— восемь минут спасибо быть
— год начинается белым, совсем другим, чем заканчивается. Восемь минут все разные, тебе и мне не хватит
— восемь хватит, но не хватит времени большего; дело во времени, которое не
— хорошо, когда времени не хватает — быть чем(у) — то ещё. Длинный лёд. Тебе большой Введенский
— «когда ты идешь вперёд, прокладывая мне к себе дорогу». Помочь другому стать ещё более им
— помочь другому стать ещё более
— вакуум дня — когда ничто не может произойти, когда все скрывается?
— когда ни одна капля воздуха не касается плеч
— совсем без голоса, можно ли немного твоего?
— но ещё только в сторону дня, вечером догоню голосом
— могу и до, собирая после в твое отсутствие кусочки твоего голоса по углам и щелям
— вещи и углы там совсем дикие, смотри как тебе
— слова общие, слово становится моим, если вкладываю в него необщий смысл. И этот смысл остаётся множественным
— нельзя сказать «город как ты» — сравнение с претензией, что тебя знаю, а это не так
— но можно пользоваться не одним сравнением
— оговаривая его частность и ограниченность во времени. Сейчас так, а потом нет. Ты поворачиваешь голову в сторону сна. Сейчас в левую, но сон у тебя тоже меняется, каждый раз неизвестно с какой стороны
— крот под кроватью, когда будешь в музее?
— перевёрнутым ведром стола попросили к шести, к тебе могу раньше
— превзойти ночь трудно. Небо — ночное, а не ночь небесная
— не о той ночи, которая приходит со стороны неба, но о ночи неба как его движущей силе (изнанке), что приключается и переворачивает
— не приходит с неба, а проступает сквозь него, как её переступишь? Следующий шаг тоже в ней
— и чем будет тень ночи?
— возможностью?
— тебе сложные геометрические тела
— в семь на спуске к реке
— в готовности к бросанию в воду
— отправлено. Кожей сна
— пришёл только сон без письма
— ещё раз. Но мелкие соображения. В древних для будущего
— пришли, дожди в одном окне
— обещают грозу с абрикосами
— еду по капельным ямам, но доберусь
— чешуя верчения спин сна
— моль досыхает, когда приносить чистую искупавшуюся?
— Греция выветривающейся скалой собирается в гости, шурша листьями смородины
— Греция съеденным сыром и оставшимся морем. Подземной водой и крепостью воздуха к тебе с греческим маслом. Рыба катится на орехах
— сегодня в книгах и чуть городе — попробовать к послеобеденному? отсюда движением жасмина в дождь, чей конец ожиданием греческой рыбы
— между чего не и что есть пропасть
— перепрыгивая
— между чего не и что есть пропасть
— заговаривая — и появиться за
— пропадая, не зная, что/где появишься
— заговаривая — и начиная, и продолжая
— смещая речью
— губы порезаны несказанными словами, пальцы тем, чего не коснулись. Напряжение — но свет всё ярче — ещё чуть
— скрепящим письмом воздухом предчувствуя предчувствие забывая свернуть(ся) растерянности вдоль выдохом-выстрелом часами черпать дрожа тобой
— солнце пришло раньше обычного развернувшимся бегом
— дом поворачивается к солнцу. Живешь в подсолнухе?
— раскачиваюсь
— смотреть Пину Бауш
— весна с манго пока без каштанов. Пишу статью
— каштаны трижды проткнуть и пятнадцать минут жарить
— сном вытягиваясь не хватая дыханием в рост возле держа
— головой к голове поперек пробираясь ищу Грецию. Носом в ольху жду
— сон и взгляд бывают вместе — есть взгляд сна, он внутри век, но чувствуется. Есть взгляд на сон — ты спишь, я на тебя смотрю, чуть убеждаясь в существовании, днём угнаться труднее, хотя интереснее
— песок оставляет пыль после себя. Даже не пыль, а состояние кожи после песка; сейчас оно кажется невидимой пылью, стягивающей и забивающейся в поры
— скорее соль. Море лёгкое, когда плывёшь, но царапает, когда отойдёшь — не хочет, чтобы уходили? Но соль/пыль летит, даже если в море не входишь — солёный воздух
— ночь на берегу — сосредоточенно-рассеянная энергия моря, расслабленного днём; огни, небо и ветер, бьющийся об одеяло, но совсем не подозревающий о моём в нем наличии — не тревожащий
— волнующееся пространство. Далёкий маяк, к которому всё же однажды придешь и будешь видеть сноп света над головой. Плыть в чёрной гладкой воде. А огни отражаются в море, и это уже космос, где свободно и кометно в любом направлении. Кто рядом — не помеха — другие глаза, другое удивление. Потом так можно с морем в любом месте — и там, где моря нет