Мэддокс вздрогнул, будто его выдернули из сна. Он замер, прижимая Тею ближе, не зная, что делать. Его пальцы, ещё секунду назад уверенные, теперь будто потеряли силу.
— Эй… ну, тише… — пробормотал он, неловко покачивая её. — Что ты, крошка?..
Но Тея только сильнее расплакалась. Громко, требовательно, без остановки.
Я уже знала этот оттенок плача — голод.
— Дай её мне, — сказала я.
Он сразу послушался, но я видела, как напрягся. Осторожно, будто боялся причинить вред, передал мне дочь.
Я прижала Тею к груди, укачивая, и тут же почувствовала, как она рвётся, ищет.
— Она просто проголодалась, — сказала я, не глядя на него.
— Ну так не медли, — сказал он, тоном, который звучал раздражённо, но под ним явно пробивалось что-то вроде тревоги.
Я подняла глаза и посмотрела прямо на него.
— Выйди, — сказала я спокойно, но твёрдо.
Он нахмурился.
— Зачем?
Я моргнула, не веря, что он всерьёз задаёт этот вопрос.
— Как зачем? Я же буду кормить её.
Мэддокс склонил голову, уголок его губ дрогнул — почти усмешка.
— Да что я вообще не видел?
Мои пальцы непроизвольно сжались. Я чувствовала, как в груди начинает подниматься волна ярости.
— Выйди, — повторила я, уже тише, но в голосе сталь. — Если не хочешь, чтобы твоя дочь осталась голодной.
Он молча смотрел. Долгие секунды. Его взгляд был тёмным, напряжённым, будто он боролся сам с собой. В этом взгляде были злость, задетое самолюбие, и что-то ещё… что-то, что он не хотел показывать.
Я не отводила глаз. Не моргала.
Между нами будто натянулась тонкая нить, и каждый вдох резал воздух.
Он выдохнул тяжело, с раздражением, как будто сдался.
— Ладно, — тихо сказал он.
Прошёл мимо меня. Медленно. Я чувствовала на себе его взгляд даже после того, как он переступил порог спальни. Дверь закрылась.
Я осталась одна с Теей. Моя малышка прижалась ко мне, успокаиваясь. Тёплая, родная, моя.
И в голове всё ещё звенел его голос — «Да что я вообще не видел?»
Слова, сказанные с насмешкой, но в них было что-то… другое.
Как будто он пытался вернуть ту власть, которую я у него отняла.
Я прикрыла глаза, покачивая Тею, чувствуя, как она постепенно стихает. А внутри шторм.
От него. От себя. От того, что он снова здесь, в моём доме.
И от того, как близко он подошёл к границе, которую я так отчаянно пытаюсь удержать.
Я осторожно уложила Тею в кроватку. Она уже спала спокойно, тихо, её крошечная грудка равномерно поднималась и опускалась. Я провела ладонью по её щеке, наклонилась и поцеловала в лоб.
— Спи, солнышко… — прошептала я.
Накрыла лёгким пледом, чтобы не замёрзла, и, задержавшись на мгновение, отошла к двери. Сердце всё ещё било слишком быстро от недавнего напряжения, от присутствия его за этой стеной.
Тихо прикрыв дверь, я выдохнула.
Мэддокс стоял в гостиной, облокотившись на стену, руки в карманах, взгляд опущен.
Я почувствовала, как что-то внутри снова дрогнуло, но заставила себя говорить спокойно:
— Пойдём на кухню. Обсудим всё, как ты хотел.
Он оттолкнулся от стены и пошёл за мной, шаги тихие, уверенные.
В его движениях не было суеты. Только привычная холодная собранность, будто даже воздух слушался его.
На кухне я включила свет. Белое сияние лампы отразилось в его глазах. Холодных, тёмных, упрямых. Я отвернулась, чтобы не встречаться с этим взглядом.
— Садись, — сказала я, открывая шкафчик, — я сейчас сделаю кофе.
Он не ответил. Только тихо подошёл ближе. Я чувствовала его присутствие за спиной густое, давящее, как запах его парфюма, который всё ещё витал в воздухе после вчерашнего. Пальцы дрожали, когда я насыпала кофе в турку.
Я старалась не оборачиваться. Просто сосредоточиться на чём-то простом, обычном. На звуке воды, на движении ложки, на свисте газа. Но тело не слушалось. Каждая клетка знала что он рядом.
Тишина. Ни слова. Только лёгкий скрип пола.
А потом его дыхание. Близко. Слишком близко.
Я не успела обернуться.
Его руки легли мне на талию. Плавно, уверенно, будто это естественно. Я вздрогнула всем телом, сердце сжалось в груди.
— Что ты… — начала я, но голос сорвался.
Он не ответил. Просто приблизился. Я почувствовала, как его грудь касается моей спины, как тепло от его тела прожигает через одежду.
Он опустил голову, и горячее дыхание скользнуло по моей шее.
Он глубоко вдохнул, будто впитывая мой запах, и сильнее сжал талию ладонями. Его пальцы чуть дрогнули напряжённые, но осторожные. Я слышала, как он дышит. Медленно. Тяжело. Словно борется с чем-то внутри себя.