Мучительная, долгая тишина, там во сне я остаюсь совершенно спокойным, но на самом деле я пытаюсь закричать сдвинуться с места, помочь ей. Внезапный сильный порыв ветра сдул туман, замок исчез. Осталось только выжженное поле и скрипка с платьем на земле.
Очнулся я от того, что меня трясли руки Гаспара.
– Ты, что с ума сходишь?
Да я действительно сходил с ума от своих переживаний, от своей трусости, от своей любви…
Я был беспомощен перед лицом этого чувства. Это было подобно стрелам, которые горячими наконечниками пронзают тебя насквозь, эти наконечники медленно растапливают ледяное сердце, заставляют его биться вновь и вновь. И понимание того, что это сердце бьется не просто так, приносит невообразимое душевное спокойствие. Да, это было подобно тому, что моя душа вновь вернулась ко мне и сделала из мертвеца живого человека. Да, я жил, теперь я жил, а не существовал как раньше. Только эта жизнь должна была скоро закончиться…
* * *
4 мая – это был День рождения Евы. Именинница хотела пикник, она его получит. Елена постаралась на славу. Она выбрала потрясающую полянку с чудесным видом на город. Здесь нам никто не будет мешать. Конечно это слегка близко к «Дому клана»(Место где проходят советы, собирается клан или же просто живут вампиры, и многие там жили, почти все кроме меня, Дженни, Елены и Вениамина. Мы смогли ужиться в мире людей). Но они не посмеют нам помешать. Да, и одиночки туда не отправятся.
Торт, свечи, подарки, напитки, закуски – все было готово. Сначала я думал, они стараются для меня, я ошибался. Елена отвела меня в сторонку и начала шепотом говорить.
– Помнишь Настю?
– Помню…– ее вопрос поставил меня в тупик.
– Так вот, говорят, она связалась с каким-то одиночкой.
– Из тех, которых нам приказали выследить?
– Да, именно из них…Если это правда то ее… Ты знаешь, что будет. А тогда нам потребуется новичок… Понимаешь о чем я?
– Нет…
– Да, Еве суждено стать вампиром! У нее никого нет ведь так?
– Есть тетя какая-то…
– Вот именно, что какая-то. Если это правда, приведешь ее на совет. Я, Вениамин, Дженни и Гаспар проголосуем за…
– Нет!
– Что нет?
– Она не согласится. И я не желаю ей такой судьбы!
– Никто ее спрашивать не будет и тебя тоже. Не желает он, а чего ты желаешь увидеть, как она умрет?
– Не увижу! Я оставлю ее в покое, уйду из ее жизни навсегда!
– Тогда скажи ей об этом сегодня. Хватит сил?
– Хватит! Сегодня, так сегодня!
Я был готов бежать, рвать волосы, кричать, убить всех кто попадется у меня на пути. Но это конец все. Сегодня я скажу Еве, что мы не можем быть вместе и уйду из ее жизни. А потом уеду, лет так на пять куда-нибудь. Дженни уже в состоянии прожить одна. Моя клятва будет исполнена, на благо нам обоим. На благо наших жизней и ее души…
Когда я забирал Дженни и Еву со школы. Мое сердце разрывалось на куски. Казалось, что эти стрелы стали слишком уж горячими. Когда я ее увидел, мое дыхание сбилось. Все еще хотелось кричать, но я не мог.
– Эрик, все в порядке? – спросила Дженни.
Я покачал головой.
– С днем рождения Ева! – мое поздравление больше подходило для поминок.
Я оглянулся, чтобы увидеть ее лицо. Наши взгляды встретились.
– Не нравится мне это, – сухой, почти металлический голос. Она попыталась натянуть улыбку, но ее глаза всегда выдавали истинные чувства. Очень хотелось, схватить ее, сжать в своих объятьях, рассказать всю правду и никогда больше не отпускать. Но я думал только о своих чувствах, а что насчет нее? Как она отреагирует на то, что я вампир? На то, что я убил тысячи людей? На то, что я монстр?
Это было ужасно! Бросить ее сегодня, в день ее рождения, но клятва есть клятва.
-Эрик, в чем дело? – Дженни держала меня за рукав, и смотрела вопрошающим, обессиливающим взглядом.
– Сегодня я оставлю ее в покое, – вот черт, чувствую себя ребенком, вынужденным расстаться с любимой и единственной игрушкой.
– Еву? Ты решил расстаться с Евой?!
Ее обезумевшие, удивленные глаза, болью пронзили меня насквозь в очередной раз. Мое сердце больше не таяло от надежды, оно вдруг снова заледенело и разбилось на тысячи острых осколков. Мне было страшно, ужасно страшно. Ведь я мог заставить себя уйти, сказать, что Ева мне безразлична, но какая-то часть меня все равно будет стремиться к ней. Эта часть будет пожирать меня изнутри, оставляя после себя зияющую пустоту, и причинять сильнейшую боль. Самым страшным было понимание того, что не только я буду испытывать эти муки. Как низко я упаду в ее глазах!
Я покачал головой в ответ на вопрос Дженни.
– Ты с ума сошел? Сегодня?
– Да, сегодня, – пришлось снова надеть на себя маску из стали, добавить жесткости в голос, хоть и хотелось плакать и ныть, но это непозволительная роскошь…
– Но… но, – Дженни начала заикаться, это значило ее безграничную растерянность и наворачивающиеся слезы. Черт! Если она еще и заплачет я вообще ума лишусь, – Но, ведь сегодня ее День рождения… Только не сегодня.
– Я обещал.
– Кому?
-Елене.
– Я поговорю с ней. Я уверена она тоже этого не хочет.
– Дело не том хотим мы этого или нет… просто так надо…
– Кому?
– Всем нам. Пока не случилось, что-нибудь непоправимое.
– Эри… Ты уедешь да? – черт, ну почему же она такая проницательная.
-Да, я скажу ей, что уеду… и на самом деле уеду…
– Надолго?
Я пожал плечами.
– С тобой можно?
– А Гаспар?
Она погрустнела еще сильнее.
– Не знаю.
– В любом случае, пять, шесть лет ничего не изменят.
– Пять… Шесть…
Я достал из кармана черную коробочку. В ней лежал медальон на тонкой цепочке.
– Эта вещица досталась мне от матери, последняя вещь, которая связывает меня с моей человеческой жизнью. Я хочу подарить его Еве…
– Это не честно…
– Что?
– Почему ты должен страдать из-за глупых законов? Ты ее любишь?
– Да… , на этот вопрос я ответил без малейшего замешательства. Я любил безумно, всей своей сущностью.
– Черт возьми, зачем мы поперлись на этот склад, той ночью.
– Дженни, помоги мне! – крикнула Елена.
– Держись, Эрик. Все будет хорошо. Все будет, так как раньше, ты и я…
Она медленно пошла вниз, ее взгляд все еще был обращен ко мне. Гаспар подошел к ней и шепнул:
– Ему сейчас очень плохо, но он справится…
Ну, пусть меня ударит молнией, пожалуйста.
– Ева…
Глава 14
(Эрик)
Она подошла медленно и осторожно, будто чувствовала неладное. Она была как всегда безумно красива. Мой ангел. В лучах скрывающегося солнца ее темные волосы отливали золотым блеском. Казалось, мое сердце вот-вот вырвется наружу, израненное и окровавленное. Господи, за что мне все это? Только представить, как я заставлю ее страдать. Перспектива никогда ее больше не увидеть просто разламывала меня пополам. В голове гудел рой непонятных мыслей. Пару глотков воздуха. Я смогу. Я смогу.
– Ты звал?
В ответ я покачал головой и прикусил губу – это получалось произвольно, каждый раз, когда я сильно нервничал.
Холодную маку безразличия на лицо, побольше металла и жесткости в голос и вперед.
– Да, я хотел серьезно поговорить.
– О чем?
На ее лице проскользнули признаки испуга. Она подняла на меня свои глаза. Эти два самых дорогих изумруда на земле. Я больше не мог мыслить трезво. Черт, возьми, как же больно!
– Ева… нам…, то есть ты… не можешь…, мы, – глубокий вздох. Нет! Черт! Не могу! Лучше умереть! – Тебя Дженни зовет.