Пока я умывалась, приняла решение избегать обоих парней. Мне не хочется снова врать Самойлову, как и разговаривать с его другом. Тим будет молчать — это понятно. Значит, я тоже. Но и жить с этим я тоже не хочу.
Я шаталась по общежитию и шарахалась от каждого шороха тапок по полу. Пряталась в туалетах, перекусила на кухне, посидела на разных окошках, бездумно смотря в экран телефона, и только через несколько часов вернулась в комнату. Она была совершенно пустая. Я написала подруге, когда она прибудет, но та давно не была в сети и явно не собиралась мне отвечать. Не хочу портить момент романтики, но и занять себя разговором с кем-нибудь близким тоже хочется.
Около девяти вечера дверь в комнату открылась. Я дёрнулась и рывком села на кровати, готовясь к побегу. Тим стоял в проходе и смотрел на меня, а потом запер дверь с внутренней стороны, стремительно сокращая между нами дистанцию. Я не успела ничего сказать, а его губы накрыли мои с желанием поцеловать, но я тут же оттолкнула парня рукой и встала, отступая подальше.
— Что ты делаешь, блин?! — взвизгнула я, накрывая губы кончиками пальцев. Стоит ли говорить про то, как горело моё тело лишь от того, что парень так близко ко мне?
— Я соскучился. Хотел тебя увидеть, но никак не получалось. Узнал, что ты выиграла, хотел поздравить. Я не сомневался, малышка, — он тепло улыбнулся и подмигнул мне. Так, нужно собраться, хотя я уже на грани растаять, как мороженое на солнце.
— Тим, это неправильно, — выдавила я.
— Что? — Неужели он действительно не понимает?
— Всё это неправильно! Мы с тобой гуляем, целуемся, а потом я иду с Димой на свидание, как обычная пара, стараясь молчать, как ты и попросил. Да я и сама не могу просто взять и признаться. Мы натворили хренову тучу всякой фигни, совершили ошибку и создали такой хаос, что просто не вообразить. Нам нужно от него избавиться, а не продолжать! А ты приходишь и целуешь меня. Снова! — Я махала руками, как сумасшедшая, избегая взгляда глаза в глаза.
— Ты считаешь ту ночь ошибкой? — неуверенно переспросил он.
— Да!
Взгляд Штиля стал растерянным. Я впервые вижу его таким. Будто он... расстроен и обижен? Но на что?
— Я не собираюсь говорить, что ты виноват, мы оба это сделали.
— И ты этого хотела, — его голос стал увереннее и громче.
— Нет. То есть да. Я не знаю. Я запуталась! — Я схватилась за голову, готовясь рвать на себе волосы.
— Я не понимаю, что ты хочешь. Тебе с ним скучно. Неинтересно. И ты точно сама это знаешь! Тогда какого хрена вы до сих пор вместе, если ты можешь просто расстаться с ним и начать заново. Со мной, например. Как мне кажется, это будет вполне логично после того, что между нами было, — к ноткам в голосе добавился сарказм. Он злится, но я тоже на это имею право.
— Не могу так с ним поступить.
— Серьёзно? — Он уже смеялся. Я не успеваю следить за сменой настроения Тима. — То есть спать со мной ты могла? Поступать ТАК ты со мной можешь? Врать ему ты тоже можешь. А решить проблему наиболее гуманным способом — нет? Ты идиотка, Боровкова, я серьёзно! — Все его слова пролетали мимо меня, я будто не слышала, продолжая стоять на своём. — Ты боишься осуждения других, но когда Дима бросил Свету и сразу ушёл к тебе, ты не боялась. Ты приняла его.
— Значит, я не хочу быть такой же.
— Это нихрена не значит!
Парень отшвырнул от себя стул, за спинку которого держался всё это время, и тот улетел почти на другую сторону комнаты. Я испугалась и сделала ещё шаг назад.
— Неужели лучше жить с мыслями о собственной измене? Знать, что ты была со мной, а целовать его и встречаться, когда он тебе не нужен?
— Нужен, — слабо и неуверенно ответила я.
— Себе не ври, — Тим нахмурился. Ему больно. И мне тоже. — Ты знаешь, кто тебе по-настоящему нужен. Но потом будет поздно, ты в курсе?
— Уходи, пожалуйста, — у меня тряслись руки, а глаза жгло от наступающих слёз. Не хочу плакать. Тим и так читает меня, как раскрытую книгу, и если я дам волю эмоциям, в его рукавах останутся лишь козыри. — Больно — делай тоже больно, — прошептала я и закрыла глаза.
— Я тебя услышал. Только потом не ной, что всё вышло не так, как ты хотела.