Ноги сами выбирали дорогу, когда слова стихли. Я решила не прерывать больше тишину на бессмысленные расспросы и беспочвенные сомнения. Постаралась сосредоточиться на биении сердца и глубоком дыхании, выискивать привычные звуки и наблюдать за живым лесом вокруг. Тогда и натолкнулась на основное отличие, массивное, но совсем не броское. Обнаружила, когда не смогла различить привычные звуки в отсутствии тишины.
При незначительной разнице в климате нас окружали птицы и звери. Они держались в отдалении, но достаточно близко, чтобы оказаться приметными в большом количестве. Обитателей леса никто не приманивал, не прикармливал, но и не пугал: человеческое общество для них оставалось диковинным и непривычным, вызывающим страх и интерес. Что разительно отличало всё происходившее от моего дома. Почему так складывалось, до сих пор ломаю голову.
На прилегающих к моему дому территориях, на всём расстоянии до ближайших смотрителей животные избегают людей. Птицы могут прилететь за кормом, но не станут приближаться или привязываться к человеку. Кого-то можно одомашнить, но у зверей по ту сторону стены есть веские причины не приближаться к человеку. Массовая охота местных привлекла бы внимание, критические разрушения с загрязнениями окружающей среды исключены, но при это я отметила несколько весьма хаотичных несезонных миграции. Экологические или техногенные, но связи между ними я не смогла найти: где-то затянулись дожди, какие-то грибы умножили зону покрытия, несколько быстрых переселений могли быть вызваны и местными. Но в целом я поняла только одно: поведение диких животных необъяснимо изменилось в ряде зон, в том числе недалеко от моего дома.
- Ты кому-то говорила об этом? - спросил Птах. - Мне сама мысль кажется странной: как что-то массовое в масштабах биосферы может пройти незамеченным всеми вами, учёными с огромной сетью наблюдения. Думаешь, что кто-то составил детальный план, поворачивая неприятные вещи в слепых зонах с отсутствием заметных корреляциий? Особо одарённых местный житель или предатель из числа своих? Странное поведение животных может служить инструментом сбора информации, переноса биологического материала и отвлечения внимания. Но такие технологии существуют и развиваются сейчас: здесь, как взрывчатку, подобные знания не оставляли. Теория заговора и секретных экспериментов? Серьёзно, ты думаешь кто-то способен так замести информацию?
- Не думаю, что тут дело в скрытности. - ответила Аня. - Может просто жестокость - это традиции человечества, берущие корни с этой планеты. Истребить съедобный вид птиц, отрезать от живой рыбы все полезные части и выкинуть умирать беспомощные остатки - это обычная история. Города питались за счёт рек и грязью вымарывали из них дельфинов. Разводя домашних животных, мы не просто убивали их ради еды: могли и всадить в нос детёныша шипастое кольцо, чтобы отлучить от матери. Чёрт, я сама один раз укрепила берег у реки на излучине, где любила отдыхать. Красиво, задорно и удобно выровняла склон, ничего не скажу. Но потом разбирала пол собственными руками: небольшие животные не могли безопасно добраться до воды, часть сбалансированной жизни берега я случайно стёрла. Только за мной пристально следят сети, собирая и анализируя данные о каждом шаге - этакая отстранённая совесть и персональный ангел-хранитель.
- Да, здешним системам поддержки ключевой инфраструктуры или местным любителям пиротехники и групповых походов такое внимание не грозит. - сказал Птах, оглядевшись. - Мы на объекте средней степени риска, а значит мы не сможем выцепить корреляции отдельных событий из-за недостаточно горячей количества данных. Разрозненные знаки останутся знаками, без каких-то объяснений. Я здесь не так давно, но уже проникаюсь атмосферой. Давно хотел спросить: на планете древностей и спёртого существования множества поколений снятся кошмары?
- Я и другие смотритель леса чувствуют себя в безопасности. - ответила Анна. - Да, тяжёлым роботам нужно несколько часов для прибытия, но прочие защитные меры увеличены. Сам мог убедиться, у любого нападения, даже спланированного и вооружённого, мало шансов на успех. Но тут другая проблема. Мы плаваем по поверхности океана, не зная, что находится глубже нескольких метров, в градации от темноты до полного мрака. Никому и в голову не придёт идея установки и запуска дополнительного оборудования: одна жертва, два нападения и надуманные причины не оправдывают больших затрат. А значит мы живём в оставленном в темноте мире, где ночью нет мегаполисов с круглосуточным освещением. Мы знаем, что в темноте может происходить всякое: бесследное или нет. Можно услышать крик из мрака и гадать, человек или зверь, птица или скрип донёсся из чащи. Может быть услышим взрыв или звук выстрела, когда уже станет слишком поздно. Но в большинстве своём, тревожные мысли навязывает паранойя, беспокойство в бессилие. Из-за этого можно переживать, но не мучается кошмарами - нечего видеть во снах.
23
Анна выдохнула, продолжив отмерять шагами дорогу. Пожухлая трава покрывала землю, готовясь к снегу или холодному дождю. Теперь морозы приходили всерьёз и надолго. Жизнь показалась серой в тусклом свете дня. Серые облака затянули небо в начале недели, не оставляя шанса ни одному лучу. К вечеру спутники надеялись добраться до окраин следующего городка, чтобы заночевать под сухой крышей и в лучшем случае - найти новые следы. Ещё сутки под открытым небом с пребыванием в неизвестности не сулили ничего хорошего.
Поиски подходящей точки заняли больше времени. Оживление и взлом систем проходили в темноте, когда снег принялся обваливать небо крупными белыми хлопьями. Девушке так хотелось оказаться по ту сторону окон, что она чуть не запустила сигнализацию. Громкого рёва и включения внешнего освещения удалось избежать, но ещё на десяток минут пара осталась предоставлена снегопаду. Внутрь вошли облепленные снеговики. Лужи при запуске обогрева появились и высохли, когда пара уже проверяла работоспособность дома, оказавшись у большого крепкого окна.
- Признаюсь честно, я не сразу понял, зачем мы обходим пригород по границе. - Птах наклонился к всполохам теплого света. - Найти и запустить все системы даже самого удачного объекта в центре остывшего мегаполиса очень сложно. Мы бы привлекли массу внимания и потратили непозволительно много времени. А на этот домик, вместе с поиском, ушла пара часов. И в темноте его не видно и с сотни метров.
- Такие постройки имели своих сторонников всегда. - улыбнулась Анна, ответив из глубины кресла. - Укрепленные подвалы, тайные комнаты, бункеры и укрытия - со временем они превратились в автономные укрытия, в которых хозяин чувствовал себя независимым и защищённым. Даже при отсутствии необходимости, спрос был. Найти такое строение не очень сложно, по структуре и остаточной активности. Но мы потратили половину дня, а значит в запасе этот вечер и завтрашний день. Отдых, энергия, запасы, информация в лучшем случае - на всё остаётся около тридцати часов.
- Часы под крышей в безопасности пробегут секундами. - мужчина улыбнулся своей спутнице, повернув голову. - И мы вылезли из походного скелета, отрубили часть коммуникаций и систем. Снять раковину - уже многое для существа, отличного от краба или черепахи, верно? Мы лучше спим укрывшись, под стук дождя по стеклу, внутри созданных стен. Инстинкты затираются, но для глубинных, вшитых настолько глубоко, необходимо больше времени. Костюмы не давали нам промокнуть, защитили бы и были способны спасти в принципе даже бессознательные тела, но жить и отдыхать в них долго я не могу. При этом знаю достаточно первопроходцев, что спешат затеряться в природе при удобном случае. Это ощущение возможности оставить свой след характерно для всех, но в разной у мере.
- Знаю, но это и не мой случай. - Анна оперлась на колени локтями, наклонив тело. - Мы уже оставляли целые планеты на консервации, здесь часть объектов ещё поддерживается автономными системами и людьми вроде меня. Но спешить в общем потоке, разбираться в оставленных следах толпы на земле или изучать массы данных со стороны - выбор каждого. Далеко цивилизация, как система, тебя не отпустит. Вся свобода в том, чтобы выбрать приятное место. Мне нравилась прежняя жизнь за сбалансированность: независимость и безопасность, свободная в меру работа, уют рядом с глухим лесом. Контрастные линии на фотографии быта, словно узоры переплетений на руках. Да, хруст снега под ногами приятен, но вечерняя усталость ног под стук талых капель лучше. За маленькими окнами лужи наполняет снег, скрывая землю чистым одеялом. А с той стороны нас и не отличишь среди тусклой зимы. А с утра ветви задержат на себе шапки снега или капли замёрзшей воды. И останется понять, что гонит нас за этими выродками: призрак неизвестной угрозы или иррациональный страх?