Я огляделась и поняла, что уже иду в ту сторону. — Я иду.
— Я уже еду. Не клади трубку, пока не доберешься туда.
— Хорошо. — Голос сорвался на этом слове, и я ненавидела себя за эту слабость.
— Шайло?
Когда адреналин начал отступать, меня затрясло. — Да?
— Ты не одна.
29
Рэмси
Шины взвизгнули, когда я влетел на парковочное место у управления шерифа. Я выдернул ключи из замка зажигания. Руки дрожали, но я едва успел осознать бушующую внутри ярость, потому что уже бежал по ступеням к входу.
Чудо, что я вообще добрался сюда целым. Большую часть дороги я не помнил. Знал только, что крикнул Эйдану что-то невнятное и рванул к пикапу.
Распахнув дверь, я ворвался внутрь.
— Хейз?
Это прозвучало скорее как требование. Молодой полицейский за стойкой небрежно положил руку на рукоять табельного оружия в кобуре.
— У вас назначена встреча?
Интересно, он выстрелит, если я направлюсь к двери, которая, скорее всего, вела в кабинеты? Мы и так теряли слишком много времени.
Дверь распахнулась, и оттуда вышла женщина с черными как смоль волосами и чертами лица, выдававшими коренные американские корни.
— Я разберусь, Смит. — Она кивком велела мне следовать за ней.
Я не стал медлить.
Она провела меня между рядами столов, примерно две трети которых были заняты. Одни полицейские не обращали на нас внимания, другие откровенно глазели.
— С Шайло все в порядке. Рука, возможно, немного побаливает, но и только.
Я ничего не ответил, но ярость вспыхнула с новой силой. Она разгоняла кровь по венам, обжигала изнутри и сжимала сердце.
Полицейская постучала в дверь с табличкой «Шериф Истон».
— Войдите, — отозвался Хейз.
Она открыла дверь, но сама внутрь не пошла, лишь отступила, пропуская меня.
Я быстро вошел и сразу нашел взглядом Шайло. Она повернула голову ко мне, и эти ледяные голубые глаза будто ударили под дых. Только не как обычно, когда мне приходилось бороться с влечением.
На этот раз мне захотелось убить.
В ее глазах был страх. Я узнал его так же легко, как у лошадей, попадавших ко мне после самых страшных испытаний.
И этот страх туда вложил Иэн Кемпер.
Я действовал инстинктивно, плевать, что мы находились в кабинете ее брата. Подхватил Шайло на руки и усадил к себе на колени. Мне нужно было держать ее. Убедиться, что с ней все хорошо.
Я ожидал, что она устроит мне разнос, но вместо этого Шайло прижалась ко мне и спрятала лицо у меня на шее.
Я крепко обнял ее.
— Ты в порядке.
— Я знаю.
Эти слова я сказал скорее для себя, чем для нее. Провел ладонью вверх и вниз по ее спине, ощущая под пальцами выступающие позвонки. На мгновение закрыл глаза и сосредоточился на ее дыхании. На том, как грудь поднимается и опускается у моей.
Она здесь.
Целая.
Когда я открыл глаза, Хейз пристально смотрел на меня, оценивая.
Я не отвел взгляда. Пусть видит все, что ему нужно. Я не стану скрывать свои чувства к Шайло. Пусть я еще не дал им имени, но уже знал: оставленный ими ожог изменит меня навсегда.
Через минуту Шайло заерзала. Мне не хотелось ее отпускать. Потребовалась вся сила воли, чтобы разжать руки и позволить ей пересесть на соседний стул.
Я обхватил ее лицо ладонями.
— Ты точно в порядке?
Она прижалась лбом к моему.
— Меня это выбило из колеи.
Эти три слова что-то надломили глубоко внутри меня.
Обычно Шайло никогда бы не призналась в подобном. Но она пыталась. С братом. Со мной.
Я провел большими пальцами по ее щекам.
— Конечно, выбило. Ты же человек.
Шайло выпрямилась. Когда я убрал руки, она переплела свои пальцы с моими и сжала их.
Хейз прочистил горло.
— Можешь рассказать все по порядку? Мне нужно составить отчет.
Я проглотил ругательство, которое так и просилось наружу. Хейз всего лишь делал свою работу.
Шайло кивнула и начала рассказывать. Сначала медленно, потом все быстрее. С каждой новой подробностью ярость внутри меня разгоралась сильнее. Свободной рукой я вцепился в подлокотник, когда Шайло рассказала, как Иэн схватил ее.
Хейз поднял глаза от блокнота. На лице снова была привычная непроницаемая маска.
— Это мог быть он и вчера вечером. Ты поняла, тот же человек тебя схватил или нет?
Шайло покачала головой. На ее лице отразилось раздражение.
— Мог быть он, но я не могу сказать наверняка.
Хейз кивнул.
— А второго мужчину ты не узнала?
— Я никогда его раньше не видела. Он был старше. Может, лет сорока-пятидесяти. Мертвые глаза.