- Забыть, как вы издевалась надо мной два лета подряд? Уходи, Ён, мирно мы не побеседуем, - предупредила Аран, застыв всем телом. Запах алкоголя, дорого парфюма и пота заставил её испытать нежеланное напряжение. Ей быстро переставало становиться весело.
Лиза не знала, что ей делать. Она стояла в стороне, придумывая, что сказать.
- А-а, Аран, я до сих пор помню, каким идиотом я был. Поверь, я очень сильно раскаивался. Мать меня даже на колени поставила. И когда это было? Двадцать лет назад? Тридцать? Лиза, - махнул он своей спутнице, - пойди, выпей чего с Нэйтом. Это… мой друг. Он стоит на баре. Он тебе понравится.
Лиза была обескуражена. Глаза её расширились в недоумении и подступающем гневе.
- Ён, но…
- Выйди, сказал, - отрезал Аксель, бросая нехороший взгляд на длинноногую брюнетку в помятой блузке и чуть задранной юбке.
Лиза недовольно цокнула, но ушла, растворившись в громкой музыке.
- Ты не изменился, - заметила Аран, немного нервно заправив за ухо прядь гладких прямых розовых волос, доходивших ей до середины тонкой стройной шеи.
- Ты тоже. Знаешь, я почти что стар, и я полностью уверился, люди не меняются, - его губы вновь обворожительно улыбнулись, чуть обнажая верхних ряд белоснежных абсолютно ровных зубов.
- Значит, ты по-прежнему издеваешься над беззащитными девочками из более бедных семей? – брови Аран презрительно поползли вверх.
- Мы раскаялись, - доставая сигареты, заверил он. – Позволишь? – Аксель показал на сигарету.
- Отсядь подальше, раз всё равно не уйдёшь, - она сложила руки на груди.
Мужчина усмехнулся и убрал сигарету обратно в пачку.
- Не хочу, - воспротивился Аксель. – Неожиданное место для встречи.
- По-твоему, мне нельзя ходить в такие места? – её голос переполнял металлический холод.
- Аран, родная, что мне сделать, чтобы ты не злилась на меня? Хочешь, я встану на колени? – мягко спросил Аксель.
- Прошу, давай без детского сада.
- Тогда не злись на меня. Я был очень глупым юношей. Злился на весь мир по каким-то глупым причинам. До сих пор не могу понять, почему.
Аран неопределённо махнула рукой:
- А я была причём?
- Ты мне нравилась, - спокойно выговорил он.
- Поэтому ты издевался надо мной столько лет? Твоя мачеха заявилась прямо в школу. А потом на работу к моей матери. Даже когда ты уехал, все продолжали считать меня потаскухой, пытающейся развратить тебя. Высоченного лба, нажаловавшегося маме на школьницу средних классов.
Аксель продолжал улыбаться. Усталым жестом он убрал упавшие на лицо чёрные пряди, отливавшие лёгким синеватым оттенком в тусклом свете фонариков по краям балкона.
- Я знаю, был не прав. Я был очень глупым. Но если надо, выскажи мне всё, - он расправил плечи, открывая вид на обнажённый торс ещё больше в попытке показать, что он готов. – Ударь, если потребуется.
- С чего это ты такой добрый? – скривилась Аран, отчего на её миниатюрном точёном носике появилась небольшая складочка.
Внезапно его взгляд стал серьёзней:
- Двадцать лет прошло. Я до сих пор думаю о тебе. Можешь не верить. А я тебя любил. Как ни одну женщину после. Ты была первой. И останешься первой для меня.
Аран прыснула, показывая недоверие к его словам:
- Какой же ты наглый, Ён.
- Ну, давай помиримся, - Аксель наклонился немного вперёд, протягивая руку с оттопыренным мизинцем. – Исполню любое желание.
- Любое?
Аксель прищурился:
- Кроме желания, в котором я оставляю тебя здесь одну.
- Наглый, - Аран взялась мизинцем за его палец. – Детский сад.
- Мирись-мирись, - бархатным голосом начал Аксель. – Мирись и больше не дерись. Если будешь драться, я стану целоваться.
- Там было иначе.
- Наконец, ты улыбнулась, - мужчина быстро перехватил её руку и поцеловал тыльную сторону кисти. От его взгляда не ускользнули покрытые розовым лаком аккуратные длинные ногти девушки. – Столько времени прошло, ты стала такой красивой. Розовый тебе очень идёт.