Одиночество никогда не пугало её.
- Ах, - вздохнула тяжело Паола. – Я сама вышла замуж далеко не молоденькой девочкой. Но разве это не слишком большая разница в возрасте?
- Нет.
Она проглотила слишком резкий и слишком короткий ответ сына.
- В наше время женщины не так быстро стареют внешне, - заметила Паола. – Но внутренне мы всегда гораздо старше вас. Насколько она должна быть старше тебя сейчас? Как твоя мать? Виктор, ты просто нашёл себе новую мамочку. Разве это нормально?
Он коротко посмотрел на неё, удобно расположившуюся в автомобильном кресле, но не забывающую держать заманчивую позу. Одна нога, закинутая на другую, согнутая в локте левая рука, едва касающаяся линии подбородка длинными ухоженными ногтями, немного приподнятая голова. Холодная надменность и нарочитая эротичность даже во взгляде.
Она всегда была такой.
- Моя жена не похожа на тебя, если ты об этом, - ему хотелось закурить. Немного погасить желание удушить собственную мать.
- В сравнении со мной она… крупная.
- Она недавно родила. Поэтому сегодня ты будешь особенно радостно улыбаться при знакомстве с ней, - он не смотрел на неё. Не хотел.
- Виктор, эта женщина всего лишь плод твоего упрямства, - Паола не постеснялась Алекса, сидевшего за рулём, и Зейна, сопровождавшего Виктора в дороге. – Ты должен был выбрать Шен. Или Мэн Ао. Или даже кого-то из их побочных линий. Аксель познакомил тебя с таким количеством достойных женщин. Богатые, привлекательные, образованные. Они были готовы штурмовать твою машину за возможность хотя бы помолвки. Таким должен был быть твой брак: ярким и амбициозным. Но ты всегда идёшь наперекор. И не говори, что дело в чувствах. У тебя их нет. И кто её мать? Повелительница кассового аппарата?
- Не разносчица кофе своему начальнику.
- Разносчица кофе родила тебя от правильного мужчины…
- Видимо, во мне слишком много от разносчицы кофе.
- Ты мерзкий. Ты всегда был мерзким ребёнком, - она резко отвернулась от него, уставившись в окно. – Не понимаю, как Эванда могла выбрать тебя... Хм, - Паола задумалась. – На Эванду она тоже не похожа. Почему ты выбрал такую женщину? Просто шисанка и всё?
Она вновь посмотрела на сына. Его сосредоточенное лицо практически ничего не выражало.
- Потому что так надо. Этого достаточно? – Виктор повернулся к матери.
Его голубой глаз словно горел, немного пугая. Чёрный казался пустым и мёртвым.
- Любовь умрёт через два года, - пророчески вымолвила женщина. – И тогда она откроет глаза и поймёт, что ты такое. Что ты будешь делать тогда?
- Жить дальше, - тем же тоном ответил он.
- С тобой невозможно разговаривать, - подытожила Паола.
- Тогда помолчи.
96. Бывшая
Роман стойко держал дружелюбное выражение лица, пытаясь немного подыграть желанию создать тёплую семейную атмосферу. Эрдзин не отставал от него, будто проверял границы его терпения.
Семьи редко собирались вместе. Подобное событие всегда приносило напряжение, заставляло всех застыть и ожидать.
Обычно Роман был тем, из-за кого все напрягались, застывали и ожидали.
Но не теперь.
Сам того не желая, он хотел, чтобы они послали к херам чайное пустословие, отправили женщин по их шикарным кухням и поговорили о деле. Они приехали сюда не ради праздного обеда или милой беседы о прошлом или будущем.
Речь шла о настоящем.
О переделанном рынке. О конфликте между ними давно не в зачаточном состоянии. О попытках прийти к соглашению на новых условиях. О Лей, вытесняющей из страны их бизнес. О ком-то, кто в очередной раз переворачивает его планы с ног на голову, отбирая кусок за куском.
Крыса из правительства не согласилась выдать имя нового покровителя даже за фургон, набитый до крыши деньгами.
Эрдзин поглядывал на хмурящегося собеседника, чувствуя, как Роман испытывает нетерпение в желании перейти к последней части заготовленной программы.