И не дав Андрею и его родным как-то отреагировать и придумать причины, по которым ребёнку не стоит оставаться на ночь, она мгновенно обулась, схватила ветровку с сумкой и, помахав на прощание ручкой, покинула дом Майоровых.
Во время обеда Женя уже поступила дурно, когда сочла чужого ребёнка неказистым, поэтому решила быть плохой до конца. Оказавшись на улице, она позвонила Михаилу и сама пригласила себя остаться у него на ночь.
И они отлично провели время на его диване!
И повторили это на следующих выходных, а потом на следующих и ещё на одних.
Этим летом Гриша научился долго дуться на маму, а Женя научилась пользоваться этим и ловить момент.
38. Лето обид
Обычно Гриша быстро отпускал свои обиды, но его детсадовский друг Владик являлся постоянным напоминанием, не дающим ему перестать дуться на Женю из-за того, что первоклашкой ему в этом году не стать.
В июне и июле Гриша проводил выходные с отцом в доме Майоровых. И Женя в это время не сидела в своей квартирке, печально вздыхая и переживая о сыне.
В одну из суббот она вытянула Сашу в клуб, где они несколько часов танцевали, пока Димасик не вспомнил, что Саша девушка несвободная и ночи должна проводить дома. Всё это он высказал подругам, когда приехал к клубу, чтобы их забрать. А когда Женя сказала, что не хочет завершать приятный день в компании таксы, поэтому поедет не к себе домой, а к Михаилу, Сашин парень так возмущённо запыхтел, будто она предложила им предаться блуду на скамейки в парке, а не просто попросила доставить её по другому адресу. Озвучить свои претензии к Жененному моральному облику Дмитрий не решился, но зато всю дорогу они слушали нравоучительный бубнёж:
«Вы не следили за временем, а ведь Саше нужно успеть выспаться. Завтра тренировки с самого утра, пропускать нельзя, ведь у неё ипотека. Да и в таком возрасте с клубной жизнью пора заканчивать…»
Несколько вечеров субботы Женя провела в кинотеатре, где кроме обязательного просмотра фильма на предпоследнем ряду тёмного зала были не менее обязательные поцелуи и обжимания с Мишей.
В последние выходные второго летнего месяца у Жени, наконец, состоялось традиционное свидание с укладкой, платьем, шпильками и ужином в ресторане. Миша был обходительным, пригласил её на танец, и благодаря тому, что он сам не обладал высоким ростом, а Женя была на каблуках, ей впервые удалось смотреть своему партнёру в глаза, не запрокидывая голову.
Но не зависимо от того, чем Евгения была занята вечером, ночь с субботы на воскресение она проводила в квартире Боброва. Общаться с ним было легко, но основной целью для их встреч были не разговоры и совместные прогулки, а ужин и постель.
В отличие от Александры, которая за год общения с Женей так и не научилась получать удовольствие от вина, Миша быстро попал под её «пагубное» влияние. В этом дружелюбном полиционере она нашла то, что ей нужно на данном этапе своей жизни: любовника и собутыльника.
Но повод для недовольства у неё всё же был.
С Михаилом Женя своего ребёнка не обсуждала, зато обеды с Сашей были наполнены жалобами.
— Ещё не давно я переживала о том, что такому милому и доброму мальчику будет трудно взаимодействовать с другими детьми, и даже на следующий год он будет недостаточно зрелым для школы, а теперь он превратился в хитрюгу и манипулятора. — рассказывала подруге Евгения. — Ты бы видела, с каким важным видом он собирает свой рюкзачок, перед тем как отправляться в дом родителей Андрея.
— Это же правильно, что он себе вещи собирает? — попыталась найти что-то положительно Саша.
— Скомкать пижаму и запихнуть её в рюкзак, дело не трудное.
— Самостоятельный мужчина. — не унывала Александра.
— Я сейчас тебя стукну. Ты дружишь со мной, а не с этим самостоятельным мужчинкой. — напомнила Евгения. — Есть масса примеров того, как дети страдают после развода родителей. Конечно, хорошо, что Гришка избежал этого, но мог бы хоть немного и попереживать.
— Ты расстроена тем, что не расстроен он? — приподняв брови, уточнила Саша. — Это ведь твоя заслуга.
Логика в словах подруги заставила Женю скривиться и отодвинуть от себя тарелку с недоеденной порцией.
— Я знаю. И не жду от него благодарности, но это его «папочка то, папочка сё, мы ходили туда, видели это», — сымитировала она голос сына. — Это поднадоело. Да и Андрей скоро устанет строить из себя лучшего отца на свете. Он уже не появился на прошлой недели из-за того, что был занят ремонтом. Потом будет покупка мебели или очередная командировка. А проводить все выходные в компании бабушки и деда Гришке не понравится.
— Ты как будто злорадствуешь. — хмыкнула Саша, не разделяя беспокойства Евгении.
Но вскоре она сама чуть не оказалась втянута в семейные разборки Майоровых.
В один из тёплых вечеров подруги решили прогуляться. Пока Женя забирала сына с садика, Саша закончила тренировку и, встретившись на набережной, они заняли одну из скамеек. Пока Гриша был увлечен поеданием мороженого, Саша рассказывала о своей новой коллеге.
— Я сегодня была её наставником, рассказала о расположении залов, и она смотрела, как я веду тренировки. Несмотря на возраст, стаж у Маргариты небольшой, и до этого она только с группами работала. Я словно тренер тренера.
— А какой у неё возраст? — полюбопытствовала Женя и предупредила. — Если она неумёха, значит, её кто-то привёл.
— Точную цифру не знаю, но она упоминала, что один из её детей старшеклассник. Она не неумёха, и в небольшой протекции нет ничего ужасного. — слишком категорично произнесла Саша.
— Хм… тебя что, тоже кто-то привёл?
— Немножечко. — понизив голос, призналась Александра. — О собеседовании договорилась мамина подруга.
— Быть может, и за меня словечко замолвили. — припомнила Женя разговор с Эльвирой Александровной, состоявшийся перед тем, как она отправилась на собеседование в «Зевс».
— А ты боишься высоты? — вдруг обратился к Саше Гриша, но не стал дожидаться её ответа и пошёл в наступление. — Я не боюсь. Мы с папой вертелись на большом колесе, и он испугался, а я нет. Мне совсем не было страшно, потому что я уже большой.
— Это было колесо обозрения, и вы на нём катались, а не вертелись. — пояснила Женя.
— Только одна мама считает меня маленьким. — не обратил внимания на её слова ребёнок, жалуясь Саше.
А когда подруги затронули тему предстоящих выходных, Гриша и вовсе попытался напроситься к ней в гости. Поначалу Саша опешила, но быстро взяла себя в руки и самым простодушным тоном ответила:
— А как же твой папа, бабушка и дедушка? У меня слишком маленькая квартира, и на всех места не хватит.
Каким бы манипулятором Григорий Андреевич Майоров не был, он оставался пятилетним мальчишкой и никаких контраргументов на это придумать не смог. Зато Саша поняла, о чём всё это время говорила Женя, и на себе испытала один из приёмов, с помощью которых Гриша заставляет свою маму раздражаться.
А через неделю на жизнь жаловалась уже сама тренер Александра.
В «Зевсе» появилась тридцати семилетняя мать троих детей и жена местного депутата Маргарита. Из рассказа подруги Женя знала, что пришла она в клуб не в поисках инструктора и тренажёров, с чьей помощью подправит физическую форму, а для того, чтобы продемонстрировать невероятную фигуру в должности персонального кроссфит тренера.
Сама Женя с Маргаритой пока не общалась, но отметила то, как грамотно действовала эта дамочка.
В первый же день распознав в Сашке простофилю, она пожаловалась на отсутствие опыта работы в клубе такого класса и напросилась в зрители к ней на занятия. Александра была польщена и с радостью взяла новенькую под крыло. А уже через неделю, одна из Сашиных подопечных ушла к новому тренеру, впечатлившись её фигурой.
В отличие от молодых коллег Марго не дефилировала по залу в коротких шортах, но по слухам ей было достаточно показать руки и пресс, чтобы привлечь всеобщее внимание. Изысканной красотой новый тренер не отличалась, зато её рельефности можно было позавидовать. И народ завидовал.