство. Они подарили тебе новую жизнь, дом, а ты? А ты отправила их на смерть, не задумываясь, не сомневаясь.
Кася наконец стала понимать, что что-то не так. Испуганно распахнув глаза и приоткрыв рот, она пятилась, стараясь оказаться от страшного мужчины подальше. Только в небольшой комнате, отведенной ей, это было невозможно. Забившись в угол, женщина замерла и судорожно вздохнула. Анвар остановился в трех шагах от нее, продолжая говорить.