Ей показалось, будто он ухмыльнулся.
- Ты всё верно понял. Ты убийца, Тайджин. Я не могу чувствовать себя спокойной и счастливой рядом с убийцей и лжецом, считающим, что он прав.
- Я очень надеюсь, твой муж лучше меня. Счастливого тебе брака, Эрел.
Звонок резко оборвался.
- Проклятье, - она напряжённо выдохнула, посмотрев в потухший экран мобильного телефона. – Боги, что я делаю? Да за что?.. Проклятье, а не человек!
С укором самой себе женщина покачала головой и вновь набрала его номер. От волнения и досады она зажмурилась, готовясь получить заряд боли, если он не ответит.
- Зачем? – его голос вновь раздался из динамика смартфона.
Далёкий и безумно родной. Голос человека, ставшего для неё всем.
- Я не хотела этого говорить. Ты злишься на меня, я понимаю. Ты имеешь на это полное право, как и я.
- Ты не давала знать о себе очень долго. Будто развод сделал нас чужими.
- Обычно так и происходит с людьми в разводе. Я не могла найти силы… Ты убил моего бывшего мужа. А потом начал лгать мне…
- Если тебе легче думать так, чтобы он больше не приходил к тебе во снах, думай.
По её телу пробежала волна нехорошей дрожи. Её собеседник как смотрел в чистую воду, видя даже её сны.
Она сглотнула:
- Он снился мне недавно… пытался задушить и называл Роан. Смешно, что пока не сделают документы, я считаюсь Роан… его проклятая фамилия. Когда я получала имя твоей семьи, я решила, что Эрэлиил Роан умерла. А теперь ей снова придётся воскреснуть.
- Я очень постараюсь разобраться с делами быстрее, - пообещал он. – Почему бы тебе не думать, что ты просто Эрел?
- Я ненавижу это имя! Она дала его мне! – вспыхнула Эрэлиил, но тут же укорила себя за лишние эмоции. – Я не хочу снова стать Эрел. Это…
- Я не хочу, чтобы мою жену звали не Анной. В Лей нельзя взять и просто сменить имя. Ты знаешь это очень хорошо. Имя – это огромный дар и семейное наследие. Я не готов на такой жест ради жены другого мужчины.
- Я понимаю, я не должна просить. Я не писала… не потому, что ты плохой. Хотя ты плохой, - она глубоко вдохнула, прислонившись к стене. Мысли путались. Накопленные не проговорённые за годы разговоры ринулись в открытую дверь и застряли в узком проходе.
Над внутренним смятением доминировало ужасное чувство вины. Она больше не хотела его наказывать, потому что не имела на это никакого права. Её решение сделало их чужими. Он не нуждался в её воспитании.
- Да. Я всегда был очень плохим человеком.
- Худшим из всех, кого я знала, - Эрэлиил покачала головой. – Однако ты всегда был идеальным мужем. Ты сделал для меня больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. Я понимаю, я лишила нас возможности поговорить снова, а теперь выливаю на тебя собственные невысказанные эмоции. Но ты ведь знаешь, я благодарна тебе. Ты стал для меня всем моим миром, когда я думала, что со мной всё кончено. Каким бы ты ни был лжецом, а этот мир был прекрасен. Просто ему настал конец.
- А он? Он стал им вместо меня?
- Он – это он, а мир – это мир. Наверное, я повзрослела.
- Ты сомневаешься.
Она горько усмехнулась, ведь он спрашивал, зря в корень:
- Мне кажется, я в чём-то ошиблась. Мы знакомы не так давно. И у меня громадный список причин, почему я должна была сказать ему «нет». Но сказала «да».
- Значит, это не причины вовсе.
- У тебя всегда так легко. Даже когда я обсуждаю своего мужа со своим бывшим мужем.
- Я смотрю на ситуацию с другой точки зрения. Ты когда-то полностью доверяла мне. Кажется, от этого доверия что-то осталось.
- Прости меня. Я не думала, что мы расстанемся вот так. Но мы должны были разойтись. Должны, понимаешь? Я бы не смогла жить с тобой дальше.
- Всё давно прошло. Все решения уже приняты. Я желаю тебе хорошей жизни.
- И я тебе тоже. Наверное, больше… мы не услышим друг друга, - к её горлу подобрался ком. В глазах и носу защипало.
На секунду повисла тишина, показавшаяся вечностью. Она слышала, как он вздохнул.
И снова дрожь.
Неужели, отпустит?