— Так ты поможешь мне? — неуверенно переспросил Рон, и Гермиона кивнула.
Может, пора налаживать отношения? Не могут же они игнорировать друг друга. Как говорится, худой мир лучше доброй ссоры, а потому стоит принять просьбу Рона и помочь ему. Кто знает, может, они смогут общаться так же легко, как и раньше? Во всяком случае, Гермионе очень бы этого хотелось. Всё же Рон был её близким другом, как и Гарри, и без него она не могла представить себя такую, какая она есть.
Приблизившись к Гермионе, Рон толкнул дверь и вошел, утягивая Гермиону за руку следом за собой. Близнецы, похоже, испарились сразу же, как она вышла, и потому спальня Джинни была пуста. Рон уселся на ближайшую кровать и уставился на Гермиону.
— Ну, действуй, — с улыбкой заявил он, но в этой фразе Гермионе послышалось какое-то пренебрежение. — Прости, я не совсем это хотел сказать… — тут же поправился Рон, виновато опустив взгляд. — В последнее время я сам не свой. Даже не знаю, в чём дело.
Вместо ответа Гермиона достала волшебную палочку и направила её на синяк Рона. Лёгкие движения, и ставшее лиловым пятно принялось медленно исчезать. Конечно, Гермионе не составило бы никакого труда сделать это быстрее, но мучить Рона было даже забавно. Он морщил нос и что-то бормотал, пока Гермиона колдовала над его лицом, а потом, когда она уже решилась убрать палочку, вдруг схватил её за запястье. Его пальцы были холодны, как лёд, и Гермиона вздрогнула, ощутив стайку мурашек, пробежавших по коже. Похоже, не все чувства к этому встрёпанному рыжему недоразумению затихли, чёрт бы все это побрал!
— Гермиона, я… — прошептал было Рон и замолчал, так как его перебил синхронный возглас:
— Ку-ку!
Кто же ещё мог так появиться в самый неподходящий момент? Конечно, братья Уизли. Гермиона раздражённо пробормотала себе под нос нечто невразумительное, глядя, как Рон удивлённо покосился на нежданных гостей. Он удивительно крепко держал её за руку, не давая сбежать. Между тем близнецы вольготно расположились в комнате, сверля парочку насмешливыми взглядами.
— Вы что тут делаете? — полюбопытствовал Фред с двусмысленной усмешкой.
— То же самое можно спросить и у вас, — недовольно буркнул Рон.
— Ну, мы решили заглянуть в гости к Джинни… — начал Джордж, растянувшись на постели.
— Вы тут уже были пять минут назад, — достаточно громко перебила Гермиона.
— И тут стали свидетелями одной очень интересной картины, — продолжил Фред, прислонившись спиной к шкафу. — Гермиона-Гермиона, как ты могла так с нами поступить?
— О чём это он? — недоумённо спросил Рон.
Гермиона возвела глаза к потолку. Только этого не хватало! Если вся троица Уизли узнает об этой чёртовой игре, то тогда… Мерлин его знает, что тогда начнется! Определённо это будет чем-то ужасным. Воплощением хаоса.
— Ни о чем, — коротко ответила Гермиона. — Всё, синяк я убрала, так что…
— О, малыш Ронни теперь без своего пятна? — удивился Фред.
— Зря, ох, зря. Или ты побоялся, что Лаванде не понравится подарок Джинни? — лукаво спросил Джордж.
— Решил принарядиться к сегодняшнему свиданию с этой пустоголовой дурочкой? — присоединился к брату Фред. — Уж прости, но это тебе не поможет. А с синяком ты даже симпатичнее. Геройский вид, всё такое, — он насмешливо улыбнулся.
К огромному своему удивлению, Гермиона ничего не почувствовала. Ни ревности, ни обиды, ни злости. Только безразличие. Гораздо больше чувств — взять хоть то же раздражение — вызывала несносная парочка, ввалившаяся в комнату и заставшая Гермиону и Рона в весьма двусмысленной ситуации.
— Отстаньте, — буркнул Рон.
Он наконец-то отпустил руку Гермионы и вышел из комнаты с насупленным видом. Как только дверь за ним закрылась, братья дружно рассмеялись и смолки под неодобрительным взглядом Гермионы. Скрестив руки на груди, девушка недовольно смотрела на развеселившихся Фреда и Джорджа.
— Что? — хором возмутились близнецы.
— Почему вы издеваетесь над Роном? За что вы его так не терпите? Я думала, вы повзрослели, но, похоже, что вам обоим до этого как до луны пешком.
Фред и Джордж мигом перестали улыбаться, сверля Гермиону подозрительными взглядами. Такими серьёзными девушка их редко видела. Сразу вспомнилась сцена на кухне, после которой и завертелась волчком эта странная история. Наконец, Джордж пробормотал:
— Если бы мы «не терпели» Рона, то не стали бы спасать его шкуру, маскируя упыря. Где твоя логика, Грейнджер?
Девушка тут же смущённо опустила глаза. И как она сама об этом не подумала? Близнецы не стали бы открыто проявлять тёплые чувства к брату, уж скорее доводили бы его до бешенства насмешками и шуточками и делали добрые дела тайком. На губах Гермионы появилась легкая улыбка, когда Фред продолжил мысль брата:
— И, потом, порция хороших подколок ему не повредит. Так сказать, в целях профилактики его дерьмового поведения.
— Изволь при мне не выражаться, — буркнула Гермиона.
— Наша пай-девочка не любит «грязные» словечки? — По губам Фреда пробежала ехидная усмешка. — Какая жалость. Впрочем, ничего удивительного.
— Кстати, о пай-девочках и Роне, — вмешался Джордж, заметив в глазах Гермионы желание придушить одного из близнецов. — Изначально-то мы разыскивали тебя, чтобы позвать заниматься упырём. Отец уже вернулся и притащил это чудо природы на чердак, так что можно спокойно уродовать его до потери пульса. Идем?
Джордж предложил ей руку, и, помявшись, Гермиона позволила его ладони сжать её пальцы. Подскочивший Фред тут же схватил её за вторую руку, и троица неожиданно трансгрессировала. Посадка была отнюдь не мягкой, так как трансгрессировавшие приземлились прямо на пыльный, заваленный мусором пол чердака — маленькой клетушки над комнатой Рона.
— По лестнице было бы на пять минут дольше, — отплёвываясь от настойчиво лезшей в глаза, нос и рот пыли, пробормотала Гермиона.
— Ну, время — это сикли, галеоны и кнаты, так что неразумно тратить его на преодоление лишних ступенек, когда можно потратить с умом, — глубокомысленно изрёк Джордж, и Гермиона улыбнулась, вспомнив, что когда-то подобную фразу от близнецов слышала и Молли Уизли.
— Помилуй, братец Фордж, мы и ум? Да тут скорее Грейнджер, а не такие идиоты, как мы, не так ли? — Хоть вопрос был адресован Джорджу, Фред обращался к Гермионе, сидевшей рядом с ним на полу. Когда девушка попыталась встать, он ловко притянул её обратно, ближе к себе.
— Вы вовсе не идиоты, — нехотя ответила Гермиона, заставив себя посмотреть в глаза Фреду, ведь иначе в её «чувства» никто не поверит. К своему ужасу, она поняла, что тонет в них. — Точнее, иногда вы и ведёте себя так, словно вам все мозги выбил бладжер — это, кстати, не исключено, — но всё-таки вы оба достаточно умные волшебники, и… И глаза у вас у обоих красивые… — вырвалось у Гермионы.
— Вот как? — игриво осведомился Фред, касаясь пальцами губ девушки. Гермиона некстати вспомнила о том, что кто-то из близнецов поцеловал её буквально полчаса назад — или пять минут, растянутых в вечность, — и её охватил озноб. Нельзя, чтобы игра зашла слишком далеко. Нельзя, или…
— Глаза красивые, значит, — скептически отозвался поднявшийся на ноги Джордж. — Как романтично, да, Гермиона?
Близнецы так редко называли её по имени, что сейчас это резануло слух. Гермиона непроизвольно дёрнулась и обернулась к Джорджу. Тот тут же схватил её за руку и помог подняться с пола, к вящему неудовольствию Фреда, только-только взявшего ситуацию в свои руки.
«Фред так серьёзно относится к этой шутке, что можно подумать, будто он действительно влюблён, — размышлял Джордж, рассматривая брата. — Строит из себя влюблённого дурачка, флиртует с Грейнджер… О, Мерлин, как глупо».
Изначально диалог с той случайно найденной бумажкой и задумывался братьями как шутка — они понимали друг друга с полуслова и быстро сочинили этот монолог. Но раньше Фред никогда не вёл себя так. Это наводит на определённые мысли.