— Из-за тебя я вчера напилась и забыла поставить будильник, поэтому проспала. У меня болит голова и урчит желудок, так что будь добр, заткнись и иди молча! — Я снова направилась к колледжу.
— Из-за меня? — Ну конечно! Он услышал лишь часть первого предложения. — Да ты сама с Димоном вчера круто повеселилась. Я вернулся, а вас уже не было. Ну и как, он настолько хорош, как рассказывала Светка? — Его вопрос выбил из меня весь воздух. Мне понадобилось время, чтобы снова начать дышать. Уши горели красным пламенем от неловкости. Если пойдут слухи, я этого не переживу. — Я имею ввиду секс, трах, перепихон. Называй, как хочешь.
— У нас ничего не было, идиот! Ничего! Не поцелуев и уж тем более не того, про что ты говорил! — Он должен мне поверить, чёрт возьми.
— Серьёзно? Он разочаровал меня, — наигранно грустно проскулил Тим. Я пропустила его комментарий мимо ушей. Если я буду его игнорировать, то он поймёт, что его компания мне неприятна. — Сегодня идём бегать в шесть. — Я фыркнула и отрицательно мотнула головой.
— Ну уж нет, я еду домой после пар. Успеваю на дневную электричку. Сегодня пятница, впереди выходные. Я надеюсь, ты не думал, что ради тебя я останусь в городе. — Мне была интересна его реакция, но я не стала тратить время на переглядки.
— А позже ты уехать не можешь?
— Могу, но не хочу. Точно так же ты можешь побегать один, а лучше всего свалить домой, чтобы я наконец-то от тебя отдохнула.
В своей обычной манере Тим притянул меня к себе и заставил остановиться, удерживая слишком сильной хваткой. Он зло смотрел в мои глаза, а я вдыхала приятный аромат одеколона, исходящий от его чёрной толстовки и шеи. Длинные пальцы с каждой секундой сильнее сжимались на моих тонких запястьях, и я зашипела от боли. У меня же останутся синяки!
— Сегодня ты необычно разговорчива и дерзка. Мне это нравится, но лучше тебе прихлопнуть свой ротик, пока я не занял его чем-нибудь поинтереснее, чем пустая болтовня. — Угроза не действовала на меня так, как он предполагал. Я была сильно уставшей и злой из-за опоздания, так что просто закатила глаза. — Сучка! — Он схватил меня за волосы и дёрнул в сторону, оттягивая. Я вскрикнула и поддалась его движениям.
— Отпусти, больно же, идиот! Что ты делаешь?! — У меня начиналась истерика, а на глаза напрашивались слёзы. Тим продолжал оттягивать корни волос, а я брыкалась, будто мне это поможет.
— Только попробуй ещё раз закатить при мне глаза! Я оттрахаю тебя, сниму скальп и выброшу твоё тело в лесу! Я серьёзен, как никогда, Боровкова! А теперь пошла вон отсюда! — Он толкнул меня от себя и пошёл другой дорогой в колледж.
Я дрожала от ужаса, не отпускающего мои окаменелые конечности. Он сделал мне больно, очень больно. Я думала, что он не сможет прикоснуться ко мне сильнее, чем обычно, но ошиблась. У меня не было даже времени подумать, откуда ему известна моя фамилия. Я вытерла слёзы с глаз и понеслась к колледжу, лишь бы больше не сталкиваться с этим мудаком где-либо. Когда я оказалась в кабинете, страх почти отступил и коленки не тряслись. Бери себя в руки, Юля, и беги от Тима куда подальше.
6.
Сорок минут я тряслась в наполненной студентами и бабушками электричке, и вот, я наконец-то в своей деревне. Меня не было здесь меньше недели, и, безусловно, ничего не изменилось. Зато я скучала. Я не думала о доме всё это время, мне попросту было некогда, но после сегодняшнего происшествия все пары я только и думала о том, как соберу свои вещи и уеду в безопасное место. Я боялась, что Тим может встретить меня у колледжа и продолжить издеваться, но этого не случилось. Я спокойно вернулась в общежитие и быстро из него ушла, забывая даже попрощаться со своей подругой, которая сегодня тоже собирается домой.
Мне ещё предстояло тащить сумку несколько минут до дома. Она оказалась тяжеловатой, грязных вещей набралось много. Еду, что мы с соседками не съели, я оставила в холодильнике. Если она испортится за выходные, то не вижу проблемы избавиться от неё. Я вообще удивлена, что что-то из продуктов осталось, ведь Света с Машей в основном брали мою еду, у них же были скоропортящиеся овощи и совсем немного каши. Они следят за питанием лишь для вида, а вечерами делают бутерброды с моим хлебом и моей колбасой. Больше я этого не потерплю. Скажу им, что это моя еда, а они пусть питаются помидорами и огурцами, которые привозят. Я добрая, но пользоваться этим не позволю.
На конце платформы у железной дороги я увидела Ярика. Он облокотился на ограждение и смотрел под ноги, постоянно смахивая с лица надоедливую длинную чёлку. Он ходит с этой причёской с раннего детства и совершенно ничего не хочет менять во внешнем виде. Брат и так симпатичный, не думаю, что короткие волосы сильно испортят миловидную внешность. Я догадалась, что ждёт он меня, но точно не по своей воле: мама заставила его понести мою сумку, надеясь, что мы будем хорошо общаться. Нет, не получится.