4.
Мы бежали в медленном темпе уже третий круг, а он не маленький. Тим иногда начинал ускоряться, видимо, чувствуя прилив энергии, но его силы быстро заканчивались. Я напоминала ему следить за дыханием, а он в это время недовольно бурчал в мою сторону и поглядывал на манящую бутылку воды. Время близилось к восьми часам, мы слишком поздно пришли на стадион, потому что этот придурок после пар решил поспать и набраться сил перед тренировкой. Я долго кричала на него, но мои слова отлетали от парня в меня же.
— Я больше не могу! — сдался он и сел на лавку, хватаясь за бутылку. Я ударила его по руке и грозно посмотрела. — Ведёшь себя, как мамочка, — Тим закатил глаза, но послушал меня.
— Не завидую твоей маме, ты отвратительный сын! — Он замер и уставился на землю. Взгляд стал ещё злее, чем был. Кажется, я надавила на больное и затронула ту тему, которую не должна. Я сжала губы и начала думать, как завести разговор и сменить тему. — Если ты живёшь в общежитии, значит, не отсюда. А откуда? — Я села рядом, но оставила между нашими бедрами около двадцати сантиметров.
— Даже не думай расспрашивать меня, будто хочешь узнать больше. — Я немного начала привыкать к его грубым высказываниям, поэтому вытянула ноги вперёд и подставила лицо лучам солнца. Загорелая кожа нагревалась, и усталость от бега начала отступать
— Нам ещё долго проводить время вместе, не вижу ничего плохого в том, что хочу пообщаться. Ты слишком грубый и закрытый.
— Это все, что ты можешь обо мне сказать? — Тим ядовито усмехнулся. — Мне насрать, что ты думаешь обо мне.
— Я знаю, поэтому о тебе я вообще не думаю.
Он посмотрел на меня. Наши глаза встретились, в моих — вызов, в его — темнота. Цвет его глаз безумно красивый и пленительный, но за ним скрывается беспросветная тьма, в которую он пытается меня утянуть. Ничего не выйдет, я не боюсь и смогу дать ему отпор. Я надеюсь на это.
— Прям так и не думаешь? — Его бровь поползла наверх. — Я тебе наверняка снюсь ночами.
— Ты угадал! — воскликнула я. — В кошмарах.
Тим резко встал с трибун и пару раз наклонил голову, заставляя шею хрустеть. Потом снова пробежал по мне взглядом и сказал:
— Чё расселась? Побежали.
Я закатила глаза, но всё-таки поднялась. Тим выключил свою музыку, от которой было лишь название. Это набор непонятных и громких для ушей звуков, но я молчала — это все равно лучше, чем общаться с ним.
***
Наша тренировка закончилась. Мы медленно и уставше брели к общаге. Парень делал вид, что он в порядке, но пот, стекающий с его лица, и еле двигающиеся ноги говорили об обратном.
— Воняешь ужасно, — неожиданно фыркнул Тимофей, и я зыркнула в его сторону. Улыбается, гадёныш!
— Это твой запах, — указала пальцем на мокрые пятна на его футболке под подмышками.
— Какие планы на вечер? — Вопрос заставил меня удивиться. Неужели он сам решил со мной поговорить на приятную тему? Поинтересоваться мной?
— Ты хотел сказать "на ночь"? — Время перешагнуло отметку в девять часов. — Душ и спать, у меня нет сил даже на учёбу. Всё из-за тебя, — уже менее радушно сказала я. — Твои планы? — Не то чтобы мне было интересно...
— Тоже душ, потом с Димой и другими собираемся выпить. Раз уж один пункт в наших с тобой планах совпал, как насчёт принять душ вместе? — Я остановилась. Тим сделал то же самое и посмотрел на меня из-под ресниц, пряча руки в карманах. Он заигрывает со мной или я ослышалась? Внезапно парень заливисто засмеялся. — Я шучу, глупые первокурсницы точно не в моём вкусе. Тем более такие тощие.
Он почти брезгливо осмотрел мои худые ноги и грудь, которая несильно выделялась из-под футболки. Пытаясь защититься, я сложила руки и сбросила часть волос на лицо. Удар ниже пояса. Тим знал, куда бить, ведь бюст — один из моих комплексов, причем самый большой. Я слишком худая, и это, к сожалению, везде. И спереди, и сзади. Собственно, как моя мама.
— Ты ужасен, Тим, — бросила я ему в лицо и практически побежала к общаге.
Сил не было, лишь обманчивое чувство, но желание спрятаться от этого идиота было огромным. Он не имеет права оскорблять меня и оценивать, тем более мою фигуру. И называть меня глупой, кстати, тоже. Желание учить его бегать исчезло сразу же, хотя я и так этого не хотела. Только мне показалось, что мы можем поладить и не ругаться, как он выкинул фразу, касающуюся моего тела.