-Сними полотенце.
Ого. Сразу в корень.
-Я постелила тебе на диване. Тут же стакан воды, если захочешь пить. Спокойной ночи.
-Мира, сними полотенце.
От его голоса бегали мурашки. Я никогда не слышала, чтобы он так разговаривал. Его тон казался и капризным, и ленивым, и завлекающе-обворожительным, бывало даже рассудительным и уверенным на совещаниях, но никогда не таким! Им сталь резать можно!
Едва двинувшись к своей комнате, я вновь вздрогнула.
-Еще шаг, и я сниму его сам.
-Я очень устала. Ложись, пожалуйста, спать.
Я надеялась, что играю хорошую мину, при плохой игре. Мне, действительно, была страшно от его голоса и от его поведения. Он был сам на себя не похож.
-Мира, я надеюсь, ты наслышана о том, что, обычно, я получаю все что хочу?
Его голос оказался намного ближе, и я резко обернулась. Он стоял в двух шагах от меня. Сердце бешено колотилось. Что я могу сделать, чтобы не испортить образ и ситуацию?
Он сделал шаг, а у меня хватило сил лишь покачать головой.
-Я хочу их увидеть. – Он протянул руку, пытаясь коснуться моего подбородка.
-Нет! – Я отпрянула назад. Моя губа драматично задрожала, и я поднесла обе руки к лицу, пытаясь спрятаться в ладони. – Они ужасны!
-Что?
Я бросила на него украдкой взгляд через пальцы, и поняла, что он удивлен.
-Они ужасны! Они не красивы! Я не красивая! – Всхлипы получились довольно легко.
-Мира… - Он вновь попытался меня коснуться, но я опять отпрянула. – Мира, это не так!
-Я больше не хочу об этом говорить! Не заставляй меня! – Через слезы проговорила я. – Я пойду спать.
Весь мой спектакль был разыгран, с целью обезоружить. Слезы всегда действуют безотказно на мужчин. Я должна была обиженно удалиться в свою спальню, в то время как он, чувствуя себя виноватым и пристыженным, должен был остаться стоять на месте. Вот только я недооценила того, что его чувства ко мне смешаны. Что все время он воспринимал меня, как кикимору и только сейчас произошел миг, когда я предстала перед ним оскорбленной девушкой. Желание крутить кикиморой, как куклой и загладить свою вину перед плачущей девчонкой, вылились в рывок вперед и новое впечатывание меня в стену.
-Мира, это не так!
Чертов фамильярный индюк!
Он аккуратно вытирал большими пальцами мои наигранные слезы, а я стояла и боялась пошевелиться.
-Мира, у тебя очень красивые волосы.
Тут его пальцы переместились к полотенцу и медленно стащили его. Волосы упали на плечи, окатив нас ароматом цветочного шампуня. Кажется, он и вправду получает все, что хочет. Ведь вот, я стою перед ним с распущенными волосами и без очков. Когда его руки коснулись моих волос, я зажмурилась. Я проигрываю. Сегодня должен был быть вечер моей мести, а не его новых издевательств по самому больному месту.
Вдруг он уткнулся в мои волосы своим лицом, и я распахнула глаза.
-Я и представить себе не мог, насколько они прекрасны… - Его губы были на уровне моей левой щеки.
Он продолжал водить носом по моим волосам и перебирать руками прядки, а я мечтала провалиться сквозь землю, прекрасно зная, что он меня не отпустит. Не знаю, в какой раз я распахнула глаза, когда его губы переместились и коснулись моей шеи. Мурашек было столько, что ноги готовы были подкоситься. И, кажется, подкосились, ибо его руки вдруг сжали мою талию и притянули еще ближе к нему.
-Хватит… - Прошептала я, не узнавая свой голос.
Он оторвался от моей шеи и, наконец, посмотрел мне в глаза. Мои мысли метались в поисках слов, благодаря которым он бы меня отпустил. К сожалению, все мои мыслительные тараканы опьянели от мурашек, которые до сих пор бегали по телу. Да что же это? Возьми себя в руки!
-Черт, да ты очень красива! – Произнес он, с недоумевающим взглядом, как будто, впервые меня увидел. Теперь обе его руки были на моих щеках, а большие пальцы едва касались губ. – Ты удивительна красива…
Его губы коснулись моих. Аккуратно, нежно, боясь спугнуть мгновение. Теперь уже, далеко не поддельные, слезы текли по моим щекам. Все-таки мои пьяные мысли стали бросаться в меня картинками о том, как я теряю работу. Я даже представлять не хочу, как теперь он будет меня воспринимать. Но обидней всего было чувство…. Чувство не желания прекращать поцелуй.
Когда мои слезы коснулись наших губ, он удивленно отстранился. В его взгляде читалась такая нежность и забота, как будто перед ним стояла ни я, а самый хрупкий предмет в мире. Он вновь вытер мои слезы и поцеловал в лоб.