21.
Мы не слишком надолго задержались в закусочной и уже через полчаса направились к общежитию. На улице стремительно стемнело, но мы не торопились и наслаждались относительно хорошей погодой. Мне хотелось поговорить с Тимом ещё о чем-нибудь, но он, видимо, решил, что темы для обсуждений закончились. Перечить я не стала, мне нравится и молчать рядом с ним. Очень жаль, конечно, что Штиль — это не открытая книга, и по его эмоциям не прочитаешь, о чём он думает сейчас. Поэтому мне было сложно угадать его мысли по совершенно спокойному выражению лица, хотя очень хотелось.
Мы подошли к главной двери и почему-то остановились, будто он проводил меня до дома и собрался уйти, хотя нам вместе ещё заходить внутрь. Я неловко переминалась с ноги на ногу, не зная, куда смотреть.
— Знаешь, мне, на удивление, очень понравилось проводить с тобой время, — тихо сказал парень, заставляя меня улыбнуться.
— Из вредности я бы сказала, что это не взаимно, но нет. Я тоже осталась довольной.
— Тогда, может, сходим ещё куда-нибудь в твоё свободное время? — Я медленно, но верно тонула в глубине серых глаз. Кажется, он всё-таки смог затянуть меня в неизвестность.
— Думаю, это хорошая идея, но нужно дожить до следующих выходных. А сейчас пора по комнатам.
— У меня, кстати, есть классный кофе. Он откуда-то там, не помню, но я в принципе не люблю кофе, а этого выпил один почти пол банки. Зайдешь попробовать? — О боже, он правда хочет провести со мной ещё немного времени.
— Я устала, так что пойду спать, — остатки здравого смысла заставили меня отказаться. На лице Тима промелькнула грусть, но тут же исчезла, сменяясь расслабленной улыбкой.
— Без проблем.
Второй раз мы уже остановились между вторым и третьим этажами, чтобы окончательно попрощаться. Я не знала, когда мы снова сможем вот так вот провести время, и эта неизвестность меня очень раздражала. Кажется, я действительно буду ждать нашей следующей прогулки.
— Я рада, что ты не всегда такой говнюк.
— А я рад, что ты не зануда и не заучка, — ответил мне в тон Штиль.
— Разве это не одно и то же?
— Два составляющих самого скучного человека.
Я хихикнула.
— Ладно, пока.
Я встала, не зная, что делать: то ли просто уйти, то ли обнять его на прощание. Благо, парень был умнее, поэтому сделал все сам, притягивая меня к себе для невинных, но теплых и долгих объятий. Отцепиться друг от друга нас заставили звонкие шаги по лестнице, а потом и голос моей бывшей соседки по комнате Светы:
— Нашли место, чтобы ворковать.
Кажется, она не в духе. Девушка прошла мимо меня и, конечно же, задела плечом, при этом бросая осуждающий взгляд. Несложно догадаться, что происходит в её голове. Однако ч подметила, что они с Тимом даже не поздоровались, значит ли это, что Марина про «тайный сговор» все надумала?
— Надо было послать её, — спокойно отмахнулся Тим.
— Да уж...
Мы простояли ещё недолго и всё-таки разошлись по разным этажам. Как только парень пропал из поля моей видимости, на душе стало пусто. Я как будто осталась одна, хотя в комнате меня встретят подруги, с которыми я всегда могу поболтать. И только в этот момент я вспомнила про собственный телефон, на экране которого высветились пропущенные звонки и сообщения от Димы. Он очень переживал, что я так надолго пропала.
Я быстро пробежала пальцами по клавиатуре, набирая сообщение, что гуляла с соседками, а потом уснула, чувствуя неприятный укол от собственного вранья. Это ужасно, но сейчас я не готова обо всем рассказать, мне попросту не хватает смелости.
В комнате горел приглушённый свет, девочки лежали каждая на своей кровати. Как только Алиса менч увидела, тут же вскочила с места и начала активно скакать перед моим носом. Я уже начала придумывать всяческие отмазки, чтобы не рассказывать ей о прогулке с Тимом, но оказалось, она хотела поделиться другим.
— Макс мне написал! — завизжала она мне на ухо, не давая даже разуться. — Он сказал, что не злиться и хочет продолжить наше общение, которое плавно перетекло в отношения! Представляешь?
— Представляю. Это здорово! — Я обняла подругу и наконец-то разделась.
— Наконец-то она будет визжать тебе, а не мне. Уши уже в трубочку заворачиваются, — по обычному заворчала Марина.