Сажусь на скамейку, делаю вид, что увлечен телефоном. Ты не дождешься от меня нервных взглядов по сторонам, Вера.
– Данил, – ее голос звучит так близко, что я вздрагиваю.
Поворачиваюсь. Вера стоит прямо за скамейкой, в нескольких шагах. На ней легкое летнее платье, волосы распущены. Она выглядит… иначе. Не как студентка-психолог и не как официантка. Более женственно, что ли?
– Привет, – поднимаюсь. – Ты всегда так подкрадываешься к людям?
– Только к тем, кто делает вид, что не ждет меня с нетерпением, – улыбается она. В ее глазах пляшут веселые искорки.
– Я никого не жду с нетерпением, – парирую. – Просто держу слово.
– И поэтому отменил свидание с блондинкой?
Откуда она… Нет, не буду спрашивать. Не доставлю ей удовольствия увидеть мое удивление.
– У меня были другие планы на вечер.
– Конечно, – она кивает с понимающей улыбкой. – Прогуляемся?
Идем вокруг пруда. Солнце медленно клонится к закату, окрашивая воду в золотистые тона. Вокруг гуляют парочки, мамы с колясками, одинокие мечтатели с книгами.
– Зачем ты меня сюда позвала? – спрашиваю прямо.
– Ты не любишь ходить вокруг да около, да? – она с любопытством смотрит на меня. – Предпочитаешь действовать напрямую. Это говорит о твоем прагматизме.
– Ты всегда анализируешь людей, даже на прогулке?
– Профессиональная деформация, – она пожимает плечами. – К тому же наше пари как раз об этом, разве нет?
Наше пари. Заставить меня влюбиться за три месяца. Звучит так… наивно.
– И как ты собираешься это сделать? – усмехаюсь. – Приворотное зелье? Гипноз?
– Ничего такого, – она качает головой. – Просто дам тебе то, чего ты на самом деле хочешь.
– И чего же я хочу? – мне становится интересно, что она ответит.
– Того, чего у тебя никогда не было, – Вера смотрит мне прямо в глаза. – Искренности. Понимания. Принятия без осуждения.
Что-то внутри меня дрогнуло. Словно она прикоснулась к старой ране, о существовании которой я почти забыл.
– Звучит как дешевая психотерапия, – шучу, но мой голос звучит не так уверенно, как хотелось бы.
– Нет, – она качает головой. – Психотерапия – это работа. А я предлагаю… отношения.
– Отношения? – переспрашиваю, чувствуя, как внутри поднимается смесь любопытства и тревоги. – Но у меня уже есть Диана.
– У тебя есть удобная иллюзия, – Вера говорит мягко, но уверенно. – Диана для тебя – ступенька. Средство достижения цели. Ты не испытываешь к ней ничего настоящего.
Как она… Нет, я не позволю ей копаться в моей голове.
Глава 7
– Ты ничего обо мне не знаешь, – холодно отвечаю.
– Я знаю больше, чем ты думаешь, – Вера останавливается, поворачивается ко мне. – Например, я знаю, что ты сирота. Что твоя мать умерла, когда тебе было шестнадцать. Что отец ушел из семьи намного раньше. Что ты возвел вокруг себя стену, чтобы больше никогда не чувствовать боль утраты.
Меня словно ударили под дых. Мир на мгновение теряет четкость, перед глазами пляшут черные точки.
– Кто ты такая, черт возьми? – голос звучит хрипло. – Зачем ты копаешься в моей жизни?
– Я хотела понять, с кем имею дело, – она не отводит взгляда. – И теперь я знаю. Ты не бесчувственный. Ты просто боишься своих чувств.
Во мне поднимается злость. Горячая, всепоглощающая. Кто она такая, чтобы судить меня? Копаться в моем прошлом? Выносить вердикты?
– Послушай, Вера Андреевна Климова, – выделяю ее полное имя, наблюдая, как расширяются от удивления ее зрачки. – Да, я тоже умею гуглить. Ты думаешь, что знаешь обо мне все? Что я – просто интересный кейс для твоей научной работы? Бедная сиротка с травмой привязанности?
Делаю шаг к ней, и мы оказываемся лицом к лицу. Мы стоим так близко, что я чувствую аромат ее духов – что-то терпкое, с вишневой ноткой.
– Ты ошибаешься, – говорю тихо, но твердо. – Я не боюсь своих чувств. Я просто предпочитаю не тратить их на тех, кто этого не заслуживает.
Ожидаю увидеть в ее глазах страх, смущение, стыд. Но вместо этого… восхищение? Интерес? Что не так с этой девушкой?
– Вот оно, – шепчет она. – Настоящий Данил. Без масок. Без игры. Разве так не легче?
И что-то во мне ломается. Не знаю, что именно – может, усталость от постоянного контроля. Может, шок от того, как легко она меня раскусила. А может, просто желание хоть с кем-то быть… собой.
– Чего ты от меня хочешь, Вера?
– Правды, – она улыбается. – И чтобы ты позволил мне узнать тебя настоящего. Не того Данилу, которого видит Диана. Не того, которого видят преподаватели, коллеги, друзья вечеринок. А настоящего.