- Значит, не купишь.
Пабло развёл руками. В свете сверкнул циферблат массивных часов.
- А что это за хмырь у неё? – поинтересовался Матео.
- Спроси у неё.
- Тц, блядь, - раздражённо выругался Матео, засовывая руки в карманы тёплой толстовки мятного цвета.
- Совсем скоро день выплаты процентов, - напомнил Пабло, подхватив карандаш, чтобы начать вертеть им между пальцами.
- Ещё ты с этим. Ты видишь, в какую пизду полетели твои проценты.
- Это не моя забота, и не моя пизда. Я напишу Мэл сегодня вечером. Предложу прогуляться.
Матео недовольно вздохнул, переходя к другому варианту:
- Ты говорил с ней об эскорте?
- Не моя проблема. Это она хочет или не хочет. Придумай себе что-нибудь на вечер, - Пабло криво улыбнулся.
Матео сдержался, чтобы не сплюнуть на пол. Вместо этого он запустил пятерню в волосы, словно хотел выдрать клок из густой шевелюры.
- После свадьбы будут деньги. Мы продадим платье и остальные вещи.
Пабло помахал рукой, будто прогонял муху.
- Обязательно. У меня дела.
- Тц, блядь, деловые все вокруг…
Матео не осталось ничего, как покинуть тесный кабинет и поспешить наружу.
Он огляделся по сторонам. Один из магазинчиков Красной Подковы переливался неоновыми огнями. С первого взгляда никто не мог определить, что продают внутри? Жвачки? Алкоголь?
Но Матео знал об игровых автоматах в подвале.
Он тяжело вздохнул, пошарив по карманам. Несколько скомканных купюр ждали его внутри.
Матео вытащил купюры и пересчитал, оставшись недовольным.
- На разок хватит, - решил он, направляясь к магазинчику.
44. Дурнота
Утром Данко проснулся с ощущениями, будто его вес стал как минимум в два раза больше, а голова перевешивала основную массу. Ко всему этому добавлялась невыносимая жара тропического климата, заставлявшая тело плавиться до неподатливой массы. Он открыл глаза и попытался понять, что происходит. Всё плыло и давило на голову. Ему пришлось сесть. Жажда обволокла ротовую полость и даже нос.
Данко хотел встать, но почему-то очертания шикарной бордовой спальни продолжали плыть.
***
Арла тревожно спала, ещё не чувствуя накатывающей волны духоты. Неожиданно её разбудил шум внизу. Ей совсем не хотелось вставать, потому что она проснулась несколько часов назад и тщетно пыталась уснуть снова, задремав только сейчас. Ощутив, что стало жарче, она больше не смогла лежать среди подушек и одеял, хотя всеми силами пыталась остаться в постели.
Данко в комнате не оказалось.
Арла спустилась вниз, на ходу натягивая на себя ночную рубашку. Войдя на кухню, она никого обнаружила, лишь опрокинутый стакан с водой. А того, кто его опрокинул, следовало искать в ванной комнате, откуда доносились впечатляющие звуки жертвы блюющего организма.
Арла налила чистой воды в стакан и пошла к Данко, проигрывающему перед слабостью в желудке. Опираясь руками в края раковины, Данко ждал нового приступа.
- Выпей немного воды, - Арла протянула стакан. – Тогда вырвет легче. Думаю, лучше избавится от всего сейчас, чем мучится потом весь день.
Данко не посмотрел на неё, только смазано кивнул, принимая питьевую воду. После нескольких глотков он снова почувствовал невероятную тошноту.
- Выйди, - попросил он.
Арла послушно покинула ванную комнату, прикрыв за собой дверь.
Через несколько минут Данко позвал её:
- Сделай мне чай.
- Хорошо, только не закрывай дверь. Если тебе станет хуже, я должна иметь возможность войти, - попросила она. – Альфред меня съест, случись что с тобой.
Арла быстро заварила чёрный крепкий чай, зная, что следующей целью подобных проявлений организма может стать другая часть пищеварительной системы.
Когда Данко в одних трусах и татухах «приполз» на кухню, его уже ждала чашка чая со льдом.
- У тебя жар, - заметила она, легко проводя рукой по лбу мужа. – Но на простуду не похоже. Наверное, другой климат. И перелёт был сложным.