Каннибализм культурного наследия в условиях ограниченного времени требовал мобильности. Наследие бросили, чтобы оно распадалось и трескалось под потоками ветра, солнца и воды. Вот течения выбили очередной кусок стекла, уже неспособный держаться и восстанавливаться на покинутой высоте. Мутный и отколотый, он обернулся в воздухе, будто застыл на мгновение и тут же разбился вдребезги. Множество осколков разлетелось и заискрилось под солнцем.
Возникшие прорехи в полотне зелени затянутся быстро, скрывая все оброненные мелочи. Девушка задрала голову вверх, задумываясь, как скоро разрушения наберут критическую массу и обвалят один из этажей, увлекая вслед в небытие всю конструкцию. Система выдала прогноз и дату следующего анализа местности. Здание не планировали разбирать и оставили на неравную борьбу со временем. Прочитанное решение казалось оправданным. Планета веками разрушалась, чтобы восстанавливать себя в одиночестве за считанные десятилетия. Экономическими выкладками подтверждалась эффективность бегства и переноса ответственности на локальные сети. После наблюдений последствий, внутри зарастающего мира, Аня всё меньше верила в разумность людей.
Девушка покачивалась над осколками в такт нелёгким мыслям, перебирая их под искры солнечных лучей. На мгновение задумалась, что именно выбивалось из общей картины. А затем, аккуратно разобрала завал из нескольких стекляшек. Пальцы удлинили элементы костюма, которые безопасно извлекли жёлтый гладкий камень. Он пропустил насквозь большую часть золотистого луча света между частых включений, стоило только приподнять находку над головой.
Камешек вытащил тягу собирательства цепким крючком наружу. Эта мелочь оставалась лёгким намёком на возможное приобретение чуда, таковым являясь лишь отчасти. Аня практично высмотрела и рассчитала за доли секунды этаж и крыло здания, выронившего песчинку прошлого. Получив постоянный анализ вероятностей, она поспешила к входу и с некоторым трудом пробралась через остатки дверей, некогда вращавших себя вокруг общей оси. Почувствовала запахи животных, неприятные, но старые и потому безопасные.
Вонь выветрилась, потому что внутри не оказалось ничего привлекательного с звериной точки зрения. Пустой холл, обрушенный временем интерьер, скрытый под грязью и мхом пол и занесённые пылью стены. Автоматов с давно истлевшей едой не нашлось, уютных укромных уголков не было. Аня прошла мимо слегка покорёженных дверей двух лифтов. Судя по состоянию третьего, системы напоминаний в годы подготовки исхода оставались несовершенными. Кто-то по рассеянности оставил кабину наверху и множество лет спустя, когда потомки непутёвого кочевника уже успели умереть на других планетах, системы безопасности не выдержали и обрушили остатки кабины и части дверей, сдирая всё попадавшееся на пути внутри шахты. Всё рядом носило отпечаток того удара.
Теперь в вертикальных колодцах шахт, в вестибюле и на лестнице гулял ветер. Веяло сырой прохладой, словно от открытого окна осенним утром. Расположенные в центре строения ступени лестницы покрывал слой пыли, равномерный и нетронутый. Аня не оборачивалась на собственные следы и сразу принялась отсчитывать этажи в мерных ударах шагов. Девушка экономила силы и оценивала прочность пролётов и здания в целом, пока ноги поднимались, шаг за шагом. На пятнадцатом этаже лестница обрывалась — для следующего пролёта шахту пришлось обходить снаружи, по этажу с парой выбитых стёкол и с зияющей полураскрытой шахтой лифта с покосившейся правой дверью.
На полу лежала поваленная и полуразрушенная, местами полузаросшая мебель. Остатки предметов, пол, стены и потолок клочьями покрывала трава. Кое-где кроме мягкой зелени проглядывал лишайник. Ближе к просвету выпавшей стеклянной части, наполненному перевалившим предвечерним солнцем, лежал серый ворох заброшенного гнезда. Сооружение в буйстве оттенков почему-то казалось единственным признаком жизни, действительной, а не забытой рухляди прежних призраков. Хотя мелкие насекомые сновали повсюду. Девушка покачала ногой пустой стакан, оказавшийся на полу, а затем оттолкнула стекляшку прочь. Переступая через прочий хлам, Аня добралась до продолжения лестницы и приступила к ещё шести пролётам, оставив позади противнейший пронзительный скрип проржавевшей местами двери.
Лестница уходила вверх ещё на десяток этажей, когда Аня вышла на нужный. Сначала подумала, что ошиблась, увидев стол посреди комнаты. Уже собираясь подняться на следующий пролёт, Аня всё же заглянула за угол. Словно бросила взгляд в заведомо пустую упаковку шоколадных конфет, не особо рассчитывая на успех. Но прорывающийся через прорехи свет на уцелевшем стекле витрин выхватывал разные оттенки солнца, поманив своим блеском. Магическое ощущение плотно вцепилось, подтягивая к себе девушку шаг за шагом.